Читаем без скачивания Властелин масок - Брайан Перро

Василиск кусает всегда в одно и то же место — в затылок. Укус его ядовит и смертелен для любого живого существа. В книге также говорилось, что от взгляда василиска чахнут все цветы, травы и деревья, а птицы буквально сгорают на лету. И, похоже, еще не найдено никакого противоядия от его укусов. Не больше курицы, проворный, как змея, и ненасытный, как стервятник, василиск убивает из чистого удовольствия, но больше всего ему нравится терзать людей. Автор книги перечислял множество городов, полностью опустошенных всего тремя-четырьмя такими монстрами.

Но иногда это страшное создание становилось беспомощным. Например, оно немедленно умирало, услышав крик петуха. Кроме того, совсем как горгоны, василиск не переносил вида своего отражения и жил в вечном страхе, опасаясь зеркал и других блестящих поверхностей, которые могли стать причиной его мгновенной смерти…

Постепенно разрозненные части головоломки собирались воедино, и Амос начал понимать, как спасти Братель Великую от горгон. Во-первых, было ясно, что горгоны не покинут город, не завладев украденной подвеской, а ее спрятал у себя Беорф. Во-вторых, Йон Очиститель, хорошо знающий горгон, тем не менее, допустил серьезную ошибку. Прекрасно отполированные доспехи рыцарей Света могли превратиться в настоящие зеркала, и чудища должны были погибнуть немедленно, едва оказавшись перед рыцарями. Однако, Ион пренебрег важной деталью — горгоны нападали по ночам, то есть, тогда, когда в темноте зеркала ничего не отражают.

Так к Амосу пришло решение — чтобы одновременно уничтожить всех монстров, нужно установить зеркала по всему городу и осветить его тысячей огней сразу! Но как это сделать? Конечно, у Беорфа есть светлячки, но можно ли созвать одновременно тысячи, да нет — миллионы этих летучих огоньков?

Глубоко задумавшись, Амос вошел в деревню и остановился у колодца, чтобы утолить жажду. Тут его окликнула какая-то старушка — она была одета во все белое и опиралась на палку — годы согнули ее до самой земли.

— Кто ты, добрый юноша, и куда держишь путь? — спросила старушка.

— Я ищу дорогу в Таркасисский лес. Места здесь для меня чужие, вы могли бы мне помочь?

Старуха на мгновение задумалась.

— Вряд ли, вряд ли, сынок… Но вот что странно — за последние два дня меня уже второй раз спрашивают про этот лес.

Амос напустил на себя удивленный вид и как бы невзначай спросил:

— И кого же вы видели? Кто же еще его ищет?

— Один любезный господин и его жена. Еще они спросили, не видела ли я мальчика с длинными черными волосами, в кожаных доспехах, с серьгой в ухе и чем-то вроде длинной палки из слоновой кости за спиной. Вчера я его не видела, но сегодня он передо мной!

— Это мои родители! — воскликнул Амос, вне себя от радости. — Нам пришлось разлучиться, но я обязательно должен найти их! Пожалуйста, скажите мне, в какую сторону они отправились?

— Думаю, они ушли вон по той дороге!

— Спасибо! — воскликнул Амос и хотел было, торопясь, продолжить путь, но старушка попросила его задержаться на пару минут. Предложив ему присесть рядом, она сказала:

— Послушай-ка меня, дружок. Я понимаю, ты хочешь как можно скорее увидеть своих родителей, но прошлой ночью мне приснился сон, и я должна его тебе рассказать. Во сне я пекла хлебцы. Рядом со мной находились все мои родные, и я старалась порадовать их. Вдруг мои дети, внуки, кузены, племянники — все превратились в камень. В доме остались только каменные изваяния. Потом неожиданно в моем сне появился ты. Я не знала тебя, а ты попросил чего-нибудь поесть. Я дала тебе три или четыре хлебца. Надкусив один из них, ты обнаружил в нем крутое яйцо. Тогда я сказала тебе: «Яйца часто находят там, где их меньше всего ожидаешь найти». Вот и все. Я-то думаю, что никогда ничего не снится просто так, поэтому сегодня утром я напекла хлебцев и принесла их с собой. У меня еще есть несколько крутых яиц, возьми их тоже. И желаю тебе поскорее найти родителей!

Так и не поняв смысла этого сна, Амос поблагодарил ее, взял узелок с едой и пустился в путь. Когда он обернулся, чтобы помахать ей на прощание, старушка уже исчезла.

И вдруг все, о чем последнее время так упорно думал Амос, сложилось в четкую картину. Он повторил сказанные слова: «Яйца часто находят там, где их меньше всего ожидаешь найти»… В подвеске, много лет назад украденной Йоном Очистителем, должно находиться яйцо петуха! Вот почему маг тьмы так стремится завладеть им! Сама по себе подвеска не обладает никакой магической силой, никакой демонической властью и ни для кого не представляет никакой опасности. Это всего-навсего упаковка, которая защищает яйцо! Первый обладатель этой подвески, безусловно, собирался создать василиска. Что может быть логичнее? Колдун, возглавляющий армию горгон, жаждет получить еще одно мощное чудовище, способное в мгновение ока уничтожить целый полк!

