- Егор…, - начинаю я, обхватив себя руками, чтобы унять дрожь. Он слишком пьяный, чтобы мыслить здраво. Обычно, в такие моменты, он просто отключался.
- Что ты хочешь? – бросает, махнув рукой и всё содержимое на столе, в том числе и бутылка с водкой опрокинулись на пол.
- Мне нужно уложить Макара спать! – быстро говорю и выбегаю, ведь знаю, что в этом он обвинит меня.
Мне летели в спину крики, ругательства, оскорбления, но я игнорировала всё, укрываясь в комнате сына, мысленно взмолившись, чтобы он угомонился.
Малыш уже лежал в кровати и смотрел на меня испуганными глазами. Так похож на меня, ничего от отца, и был сущим ангелом. В такие моменты, мне хотелось взять его на руки и унести подальше от этого ужаса, чтобы он не видел ничего и не слышал, но…
- Папа опять сердиться? – спрашивает он, еле слышно.
- Нет, милый, всё хорошо! Ты спи, - лишь говорю, а у самой слёзы на глазах выступают. – Завтра всё будет хорошо.
- А мой друг Ванька, с которым мы сидим за одной партой, говорит, что если один раз, дать сдачи, то потом, уже никто не будет меня обижать! – вдруг говорит он, и мне кажется, что он понимает намного больше, нежели я думала.
- Драться нельзя, милый, - отвечаю, погладив его по голове.
- А если он первый меня ударил?
- Тогда нужно сказать об этом маме или учительнице, - поучаю.
- А папа говорил, что жаловаться нельзя, а нужно решать свои проблемы самому! – добавляет он, и я замираю.
- Так нужно делать, когда ты немножко подрастёшь. А пока, я смогу тебя защитить сама, - добавляю, хотя, последние события моей жизни, заставляют сомневаться в этом. – А теперь спи. Уже слишком поздно.
- Спокойной ночи, мама, - шепчет он мне, и поворачивается набок.
- Спокойной ночи, сынок, - отвечаю, поцеловав его в висок.
С полчаса сидела над сыном, пела ему колыбельную, одновременно за дверью стало тише. Больше не было криков, смеха и брани. Только легкая музыка и звон стаканов.
Я выглянула за дверь, и ничего не услышала, а после, подкралась к гостиной и увидела спящего Егора в обнимку с Виталием. Валера, сидел ко мне боком, и я не могла понять спит ли он тоже. Но это меня уже не волновало, мой муж уснул, а значит, скандал сегодня отменяется, ведь знала, что его теперь не разбудишь даже пушечным выстрелом.
Облегчённо вздохнув, я прошла в кухню, чтобы что съесть. Целый день на ногах, даже минутки не было перекусить.
Поставила чайник, сделала себе бутерброд, и бросила расстроенный взгляд в мойку, где вершилась куча посуды. Тяжело выдыхаю, опираясь руками о столешницу, и в этот момент, слышу шорох позади себя. Замираю на месте, а потом, ощущаю спиной, тепло чужого тела.
- Виталик говорил, что у тебя с мужем неполадки, и что он трахает шлюх в барах! – слышу хриплый голос Валерки. – А мне ты нравишься, - добавляет, прижимаясь тесней. Одна рука обхватывает меня за талию, вторая срывает резинку с волос, и накрывает моё горло.
Страх, охватывает моё тело в одно мгновение. Все спят. Уже около полуночи. А в гостиной играет музыка! Рука мужчины, сдавливает мне горло, с трудом давая вздохнуть, а его восставшая плоть, отчётливо упиралась мне в ягодицы. Понятное дело, чего он хотел! А рассказы Егора, о моём легком управлении и подстрекание Виталика, дали зелёный свет этому здоровяку, взять меня без препятствий. Ведь я слабохарактерная, слабая и не могла дать отпор мужу, что уже говорить об этом мужчине!
Но муж есть муж! А мысль быть изнасилованной на собственной кухне, когда рядом за стенкой сын, действовала на меня как второе дыхание. Я знала, что не сдамся без боя, а там пусть хоть убивает…
Не так просто!
Валера зарывается носом мне в волосы, вдыхает мой запах и жмётся сильнее членом в ягодицы. Его руки грубые и жестокие, сдавливают меня без препятствий, ведь я меньше чем он в два раза. Только вот сдаваться не хотела! А дальше, действовала как по инерции: сначала нанесла удар локтем в живот, потом, оттолкнувшись от стола, стукнула затылком в нос. Даже не догадывалась сама, что так могу…
Мужчина отпускает меня, и я пытаюсь проскользнуть мимо него к выходу. Делаю всего пару шагов, как чувствую жесткий захват на своих волосах, а в следующее мгновение, меня откидывает на стол. Падаю плашмя на живот, сношу какую-то посуду и чувствую боль, в рёбрах, подбородке, губе.
Даже опомниться не успела, а моё платье уже задрали вверх, сорвали бельё, и грубо ухватили за волосы, чтобы удержать на месте. Я кричу, отбиваюсь, как могу, хотя силы были на исходе. А дальше слышу лязганье пряжки ремня, звук молнии и начинаю рыдать!
