все же всевышний позволит, и я соединюсь с этим телом, надеюсь не совершу всех тех поступков, от которых приходится краснеть при воспоминаниях.
Белая рубашка и синие брюки, в руке цветы, в другой широкая папина ладонь. Почему папина, а не мамина не знаю, так получилось. Детей море, родителей совсем немного, только от первоклашек. К слову папаня отвел меня в храм науки в первый и последний раз. Начиная со следующего дня родители если и посещали школу, то только на редкие родительские собрания, о которых мне даже не сообщали. А сегодня я радовался за пацана и переживал вместе с ним начало важного этапа в его жизни. Наш класс состоял из более чем тридцати детишек самой разнообразной внешности и цвета волос. Русские, нерусские – абсолютно никакой разницы для нас и для взрослых. Наша первая учительница собрала всех как наседка и повела в здание с широкими коридорами и высокими потолками. Там мы зашли в класс, который на три года должен был стать нам вторым домом, а Юлия Макаровна нашей второй мамой. Волею небес и случая, я оказался за смешной партой с откидывающейся крышкой рядом с беленькой девочкой с очень светлыми волосами. Марина! Одна из пяти Марин нашего класса. Мой пацан совсем оробел перед таким великолепием и сидел не шелохнувшись, внимая учительнице и боясь повернуть голову в сторону своей соседки. Чтож! Нам пока повезло, только гад не смотрит, куда я хочу! Ничего! Будет и на моей улице праздник!
Уважаемые читатели! Не хотел бы ставить книгу на платную подписку. Пусть читают все! А тех кто не стеснен в средствах прошу поддержать бедного автора. Спасибо.
Глава 5
Мне все понравилось. И школа и учительница и потенциальные невесты в которых возможно придется когда-нибудь влюбляться. Нас мучили недолго. Провели перекличку, раздали всем буквари, проверили наличие тетрадок и ручек, на которых меня пробил смех, так как они были простыми палочками с металлическими перьями, которые надо было макать в чернильницы непроливайки. Вот ведь намучаемся с ними! И на этом всех отпустили, сказав чтобы завтра в восемь все были в этом классе.
Мое беззаботное носилище неспеша двинулось от школы по улицам, глазея по сторонам. Его мысли были далеки от школы, а как у чукчи мониторили окружающую обстановку подобно пленки кинохроники. Фиксируем, но не запоминаем. Вот ведь засада! Как мне до него достучатся?! С таким мышлением будем постоянно встревать в неприятности. Эй! Саня! Ты меня слышишь?! Напрягаюсь, напрягаюсь! Было бы чем, уже пукнул бы давно! А тому все до лампочки! Идет, смотрит на кошек, собак, какие деревья растут, ласточки летают, тепло. На шее висит ключ от квартиры и сегодня я чуть ли не впервые самостоятельно открою дверной замок. О! Нам же хлеб сказали купить! Оказывается, в городке есть универмаг с большими стеклянными витринами и он двухэтажный. Половину здания занимали промтовары, вторую гастроном. Хлеб же продавался в отдельном помещении с задней стороны промтоварной части. Всего двадцать копеек и продавщица подала на широкий прилавок серый кирпич душистого хлеба. И это весь ассортимент?! Оглядываю ряды полок с лотками все тех же серых буханок. А где булочки, сдоба, на худой конец белые батоны?! Только серые кирпичи! Вот же засада! А я уже почти приспособился к этому времени... Чуть погрустил, но вспомнил, что приготовить вкусности можно и самому, что несомненно делали наши бабушки, поэтому быстро пришел в нормальное настроение, в чем помогла бутылка вкусного кефира, купленная в гастрономе и выпитая наполовину прямо на ходу. Закрыл аккуратно широкое горлышко мягкой крышкой из толстой фольги и убрал в авоську. Какой заботливый! О брате подумал! Тот конечно в саду итак неплохо кушает, но главное ведь поступок, а нужен он в данный момент или нет уже неважно.
С замком справились на отлично, быстро скидываем парадную одежду, надеваем майку, штаны и на улицу. Там уже появились первые товарищи по играм и мое будущее тело отдалось игре в войнушки на пистолетах из корявых веточек. Потом, когда появились более старшие, началась беготня в футбол. Меня как почти самого мелкого поставили на ворота, и приходилось отбиваться от резинового мяча, больно отбивая ладони. Очнулись мы от игрового угара, когда мамочка прямо из окна воззвала ко мне, чтобы я бежал на ужин. Оказывается уже все давно дома и даже успели нажарить рыбы к вкусному рису из казанка.
- Как школа? – Прижала «нас» мама к своему пышному фасаду.
- Холосо! Учительница мне понлавилась!
- Эх! Пора бы тебе уже Р-р выговаривать! В школе ведь уже. С девочкой посадили или с мальчиком?
- С девочкой.
- Тем более! Учись говорить правильно! Хорошо? – Целует макушку и отправляет мыть руки.
Утро началось как обычно с наблюдения за одеванием сонного «меня». Вот же сосиска вялая! Ни себе ни мне! Давай двигай ножками! Пытаюсь помочь, чувствуя ноги и руки, но без всякой возможности управления оными. Ничего! Капля камень точит! Буду стараться! В школе начались настоящие уроки, которые многим давались с трудом, не привыкшим к спокойному сидению в течении сорока пяти минут. Мой Санька, на удивление оказался довольно усидчивым, но качество его первых закорючек оставляло желать лучшего. Я задался целью постараться помочь ему с картавостью и дублировал в пространство своего вместилища правильное произношение в процессе его коротких разговоров. Почему коротких? А потому, что Сашок оказался удивительно стеснительным и зажатым в общении с другими людьми. Обладая неплохим воображением и бездной мечтательности, этот «Незнайка», в отличие от мультяшного героя, терялся при общении со сверстниками и тем более с учителями. А на девочек он даже старался не смотреть. Нет! Так дело не пойдет! Девочки нам нужны. Будем тренироваться! «ХОРОШО! Р-р-р», дублирую его короткий ответ на вопрос соседки. А симпатичная, кстати! С голубыми глазками и большими бантами в светлых косичках. Так! Рано еще! Пусть подрастет, ха-ха! Параллельно изо всех сил пытаюсь направлять его руку, выводящую неправильные
