в таком виде из ванной при малознакомом мужчине, это могут посчитать за приглашение. Для плотских утех у нас есть специальные дома, но никто не сможет удержаться от такого подарка.
— Пошел вон.
Не поднимая головы, указала ему куда идти. Мозги и так кипели, а ещё и новые правила этикета, чтоб его. Хоть бы книжку кто дал почитать для ознакомления. Перед полетом в восточные страны долго изучала их обычаи, дабы не попасть в неловкую ситуацию. Я гость и должна знать, как не обидеть хозяев, а тут сплошное лото. Никогда не знаешь, какая цифра выскочит.
Глава 8
Беспокойно ворочаясь во сне, я снова переживала свой побег, только уже без помощи Фрины и Адимуса. Спустившись по живой изгороди, ловко приземлилась, спрыгнув с достаточно большой высоты. Повернувшись, застыла на одном месте. Немой страх железными тисками сжал сердце, волосы на затылке зашевелились, увидев, как кровь волной растекается под ногами.
Что это? Откуда?
Ответ пришел сам собой, стоило лишь мне завернуть за угол. Прикрыв рот рукой, задержала дыхание, подавляя рвущийся крик ужаса. Безликие твари, живущие в глубоком подземелье, вылезали из черных дыр, пожирая все на своем пути.
«Сны не могут быть настолько реальными»
Закусила губу, когда один из грихли прополз мимо меня ворочая головой. Зная их поведение, я напряженно прислушалась в надежде уловить малейший шорох в мертвой тишине. Осторожно шагая по узкому коридору, остановилась у каменной винтовой лестницы. Горящие факелы освещали весь путь лучше любой современной лампы, наполняя пространство особой энергией таинственности.
— Где ты? — Спросил смутно знакомый голос.
Проигнорировав вопрос, я начала подниматься по ступенькам, оказавшись вскоре возле массивной двери с металлическими коваными узорами. Дернув ручку, открыла. Переступая порог, попала в мутное белоснежное пространство широкого зала с высокими потолками.
— Ну здравствуй.
Плотная тень приближалась ко мне. Скользкий туман вокруг мужчины постепенно рассеивался, показывая фигуру в длинном плаще до пола. Капюшон, накинутый на голову, напрочь скрывал его лицо.
— О-па! Ты опять? Уйди из моих снов, я хочу бабочек.
Водоворот искр закружился, растворяя обстановку, и со всех сторон полетели крохотные бабочки разных цветов. Порхая своими крылышками, они разгоняли мучительную тоску, заполняя пустоту в душе неописуемым восторгом.
— Где медальон? — Скрестив руки на груди, он ждал ответа. — Не молчи, отвечай!
— Я думаю.
— Думай вслух.
— Ну, потеряла, — безразлично пожала плечами.
— Да как ты смеешь! — Требовательно закричал незнакомец.
Все бабочки, испугавшись, разом исчезли, словно их вовсе и не было.
— С меня хватит, — подошла к мужчине, попытавшись содрать капюшон. — Почему не снимается?
— Потому что я так хочу.
— Правда? Сон мой, я тут хозяйка. — Раздраженно топнула ногой.
— Не думаю.
Мне кажется, или это был сарказм?
— А мы сейчас проверим. — Закрыла глаза, представляя райский остров с песчаным пляжем.
— Что ты делаешь?
Мужчина наклонился, ласково убирая упавшую прядь с моего лица.
— Представляю себя на море. — Мечтательно растягивала каждое слово.
Немного погодя я приоткрыла один глаз, продолжая стоять в белоснежной комнате. Медленно, но верно, злость подкатывала к горлу.
— Почему такая неприветливая? Разве ты не здешняя?
Проведя рукой по щеке, он стал мне за спину толкая вперёд, и я, поскользнувшись, улетела куда-то вниз, падая на колени. Когда глаза привыкли к темноте, нетерпеливо осмотрелась в поиске выхода. Помещение без окон и дверей напоминало глубокий колодец с выгравированными символами на каменных стенах. Поднявшись на ноги, сделала пару шагов, останавливаясь в центре. Может, мне просто отключить мозг и перестать думать? Но это невозможно. Как только ты решаешь ни о чём не думать, тысяча разных мыслей появится в голове начиная с самой бредовой.
— Где ты? — обворожительный голос ласково прошептал.
— Лучше скажи, для чего я тебе?
— Скоро узнаешь, всему свое время. — Снимая плащ, он отложил его в сторону, доставая из бархатного мешочка какой-то предмет. — Я теряю терпение.
— Пф... Не моя забота. — Повернувшись, хотела его рассмотреть, но лица, казалось, и не было вовсе. Лишь темные, пронизывающие глаза.
— Знаю, знаю. Только вот одна загвоздка. Это ты приходишь в мои сны, и не даёшь покоя. — положив на мою ладонь тот самый кулон, сжал до боли руку, пока одинокая капля крови не упала на пол.
— Ай!
Подскакивая, смотрела на украшение немигающим взглядом. И как это понимать? Что за фокусы? Отбросив нехорошее предчувствие, застегнула цепочку на шее, пряча медальон под рубашкой. Пройдясь по дому, поняла, что нахожусь в нем совсем одна.
— Мда, — цокнула языком направляясь посмотреть, что же творится на улице.
Прислонившись к окну, устало вздохнула. Там вовсю моросил дождь, переходя в непроглядную стену ливня. Желание проверить, куда делся Адимус, вмиг улетучилось, оставляя горький привкус неизвестности.
Брум! Рум!
Живот напомнил о своей пустоте нетерпеливым бульканьем. Обшарив кухню, я нашла завернутый в тряпку сыр с черным хлебом. На скорую руку сварганив парочку бутербродов, открыла входную дверь и подперев ее стулом, уселась наблюдать за стихающим дождем. Темнота, созданная хмурыми фиолетовыми тучами, не давала точного понятия о времени суток. Оставалось лишь гадать, сколько я проспала, участвуя в чертовом квесте, под дурацким названием: «Побег».
Когда последний кусок был съеден, мое внимание привлекли странные звуки. Прислушавшись, поняла — это попросту пьяный ор. Меня передернуло от слов песни и манеры её исполнения. Местные рэперы нервно курят в сторонке. Ранее совершенно трезвый Адимус в грубой форме описывал похождения придорожной шлюхи в таких подробностях, что даже мое богатое воображение не смогло представить всей картины порнофильма. Тело в страшно грязном плаще, надвигающееся к дому, продолжало истошно орать, прерываясь на икоту. С трудом переступая порог, он допел мне последний куплет, низко кланяясь.
— Привет, ик.
— Привет. — Зажала нос пальцами, сморщившись от удушающего запаха перегара.
— Эх, я так старался, а ты мне не рада. — Вручив мне пузырек с серебристой жидкостью, Адимус прислонился к стене, пытаясь не упасть. — Не благодари.
— Нет, это представление заслуживает бурных оваций, — хлопала в ладоши как можно громче.
—
