державу. Генералы за дачи держались и пенсии. Быстро разбежались по национальным квартирам и катились без оглядки из Германии. А ведь были еще те, кто направо и налево продавал оружие, стрелял за доллары из танков по парламенту.
Вот и проверю сейчас, каковы наши командиры в шестидесятые. Надеюсь, здесь еще не все потеряно. Маршал Захаров, например, мне понравился. Умный дядька, и на лету мои идеи схватывает. Надеюсь, с его помощью удастся начать военную реформу. Да и легендарный Маргелов живее всех живых, командует «Войсками дядя Васи». Как десантники, такое количество дивизий совершенно лишние. Но как потенциальный экспедиционный состав «Мобильных войск» мне нужны. Будем на них апробировать свежие веяния.
Сейчас же мне необходимо увидеть собственными глазами, что представляет из себя передовой и современный отряд Советской армии. На деле у них должны быть самые лучшие офицеры и тактические наработки сообразно. Для проверки сего вчера в Берлин скромно приземлилась группа офицеров с известного курса комсостава «Выстрел». Это вам не штабные крысы, а опытные вояки. Вместе с ними затесались два неприметных спеца из ГРУ. Их взгляд мне также важен. Через Ивашутина я передал им довольно необычное задание.
Вообще, в последнее время с генералом разведчиком у меня сложились неплохие отношения. Он уже не удивлялся специфической информации, что исходила от меня, и крайне необычным заданиям, разглядев в них некую систему. Так как свою спецслужбу я, не мудрствуя лукаво, обозвал Информбюро, то в ГРУ отдел переименовали в Аналитический «А». Если коротко «АА». Но Ивашутин в последнюю встречу прагматично заметил, что АА слишком широк для него. Не хватает людей и мощностей.
Я пообещал вскоре познакомить его с будущими «хакерами» индустриального мира, кибернетиками Советского Союза. Сделаем ГРУ первой государственной разведкой мира, активно использующей электронику и компьютеры. По-здешнему ЭВМ. «АА» вырастет со временем в целое управление. Может, и отдельную спецслужбу. Больше разведок хороших и разных!
Генерал хмыкнул, но, видимо, на ус намотал. Наверное, я для него временами, как инопланетянин, и старый разведчик силится разгадать, что я на самом деле такое. Но что точно знаю: начальник советской военной разведки настоящий патриот. Без кавычек и приставок «Турбо». Если мои предложения и действия направлены на благо Родины, то я всегда встречу с его стороны поддержку.
— Товарищи офицеры, слушай мою задачу!
Наверное, от меня в штабе ожидали несколько иного. Торжественную речь, участие или что-то схожее и праздничное. Ведь вскоре 20 лет победы! И мы его будем отмечать официально и широко. Я уже заявил об этом по телевидению на всю страну. Пообещал трудящимся выходной день, торжественный парад, минуту молчания, концерты и празднества. А тут из огня да в полымя. Я уже заметил по пути в здание, что к моему приезду готовились. Простите меня, солдатики, что поспать не дал, а заставили вас все вымести, вымыть и покрасить. Ну и за дальнейшее. Зато скучать не придется!
— Приказываю группировке войск в составе 2-я гвардейской танковой, 20-я гвардейской и 3-й армии выйти на полевые занятия и провести маневры по отражению нападения Северной группы войск НАТО на территорию ГДР и подготовке удара по Северо-Германской низменности, — Кошевой и остальные командующие безмолвно уставились на меня, переваривая услышанное. — Кто там против нас на этом фланге расположен?
Наконец, главком прочистил горло:
— Товарищ Первый секретарь, на северном фланге НАТО расположено командование NORTHAG. В составе британской Рейнской армии, немецкого и бельгийского армейских корпусов.
Скупо киваю:
— Хорошо! То есть на ваш взгляд, это относительно слабый участок их общего фронта?
Вперед выступил начальник штаба генерал-полковник Арико.
— Так точно товарищ…
Подсказываю:
— Главнокомандующий. Мое офицерское звание и должность не так важны по сравнению с этим. Потому я приказываю вам начать учения под кодовым названием " Tiefebene " для проверки боеготовности армий группы войск в германии. Все остальное в этом конверте. Ознакомьтесь и подтвердите, что все поняли правильно.
Передаю офицерам конверт с подробным описанием учений, его передали мне от Захарова с утра. Кошевой незамедлительно открывает его, достает листы, быстро пробегает по нему глазу и подзывает начальника штаба. Через несколько минут на меня с неподдельным интересом взирают совсем другие люди.
— Товарищ маршал, вам все понятно?
— Так точно! Мы задействуем один из имеющихся у нас планов. Он остался от прошлогодних учений. Разрешите вопрос?
— Разрешаю.
Это армия и тут надо вести себя соответственно.
— Подобные маневры подвержены пристальному вниманию с той стороны. Да и район учений расположен около самой границы.
— В этом и вся соль. Мы должны отправить четкое послание той стороне. Мы не желаем войны, но всегда будет наготове. Так понятно?
Мне нравится генерал Арико, сдержан и сосредоточен, уже прокручивает в уме все возможные варианты.
Кошевой более прямолинеен. Ему и отвечать, в случае чего.
— Товарищ командующий, а если произойдут провокации?
— Не отвечать, но прослеживать. И впредь не давать ворогу спуска! Должно отучить их летать вдоль наших границ. Мы будем бороться за мир так, что от него камня на камне не оставим!
Лица командиров вытянулись, а я засмеялся. Поняв, что Первый шутит, рассмеялись и остальные. Обстановка несколько разрядилась. Понятно, что им совсем не улыбалось участвовать в бедламе перед праздником. Да и весенняя грязь не везде просохла. Но свежая метла в виде Первого метет по-новому. Так что лучше не отсвечивать, а в случае удачи получить законные плюшки.
Я решаю не нагнетать, благодушно оглядываюсь:
— Где у вас можно выпить чаю, товарищи офицеры? После выступления в Берлине горло пересохло.
Вот тут они и расслабились окончательно. Все вернулось в привычное русло.
— Обед готов, товарищ… Главнокомандующий.
Лица военных помаленьку разгладились, появились первые несмелые улыбки. А что учения? Чай, не в первой! Может, и к лучшему. Показать себя в деле, а не на бумагах. Первый ведь и сам воевал, скорее поймет военных.
После сытного обеда и принятия некоторого количества напитков на грудь, я решительно пресек попытки продолжить пьянку. Еще не все наши дела сделаны. Мой тонкий намек на толстые обстоятельства поняли. Мы уселись с высшим составом командования в уютной гостиной и неспешно беседовали под чай.
— Вам, товарищи офицеры, я могу сообщить вещи доселе секретные.
Ребята тут же напряглись. С Ильичом не соскучишься.
— Вы все в курсе того, что творится сейчас во Вьетнаме. Но я сюда пришел не политинформацию читать. Вам, как людям военным важнее аспект чисто воинский, — внимательно отслеживаю реакцию. Молодцы, держатся и ждут. Тут армейские привычки не бежать впереди паровоза к месту. — Было принято решение участвовать в
