Было бы весьма интересно исследовать, какие проявления экономического роста привели к вышеперечисленным силовым отменам долгов. Было бы и особо ценным посмотреть, какие власти и силы снова и снова отменяли запреты на проценты.
В средние века, конечно, с ростовщиками разбирались быстро: крестьяне или опустошенные горожане собирались вместе и избивали ростовщиков. Сегодня же мы вступили в совершенно другую стадию развития проблемы процентов. Избиения и погромы ростовщиков в глубине души не одобряются. Но и речь больше идет вовсе не об отдельных, совершенно ограниченных проявлениях процентной болезни, которые можно было бы побороть, вырезав гнойник, речь идет о тяжелом заболевании всего человечества. Совершенно особо следует подчеркнуть, что именно наша сегодняшняя культура, именно интернациональность международных отношений сделали принцип процента таким популярным. То есть, известная нам историческая картина совершенно не должна быть аналогией сегодняшних отношений. Если вавилоняне побеждали ассирийцев, римляне — карфагенян, германцы — римлян, то после окончания войн продолжительной кабалы процента не существовало, не было международных мировых властей. Войны финансировались не за счет долгов, а за счет богатств, собранных в мирное время. Очень точно говорит об этом Давид Хуме в своем описании государственного кредита. Только новое время с его непрерывностью собственности и его международным правом дает возможность ссудным капиталам расти в бесконечность. Того пфеннига, на который со времени рождества Христова начислялись проценты, больше не существует, потому что за это время права на собственность много раз сгибались под давлением силы. Но тот пфенниг, на который начислил процент старый Ротшильд, существует и будет существовать веки вечные, пока существует международное право. Кроме того, следует помнить и о том, что на всех земных просторах только в новое время перешли от натурального хозяйства к денежной экономике. В этой связи особенно важно, что лишь в середине прошлого столетия были отменены все ограничения во взимании процентов и все запреты на проценты. Примеры: Англия 1854 г., Дания 1856 г., Бельгия 1865 г., Австрия 1868 г.
То есть понятию «процента», которое сегодня рассматривается неразрывно с понятием «денежное имущество», не более чем половина столетия. Но именно понятие процента сначала сделало дань демонической властью такой всеобщей силы, какой мы её сегодня знаем. Лишь с середины прошедшего столетия начинается становящаяся затем все сильнее задолженность государства капиталисту. Только начиная с этого времени, мы наблюдаем падение функции государства от управляющего делами содружества народов до управляющего делами капиталистических интересов. Такое направление государственного развития достигло своего максимума в использовании всеми странами мира военных займов, которые исключительно, как мы поняли, служат лишь маммонистическим интересам и которым по праву можно вручить мировую корону, венчающую громадное кредитное здание мировых ссуд.
Ссудный капитал — изгой человечества
Эти краткие экскурсы в историю облегчают нашу задачу окончательно порвать с представлениями о том, что необходимо давать ссудному капиталу внеземную власть расти самому по себе вечно и непрерывно, наделяя его ужасающей выкачивающей силой. Необходимо переломить ситуацию, когда ссудный капитал, невзирая на историческое прошлое, находится на троне над облаками, недоступный силам разрушения и недостижимый выстрелам орудий. Дома и заводы, железные дороги и мосты стираются в пыль и пепел от взрывов бомб, а ипотеки — в целости и сохранности: долговые обязательства государства и железных дорог не выплачены. Деревни, города, целые провинции подвергаются уничтожению, становясь жертвами войны, и это заставляет государства снова выпускать очередные долговые обязательства. С жадно сияющими глазами с трона над облаками наблюдает «золотой интернационал» за этой умопомрачительной деятельностью народов. И недалеко то время, когда, наконец, всё человечество без остатка станет рабом процента на службе у маммонизма…
Сломление кабалы процента возможно в отдельно взятой нации, несмотря на свою интернациональность
У Интернационала идея: он должен освободить весь мир. Слава же той нации, которая первая отважится сделать мужественный шаг по освобождению от кабалы процентов! Вскоре последуют все остальные. На часто поступающий ко мне вопрос, возможно ли вообще провести идею в отдельно взятой нации, я отвечаю: да. У нас внутренние долги. Конечно, мы сейчас безвластны против иностранных требований по процентам; их-то как раз необходимо оплатить. Но чрезмерный отток капитала должен быть по возможности приостановлен. Если законодатель не может позволить себе воздерживаться от разработки законов против убийств, обмана и т. д. только на основании того, что, якобы, снова в обществе появилась нищета, то и народ не может себе запретить сделать осознанный в качестве необходимого шаг к оздоровлению государственных финансов лишь потому, что далеко не лучшая часть этого народа пытается спрятать свои ворованные деньги в безопасности за границей. Даже если допустить, что сотни, тысячи миллионов облигаций военного займа попали за границу, и тогда это не было бы решающим фактором для того, чтобы упустить возможность сломить кабалу процента, ведь, по большому счету, из 250 миллиардов внутренних заимствований с твердым процентом большая, самая большая их часть всё равно должна оставаться в стране.
Заключительное замечание
Давайте вкратце еще раз всё подытожим. Сломление кабалы процента является радикальным средством для окончательного и длительного оздоровления наших государственных финансов. Сломление кабалы процента означает возможность отказа от давящих прямых и косвенных налогов, так как производственные предприятия государства ещё до сих пор и тем более после намерений по социализации подходящих для этого отраслей (судоходство, энергосистема, воздушное сообщение и т. д.), поставляет в государственную казну достаточное количество средств, чтобы из них финансировать все социальные и культурные задачи государства. С финансовой точки зрения сломление кабалы процента придает труду во всех профессиональных областях присущее ему первое место. Деньги снова займут единственную свойственную им роль — быть на службе в сложной системе нашего народного хозяйства. Они вновь станут тем, чем они являются по своей сути — оплатой за произведенную работу, и таким образом расчистится путь к более высокой цели — ухода от неистовой жадности к деньгам, имевшей место в нашем столетии.