Тогда получается, что враг Братели Великой обладает властью над всеми существами, так или иначе связанными со змеями. Он должен быть хитрым, коварным и очень опасным. Беорф находится в большой опасности. Что делать, как предупредить его? Амос не находил ответа…

Глава девятая

БЕОРФ, ГОРГОНЫ И НАГАС

И снова горгоны гнались за ним. Беорф мчался по лесу, опустив голову, стараясь избежать опасностей, таящихся во тьме.

Первые два дня после ухода Амоса были для юного человекозверя более-менее спокойными — горгоны прочесывали город. Зная, что впереди его ждут тяжкие испытания, Беорф отоспался и хорошенько отдохнул в своем лесном убежище. К тому же, надо было подумать, как избавиться от ночных налетчиц. Главная цель, простая и самая важная, заключалась в том, чтобы уничтожить горгон одну за другой.

Беорф установил по всему лесу множество ловушек. Он понимал, что после бесплодных поисков в Братели Великой чудовища неизбежно начнут рыскать по ее окрестностям. Тогда они обнаружат человеческие следы — его следы — и постараются загнать беглеца в угол. Поэтому человекозверь оставил в долине и в лесу свои отпечатки прямо на пути к ловушкам.

А чтобы сбить горгон с толку, при переходе от одной ловушки к другой он превращался в медведя. «Горгоны ищут похитителя подвески, а не медведя, — думал он. — Эти чудовища никогда не заподозрят, что зверь и человек на самом деле являются одним и тем же существом».

Как-то ночью, идя по следу Беорфа, три горгоны направились прямиком к зыбучим пескам. Человекозверь видел при свете луны, как их тела полностью исчезли под землей.

— Тремя меньше! — воскликнул он.

Другая группа точно так же оказалась на опушке с ульями, окружающими его старый дом. Беорф подал пчелам сигнал к атаке. Они собрались огромным облаком над горгонами и стремительно ринулись на них. Под взглядами горгон пчелы на лету превращались в камень, и этот каменный град засыпал чудовищ. Так Беорф избавился еще от пяти врагов.

Довольно скоро Беорф заметил, что горгоны не могут летать, хотя у них есть крылья. Тогда он придумал другую уловку. В плодородной долине, которая раскинулась вокруг столицы, поля были окружены рвами, и время от времени, благодаря запруде, рвы заполнялись водой. Зная об этом, Беорф вырыл в полях множество ям и накрыл их сверху ветками и соломой. Следующей же ночью восемь горгон провалились в эти ямы. Беорф открыл запруду. Вода заполнила рвы, а затем и ямы, в которых утонули все пленницы.

Наконец, он изобрел еще одну, самую замысловатую ловушку. Из клинков, которые он нашел в рыцарской оружейной, Беорф соорудил искусственные заросли. В землю были воткнуты копья, а кинжалы и мечи, крепко привязанные к веткам, свисали с деревьев. Чтобы избежать этих лезвий, был лишь один путь — по веткам. Поскольку горгоны нападали только по ночам, Беорф мог хорошенько подготовиться к атаке горгон — ведь теперь ему предстояло самому повести их на смерть. Весь вечер он тренировался, учась уворачиваться от лезвий.

Настала ночь. Беорф слышал, как приближаются горгоны. На человеческих ногах он не мог бежать достаточно быстро, но ловушка была недалеко. Вдруг он почувствовал за спиной леденящее дыхание и в тот же миг превратился в медведя. Беорф бросился в железный лес, а ничего не подозревающие горгоны гнались за ним по пятам. Эта ловушка была для них катастрофой — не выжил никто!

Страшно довольный собой, Беорф отправился в библиотеку отца, в свое главное убежище, чтобы провести там остаток ночи. Он открыл люк, спустился по лестнице, замешкался в поисках фонаря, когда вдруг… комнату озарил красный свет!

За отцовским письменным столом сидел совершенно лысый человек и смотрел прямо на Беорфа. У незнакомца были светло-желтые светящиеся глаза с постоянно то сужающимися, то расширяющимися зрачками. Его руки и шею покрывала чешуя, поднимающаяся к самой голове. Беорф заметил, что брови незнакомца тоже сходятся на переносице. Кроме того, у этого существа оказались чудовищно длинные когти, а изо рта, полного настоящих змеиных зубов, торчал раздвоенный язык. Его мускулистый торс был обнажен, и на шее висели десятки золотых ожерелий, украшенных драгоценными камнями. В ушах незнакомца висели огромные золотые серьги. Лишенное ног, его тело заканчивалось серым змеиным хвостом с несколькими черными пятнами.