class="p1">Мы смотрели на пустоту там, где минуту назад была планета, и пытались осмыслить увиденное. Внезапно разрыв пространства вспыхнул зловещим светом. Из него вырвалась огромная тень, напоминающая вихрь!
Она пролетела мимо нашего корабля и исчезла в далёкой галактике. Это был посыл Изначальных — метка их приближающегося вторжения!
Включив все датчики, быстро засекли источник сигнала. Он вёл прямиком в соседнюю галактику Андромеды!
Нам нужно предупредить всех там! — воскликнула Аня. — Но сначала надо осмотреть разрыв пространства и найти подтверждения опасности.
Виле направил корабль к разрыву пространства. Там мы обнаружили странные следы, нечто вроде мерцающих в пространстве мегарунических символов — темного колдовства, напоминавшие письмена Изначальных!
Нам светила новая опасная миссия — остановить вторжение в Андромеду! Но мы были готовы на подвиг.
Мы внимательно изучали обнаруженные следы. По каким-то признакам Дендрон сумел расшифровать послание:
Это предупреждение другим мирам! Изначальные хвастаются своей мощью и намерены завоевать Андромеду.
Нам нужно срочно доставить эту информацию туда, — сказала Аня.
Виле ввёл координаты галактики в навигатор. Корабль мощно рванул в гиперпрыжок. Запустив маяки SOS, мы начали предупреждать всех. Через несколько дней мы должны были выйти к облакам звёзд Андромеды.
Но вдруг системы корабля затрещали от неизвестного сигнала. Это был Мицелиум, та самая блуждающая планета из системы Астра:
Сообщение приняли! Вас поняли! Мы на пути к Андромеде. Навстречу планете что-то непонятное неотзывающееся на наши сигналы движется с гиперскоростью — выясняем…
Нам нужно срочно к ним на помощь, — сказала Аня.
Виле ввёл новые координаты в навигатор. Корабль остановился, а потом мощно рванул в новый гиперпрыжок. Через несколько дней мы должны были выйти к Мицелии.
Во время двухдневного перелёта мы как-то попросили Виле рассказать нам о себе и корабле. Капитан, сидя в кают-компании, задумчиво наблюдал за звёздами гиперпространства.
Он кивнул:
Попробую… Только пока далеко не все восстановилось в моей памяти. Больше обрывками.
Виле замолчал, пытаясь ухватить ускользающие образы.
Была какая-то планета… человек в черном. Он приказал "стереть память". Почему?
Капитан задумчиво потер виски.
Нет, все еще ускользает. Только Максимилианна рядом. Она никогда не предавала.
Виле вздохнул. История его была покрыта туманом тайн. Надеюсь, она откроется к концу нашего пути.
Пока что нам ничего не было понятно. Максимилианна? Так назывался этот корабль или кто это был?
Ой! Кажется, меня разом озарили воспоминания все и сразу! — вдруг воскликнул он и чуть ли не скороговоркой начал рассказывать нам факты, да так быстро, что мы, не то, что спросить, следить за ходом развития сюжета еле успевали. Вот что мы услышали от него:
Меня зовут Виле, — начал он, — потому что раньше, в далеком прошлом на планете Земля, я был Владимиром Ильичом Лениным. Виле — это аббревиатура — Владимир Ильич ЛЕнин, я сам так захотел, чтобы никто меня не ассоциировал.
Виле замолчал, всматриваясь в воспоминания.
Жил я тогда в сложное время, — продолжил он. — Царь угнетал народ, все богатства были в руках немногих. Я боролся за справедливость и равенство.
Его голос зазвучал живее. И у нас с соратниками получилось! Мы подняли трудовой люд на революцию. Свергли царя-узурпатора.
Да, вы не всё понимаете, понимаю! — запутанно продолжил Виле. — Я — кибернетический интеллект этого корабля. Но раньше, в далёком прошлом, я точно был Лениным — вождем Революции.
Революция тогда свершилась молниеносно. Мы свергли царя-узурпатора и за несколько лет построили новое справедливое государство для людей, а не для мерзких эксплуататоров богатеев. Экономика ожила, начали ликвидировать неграмотность. Народ откликнулся на наши призывы, оценил наши идеи.
Но некоторым этого показалось мало. Бывшие эксплуататоры ненавидели меня и винили в потере своей власти и богатств.
На меня было совершено немало покушений. И через 7 лет после Победы Революции им удалось злодеяние, мое тело погибло от руки убийцы.
Вот как там тогда обстояли дела, — закончил Виле свой рассказ о далёком прошлом.
Да? Мы не понимаем! Ты же сказал, что… А теперь ты и корабль и кибернейромозг, как такое возможно?!
Да, враги были коварны, — печально продолжал Виле. — Когда мое тело погибло от яда наёмного убийцы, они и так даже не дали мне спокойно уйти. Они мечтали о тотальной мести.
Моё тело было мёртво, но кровавые учёные во главе с предателем Троцким создали секретный институт. Они начали живые эксперименты над моим мозгом в лаборатории. День ото дня я ощущал невыносимые мучения.
Моя душа была заточена в темнице разума, пока враги проникали в наши ряды. Они тайно управляли страной и мучили меня. А моё тело выставили, как мумию в Мавзолее, чтобы все видели, что стало с вождем рабочих и крестьян.
Я истекал кровью в собственном разуме, пока предатели развращали революцию…
Мой верный соратник по борьбе за пролетарскую революцию Иосиф Сталин, в дни нашей молодости известный под псевдонимом Коба, был вынужден столкнуться с бесчисленными угрозами своей жизни в годы гражданской войны. Бывшие царские генералы и банды белогвардейцев нещадно преследовали большевистских лидеров.
Сталин тоже пережил немало покушений, в десятки раз больше, чем я — пули, взрывы, отравления, но выстоял и закалился, как сталь. Он был храбрым и упорным бойцом, не желавшим отступать перед лицом врага. Однако его мучило осознание собственной смертности и уязвимости молодых ростков революции. Как защитить революцию, если его не станет? — думал он.
И вот тогда, однажды, в припадке отчаяния, он обратился к запретным книгам тёмных искусств, поскольку имел кое какой опыт в магии. Долгими ночами он изучал древние рукописи, посвящённые магии и оккультизму. Это дало плохие результаты и сказалось на нем пагубно. В тайной царской библиотеке он отыскал трактаты по ритуалам призыва демонов. Как известно, именно благими намерениями усеяна дорога в ад. Но он уже не осознавал, что делает.
Защита была нужна любой ценой. Он отрабатывал заклинания в горных пещерах, призывая вокруг себя ауру таинственной силы. Он хотел стать неуязвимым.
И вот однажды, во время ритуала в полнолуние, Коба почувствовал, как в его тело и разум вселяется инородная сущность. То ли демон, то ли дух — он не мог понять. Но именно в тот миг бесплотный враг революции уже больше не смог причинить ему вреда. Силы его возросли многократно.
К сожалению, вместе с дарами магической силы пришли и соблазны. Иосиф Сталин узнал первый вкус неограниченной власти…
Как ни прискорбно было мне это признавать, но силы, обретенные Кобой, вскружили ему голову. Он с легкостью расправлялся с врагами, но власть оказалась опаснейшим наркотиком. И он начал меняться.
Его паранойя
