— Мэт! Чего это Саманта от нас такая довольная выскочила⁈ — Док зашел как всегда неспешно, слегка раздавшись вширь за прошедший год.
— Молодая просто. Вот и скачет как козочка.
— А-а… А я уже было подумал, хе-хе. Как наши дела? Сделал развеску препаратов?
— Все готово, шеф! Тут настойки по пять миллиграммов, это порошки по одному грамму, а здесь в пакетиках травы. Можете смешивать свои микстуры. Завтра воскресенье, можно я уйду пораньше?
Сьюзи скоро опять пойдет в школу уже во второй класс, и я хотел сходить на коллективную рыбалку, чтобы отпраздновать эту веху на лоне природы. А к хорошей рыбалке надо подготовиться. Червячков подкопать, снасти проверить.
Дорога домой привычно стелилась под колесами велосипеда, выбивающими из нее шлейф тонкой пыли. Засуха стояла уже целый месяц и зелень полей побурела и поникла под палящим солнцем бессильно ожидая небесной влаги. Если так продолжится еще с неделю, то большинству урожая придет конец. Правда особых проблем нашей семье такое не грозит, так как благодаря тому замечательному трофею от мертвого джентльмена отец в течении года полностью рассчитался с банком, купил второй трактор и грузовой пикап. Еще нанял дополнительно десятка полтора работников толпами, бродивших по дорогам Миссури в поисках работы. В общем-то столько рабочих нам не надо, но мама Джил не могла устоять, когда у двора фермы появлялась очередная семья с одним или несколькими голодными малышами и тут же находила тысячи причин, по которым нам точно нужны еще рабочие руки. Пришлось правда построить несколько деревянных хижин подальше от нашей фазенды, зато у нас появились дополнительные друзья и сообщники по дальним походам с ночевками на реке.
Милли радостно замахала сдернутой с головы панамкой еще за километр до дома, почти каждый день встречая меня с работы под раскидистым придорожным деревом.
— Привет! Пончики привез⁈ — Я затормозил и достал из пакета, лежащего в корзинке, притороченной к багажнику кремовый бублик и обернув бумажкой протянул устраивающейся на велосипеде сестренке.
— Ну, рассказывай! Как дела?
Милли, как и все мы, подросла за прошедший год и вонзив сахарные зубки в пончик принялась изливать на меня все новости прошедшего дня сидя на раме велосипеда и болтая длинненькими в пятнах ушибов и испещренных царапинами ножками.
— Мы сегодня нашли гнездо с маленькими птенчиками! Они такие голые и смешные! А кузнечиков как едят! Ам — и нету!
Милли сыпала звонким голоском словами, параллельно уничтожая сладкий пончик, а я таял от ее лучистой энергии родного существа и с возрастающей тревогой смотрел на пожухшие листья на полях. А ведь у нас под боком целая река! Странно что никто не делает искусственный полив, разве что поливают иногда огород из деревянной бочки.
Ночью всех разбудили раскаты грома и росчерки молний на пол неба. А через пол часа на дом обрушился ураганный ветер без единой капли дождя. Деревянный дом содрогался и скрипел, стараясь удержать на своих плечах железную крышу и только несколько лишних гвоздей, забитых отцом при строительстве, и молитвы сбившихся вокруг родителей детишек удержали дом от разрушения. Долгих три часа длилось светопреставление, набившее через щели горстки пыли, которая покрыла все поверхности в доме белым невесомым налетом.
Обломанные и поваленные деревья, разрушенные сараи, мертвая скотина и мычание смешанное с блеянием выживших животных встретили нас, когда мы вышли из дома с ужасом глядя на изменившийся мир в свете солнечного рассвета укрытого багровой пеленой до самого горизонта. Ураганный ветер снес хлипкие постройки, переломал практически все деревья и унес с части полей пересохший плодородный слой вместе с высаженными растениями. Апокалиптическая картина лишила всех голоса и только появление группы наших мужчин-работников вывело из ступора главу семейства. Надо отдать ему должное, он быстро оценил масштаб потерь и принял верное решение.
