– Ты точно знаешь, что он здесь?
– А эта сука Стерн говорил мне, что они не могут организовать нам крышу андроидов. Шевелись.
Две крепкие фигуры заскользили к звенелке, лавируя между машинами.
– Крыша андроидов? – губы Фримена не просто сжались, а побелели.
– Потом расскажу, – огрызнулся Хуч, проходя через звенелку. – А сейчас нам нужен этот Палп. Я чувствую, что он здесь. Пока они не восстановили данные, мы должны найти его и выяснить, что здесь случилось.
Они быстро шагали к небольшому административному зданию, серо-коричневой коробке, стоявшей неподалеку. Впереди расстилались знаменитые корты Кортфилдза. Мимо них сновали электрокары, развозящие игроков. Кто-то возвращался, кто-то отправлялся играть. Потные лица, сумки со спортинвентарем и банданы всех мастей; хнычущие дети, молодящиеся мамы и бесконечные бутылки с прохладительными напитками. По дорожкам суетливо метались роботы-уборщики.
Хуч подошел к первому попавшемуся окну с надписью «администратор». На его лице появилась респектабельная улыбка. Зубы выглядывали как солдаты в белых парадных мундирах. И только глаза сохранили опасное, парализующее выражение.
– Мы хотели бы узнать, на каком корте сейчас находится наш приятель…
Он едва уловимым движением головы подал знак Фримену, и тот начал быстро шептать в микрофон, спрятанный на запястье.
– Его зовут Палп. Посмотрите, пожалуйста, в списках.
– Палп? – недоверчиво отозвался администратор, пытаясь через треугольное окошечко оценить находящегося перед ним человека. – У меня здесь четыре Палпа.
Фримен оторвал запястье уже от уха и тоже просунулся в окошечко:
– Зигмунд Палп. Федеральный завод авто-такси.
Палец администратора заскользил по списку.
– Шестой корт. Вызвать электрокар?
Снова сверкнули зубы:
– Будьте добры.
За их спинами, шаркнув шинами о гудроновое покрытие дорожки, остановился кар.
– Мич, ты свободен, – крикнул администратор.
– Он свободен, – ответил за Мича Хуч, и улыбка исчезла.
Фримен уже что-то вежливо объяснял водителю кара. Через минуту они уже катили между кортами, морщась от гороховой дроби ударов мячей о грунтовое покрытие и бесконечных, сладострастных стонов делающих подачу игроков.
– Пятый совсем близко. Беспонтовая площадка для гольфа. Для квадратов из пригородов, – пояснил словоохотливый Мич.
Сидя на небольшом, похожем на велосипедное, седле, он был похож на жокея. Та же каска на голове, такой же щуплый, в нелепой униформе и с улыбкой на сморщенном, как стиральная доска, лице. Ответа он не получил, но это его не смутило.
– Она размером с пачку презервативов. Могли бы и во дворе у себя поиграть. Но нет, надо же потом на работе полгода рассказывать: я тут на днях был в Кортфилдзе, на соседнем поле со мной играл Сэм Хупарт. Локоть у него совсем не работает… Потом перекинулись парой слов. Квадраты, они все такие. Заливают тебе по полному баку, а сами… С гнильцой они все, с такой гнильцой. Стукачи с рождения.
Фримен и Хуч переглянулись.
– Ты к чему это? – осведомился Фримен.
– А к тому, что вы, я вижу, ребята серьезные, а водитесь с такими, как Палп. Странно…
– Он нам должен.
– Тогда без вопросов. Я бы лично брать у вас в займы не рискнул.
Фримен и Хуч посмотрели друг на друга, как бы оценивая себя со стороны. Оба широкие в плечах, с подбородками, об которые мог бы сломать руку и чемпион по боксу в тяжелом весе, одеты очень экономно, так чтобы одежда не стесняла движений, легкая, но крепкая обувь. На лице Хуча отразилась досада. Не было времени подкорректировать имидж.
– А квадраты, они все с гнильцой, корчат из себя крутых, песни поют, а взглянешь – придурок из пригорода, корячится на каком-нибудь федеральном заводе… Одно слово – квадрат. А вы другое дело, сразу видно…
– За дорогой следи, – не выдержав, оборвал его Фримен.
– А чего за ней следить – приехали. Вас ждать?
Кар остановился, в руки Мичу спланировала красная бумажка, а Хуч с Фрименом оглядели площадку. Она и впрямь была невелика, хотя. На грине маячило две мужские фигуры.
– Спорим, я его сразу узнаю, – сказал Фримен, когда они зашагали по полю.
– После описания Мича его узнает и слепой.
Палп примеривался к удару, долго и бессмысленно грядя на мяч. Он вздрогнул от неожиданности, когда на его плечо легла тяжелая рука.
– Мистер Палп?
Он поднял голову.
