Он долго стоял у открытой балконной двери, но внимание его было приковано не к роскошному виду, а к чему-то, вернее к кому-то, невидимому, но глубоко волнующему его мужское естество.
Мануэлла.
Его до сих пор удивляло то, что она изменила свое мнение и не только уступила в вопросе продажи «Дома де Вальдерро», но и согласилась работать на него. Это не согласовывалось с его представлением о ее характере. Словно она подчинилась ему, как покорная рабыня…
С того момента, как они расстались самым недружелюбным образом в офисе Виктории, он думал о Мануэлле намного больше, чем следовало бы. И не только потому, что она создала для него столько трудностей. Не только? Стоит ли притворяться перед самим собой? Совсем не поэтому! А потому, что она глубоко затронула его, заставила испытывать глубокий интерес и откровенное желание.
Короче говоря, он грезил о ней, мечтал сжать ее в объятиях с такой силой, какой не ожидал от себя…
Джералд вспомнил первую их встречу четыре месяца назад на презентации. Его первым неосознанным желанием было подхватить ее на руки и унести прочь от этой толпы куда-нибудь подальше, туда, где они будут одни…
Он тряхнул головой, отгоняя непрошеные мысли. Ему еще надо работать. Сейчас не время для необузданных желаний и сексуальных фантазий. Он серьезный бизнесмен и в первую очередь должен сосредоточиться на деле.
Но вместо этого все его помыслы вновь устремились к Мануэлле. Ему никогда не нравились худые женщины, но она была идеальна. Талия тонкая, как у Мэрилин Монро, длинные ноги, которыми она с легкостью может обвить его бедра, и высокая грудь. Ох, какая изумительная у нее грудь! Одна мысль о том, как он прикоснется к ней, проведет губами по напрягшимся соскам, и потом…
Джералд застонал и закрыл глаза. Большая ошибка с его стороны, потому что Мануэлла, обнаженная Мануэлла немедленно явилась его внутреннему взору. Да он, видно, совсем сошел с ума… или влюбился в нее.
Влюбился? Чушь, просто он хочет ее. Она необходима ему. Прямо сейчас. В его объятиях. В его постели…
Вот бы дед посмеялся, увидев его в таком состоянии! Вспомнив о нем, Джералд нахмурился. Ему было двенадцать, когда умерла бабушка, пятнадцать, когда скончался дед. Чувствительный возраст, поэтому он и…
Зазвонивший телефон прервал его размышления.
Правильно ли я поступаю? — спрашивала себя Мануэлла, ставя машину в гараж и направляясь к своему номеру.
Ей безумно хотелось, чтобы дедушка был рядом, чтобы она могла посоветоваться с ним. Подумать только, прошло уже почти девять лет с его смерти, а ей до сих пор не хватает его общества, его внимания! Одобрил бы он ее решение? Эйфория прошла, и она уже сомневалась в себе и в своих силах. Удастся ли ей создать коллекцию, которая будет удовлетворять не единицы, а многих? Рынок сейчас наводнен самыми разными по стилю украшениями, публика становится все требовательнее…
Вот если бы она могла поговорить с Джералдом…
С Джералдом? Ее волнение возросло десятикратно, но оно уже не имело никакого отношения к работе.
Почему бы ей не перестать обманывать себя. Ее влечет к нему, откровенно влечет с самой первой минуты их встречи.
Влечет? Нет, описать ее отношение к нему как простое влечение — это все равно что сравнить ювелирные изделия прославленных мастеров с дешевыми побрякушками, которые продают уличные торговцы.
Сердце ее забилось быстрее и сильнее, ладони вспотели. Как это может быть, что один только взгляд на мужчину заставляет женщину испытывать такие ощущения?..
— Правильно ли я поступаю? — снова спросила Мануэлла, но уже вслух и не себя, а свою лучшую подругу.
— На мой взгляд, да, — уверенно произнесла на другом конце провода Селия. — Иногда мне кажется, что надо чаще следовать своим инстинктам и голосу сердца, тогда все будет в порядке.
Следовать своим инстинктам и голосу сердца… Неужели я каким-то образом выдала свои чувства? — забеспокоилась Мануэлла. Но как? Я и упомянула-то Джералда всего пару раз.
— Ювелирное дело, Ману, это для тебя не работа, это призвание. Люди твоего несравненного дара должны следовать зову сердца, а не умозрительным решениям.
Ее работа! Так Селия говорит о ее работе, а не о Джералде!
— Да, конечно, такая возможность представляется раз в жизни, — с облегчением выдохнув, согласилась она. — Но…
— Хватит твоих «но», — твердо заявила Селия. — Перестань сомневаться и соглашайся!
Повесив трубку, Мануэлла взглянула на часы и поняла, что проговорила не меньше получаса. Было уже около девяти вечера, а она ничего не ела с утра. Возмущенный таким пренебрежением желудок яростно заурчал.
Мануэлла кинулась в ванную, быстро приняла душ и переоделась в желтое шелковое платье, так красиво подчеркивающее ее длинные черные волосы, сунула ноги в изящные босоножки и захватила ярко-красную шаль.
Ресторан отеля был расположен отдельно от основного здания в глубине сада. К нему вели выложенные керамической плиткой дорожки от разных выходов, освещаемые развешанными на деревьях фонариками.
Мануэлла скоро оказалась у цели и первым делом вошла в бар. Небольшое уютное помещение, из которого можно было попасть в ресторан, ей сразу понравилось. Она села за стойку, заказала коктейль и осмотрелась. Большие раздвижные двери открывались в патио, уставленное столиками. У нее создалось впечатление, что почти все они заняты. Вскоре Мануэлла поднялась и направилась к входу в ресторан, где была встречена метрдотелем.
— Столик? Сожалею, сеньорита, но сегодня это невозможно. Все занято, — склонив голову, ответил он.
Мануэлла непонимающе посмотрела на него.
— Но я живу здесь, в отеле, — запротестовала она. Ее желудок моментально среагировал на аппетитные запахи, доносящиеся из ресторана, и яростно зарычал.
Метрдотель огорченно развел руками.
— Мне очень жаль, сеньорита, но гости, желающие поужинать в ресторане, должны сообщить об этом не позже, чем за два часа. У нас одно из наиболее известных и престижных заведений в городе, и все столики всегда заняты. Неужели портье забыл вас предупредить об этом?
Мануэлла чуть не расплакалась от огорчения. Портье как раз ничего не забыл, это она забыла о его словах.
— Здесь неподалеку есть другой очень хороший ресторан, — сообщил ей метрдотель. — Не больше десяти минут пешком. Поверьте, там изумительно готовят!
Она горестно вздохнула. Ей решительно не хотелось отправляться куда-то ночью. Одно дело — поужинать в одиночестве, совсем другое — отважиться в одиночку на такую вылазку.
Мануэлла смирилась с тем, что сама виновата в неудаче, и решила вернуться и заказать еду в номер. Она поблагодарила метрдотеля и уже шла через заполнившийся посетителями бар, как вдруг увидела… Джералда. И он направлялся прямо к ней!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