— Маркус, Жан! У вас все целы? Тогда быстро собери всех и забивайте покалеченных животных. Женщины пусть разжигают варочные печи. Будем тушить мясо. А я пока сгоняю в город и закуплю банок, если получится. Дети! Уберитесь во дворе!
Банки Генри привез и вместе с ними относительно утешительные вести, что город в основном уцелел, а старые хибары давно пора было снести. Целый день мы работали как проклятые так что вечером я только успел подумать о необходимости исключить влияние природных капризов на выращивание урожаев, обеспечив для этого искусственный полив. Заснул и проснулся с этой мыслью оценивая имеющуюся в голове информацию. Мощность водяных насосов была недостаточной, чтобы создать нужное давление на дальних расстояниях от реки. Придется форсировать разработку преобразователя электрической энергии в ману, так как без дополнительного давления воды с помощью артефактов не обойтись, а их надо постоянно заряжать. Моих имеющихся силенок не хватит и на одну полную зарядку не самого мощного накопителя. Так что — сбегаем от общей сутолоки, берем мозги в кучку и устраиваем аврал, пока не получится (если получится) сварганить нечто, что должно соединить оба лучших достижения двух цивилизаций.
Написал записку, которую конечно же обнаружит Милли, которая всегда начинала день с визита к своему брату. Прихватил отцовский паяльник, несколько пучков проводов, старый приемник и достав спрятанную заначку поехал на работу, надеясь договорится с мистером Оливером, чтобы он дал мне время на изобретательскую деятельность.
Электричество в отличие от нашей усадьбы в городе уже наладили, мистер Олли был занят помощью горожанам в местной больнице, и никто не мешал мне запереться в аптеке, так как что-то продавать кроме пончиков и воды мне возбранялось.
Только я разложился в комнате служащей для хранения не сильно нужного хлама, как стеклянная дверь с табличкой «Закрыто» загрохотала и звонкий голосок Саманты принялся взывать с завидной настойчивостью:
— Мэт! Я тебя видела! Открой мне пожалуйста! М-э-э-Т!
Я послушал пару минут не утихающую тираду и сжалился над решительно настроенной девочкой.
— Чего вопим⁈
— Мэт, — улыбка осветила симпатичное личико превратив его в небольшое солнышко полыхая яркой короной ауры влюбленности, — а я пришла! Ты ведь сам сказал!
— Ну, раз сказал — проходи.
— Я хотела сказать, — затараторила как мы зашли моя подружка, — что от твоего лекарства маме сразу стало лучше, а сегодня она уже встала. Я так обрадовалась, что не могла дождаться, когда ты приедешь и рассказать тебе об этом. А то доктор сказал, что придет, когда мы оплатим предыдущие счета. А маме все хуже и хуже! А тут ты…
— Все, все. Я понял! Лучше — и хорошо. Вот тебе еще три дозы лекарства и до свиданья через три дня.
— А… а можно я с тобой побуду? Маме с утра я лекарство уже дала, братья до вечера ушли гулять, папа на работе, так что — я свободна! — Зеленые глаза смотрели со смешной мольбой под рыжими ресничками домиком, что я не удержался и щелкнул пальцем по кнопке носика.
— Только чур мне не мешать! Я занят.
— Я буду как мышка! А что ты делаешь? — Мы вошли в комнату, где я разложил на столе электрические запчасти.
— Трансформатор. Намотаю на этот металлический стержень обмотку из проводов, помещу в специальную трубу и на выходе получу другой ток.
— А зачем?
— Надо… Держи вот этот провод. Когда скажу отпускай…
Саманта усердно помогала мне в течении двух часов, безостановочно нагружая мои уши всякой всячиной, что обычно бывает в головах молоденьких девочек, да еще в этот период… Ну, вы понимаете! Поэтому завершив техническую часть, я напоил свою помощницу газировкой, скормил толстый бутерброд с ветчиной и с трудом выпроводил за дверь ссылаясь на необходимости сосредоточится на развеске препаратов.
— Можно я завтра приду? — Саманта смирилась с вынужденным отступлением с позиций и тут же принялась с настойчивостью бультерьера взламывать барьеры моей свободы. Вот же, Евины дочки! И как это у них получается⁈