– Какого вам черта надо? Это наше время!
Он обернулся в поисках партнера. Партнер беседовал с Фрименом. При этом Фримен улыбался и что-то объяснял, а партнер стоял так, будто боялся пошевелиться, потому что малейшее движение могло вызвать атомный взрыв.
– Вы кто?
Ему в глаза метнулось удостоверение, раскрыло пасть и щелкнуло прямо возле носа. Кончик носа обдало быстрой неприятной воздушной волной. В ней угадывался запах свежей типографской краски.
– Федеральная служба социальных проблем.
Именно такое скромное название носила одна из самых мощных и засекреченных спецслужб. О ней ходили такие чудовищно неправдоподобные легенды, что, казалось, обыватели черпают их из комиксов, которые отвергли все издательства.
– Давайте отойдем. Вон туда.
Стальная рука Хуча держала Палпа за локоть, там, где проходит нерв. Больно не было, но Палп чувствовал: одно нажатие пальца и он вспомнит все свои походы к зубному, когда денег на заморозку не хватало.
– А вы не могли бы показать удостоверение еще раз?
– Мог бы, – легко согласился Хуч, лучась доброжелательством.
Палп не замечал, что его ведут к небольшой группе деревьев, окруженной кустарником. Как только они оказались за этим кустарником, Хуч протянул ему удостоверение. Палп недоверчиво взял его, покрутил в руках, раскрыл, стал читать и сличать фото с оригиналом. Хуч наблюдал за этим с улыбкой.
– Мы насчет сегодняшнего инцидента. Вы сделали заявление на задержание подозрительной личности.
– Да…
– Расскажите подробней, что случилось. Все подробности, начиная с того, как вы отъехали от вашего дома.
– Он сказал, что ему надо в Кортфилдз. Я его подвез, но сразу раскусил из-за наличных. Он сказал, что у него счет пустой. А рядом-то банкомат!
– А ты наблюдательный парень, – подбодрил его Хуч.
– А потом странная штука случилась. Его подхватил сообщник на новеньком «Дестере», а андроид не стал стрелять.
– Это был сержант Армстронг. Он поврежден. Сбой в системе. Такое бывает. Редко, но бывает. Как выглядел сообщник? Вы успели его рассмотреть?
Палп на несколько мгновений задумался.
– Я читал в «Интерполиции», что вам с сегодняшнего дня должны были заменить удостоверения на титановые жетоны.
– Бюрократические проволочки. Не всем успели заменить.
– А где ваши сканирующие очки?
– Мы сегодня не по уставу, приятель. Представь, если бы мы всегда ходили в сканирующих очках. Нас бы любая сволочь вычислить смогла.
Хуч не сдержался и с особым нажимом выделил слово «сволочь».
– Вы меня извините, но я должен проверить.
Палп вытащил микротелефон.
– Алло? Общественная приемная эФэСэСПэ? У вас работает майор Хуч?
Некоторое время он слушал невидимого собеседника, а потом его глаза сузились.
– Они говорят, что нет.
– А кто вам ответил?
– Сержант Маргарет Нейл…
– Она работает у нас неделю. Не знает порядка кодов. Мы из СД-1. Самый секретный отдел.
– Неделю? И уже сержант?
Хуч перестал улыбаться. Глаза Палпа заметались по всему Кортфилдзу. Он уже собрался открыть рот, но Хуч не дал ему этого сделать.
– Знаешь, за что двоечники убили отличника? Он слишком много знал.
Движение было быстрым, как полет электрона. Полы пиджака распахнулись, из миниатюрной кобуры вылетел маленький керамический пистолет. Из дула выскочила игла и воткнулась Палпу в потную грудь. Тот застыл, словно надгробный памятник. Хуч вышел из кустов и махнул Фримену. Через микросекунду точно так же застыл партнер Палпа. Еще через минуту оба Охотника ехали в каре, мрачно слушая болтовню Мича.
Когда они наконец от него избавились, Фримен хмуро спросил:
– А что случилось?
– Эта сволочь оказалась помешанной на спецслужбах. «Интерполицию» читает.
– Расколол?
Хуч хмуро кивнул, ускоряя шаг.
– Сколько у нас времени?
– Они проторчат в таком состоянии двадцать минут. Если никто не обратит внимания. Могут вызвать «скорую»…
– Не успейт, – кивнул сам себе Фримен.
– Что-то много проколов с этим Смитом.
Фримен ничего не ответил. Он просто чувствовал, как растет напряжение, которое со временем может превратиться в страх.
Они молча залезли в кар. Коммуникатор, который они забыли выключить, монотонно повторял:
– Первый, Второй, это База. Первый, Второй, это база…
– Слушаем.
– Удалось восстановить часть данных. Картинка не очень, стирали на совесть, но кое-что интересное есть.
