Читаем без скачивания Я всё ещё... (СИ) - Хоуп Амели

Разглядывать Дэвида было прекрасным занятием, которое он решил прервать кое-каким напоминанием. Уж о нём я не забыла.

— Я написал, что через час мы будем у них. Успеем?

— Времени более чем достаточно.

Я не вступаю в конфронтацию и не отыгрываю пару ненужных ни для кого часов. Час? Хорошо. Не будет времени переключиться на заднюю передачу.

Потратив на сборы двадцать минут, вышагиваю на встречу к Дэвиду, ожидающему меня в холле. Не может не льстить его выражение лица с намёком на дикость, первобытность. Приятно вновь пробуждать подобное в нём. Даже если это довольно-таки бессмысленно.

— Позволишь? — протягиваю к нему руку. — Однажды ты обещал, что с получением прав я смогу объездить её как следует.

— Помню. — Не раздумывая, Дэвид вкладывает в мою руку ключи. — Думаешь, сможешь укротить моего строптивого коня?

— Я уже держу его в узде. — Подмигивая, я ломанулась к черному красавцу. Невтерпёж проверить и его на прочность. Может и он мне поддастся, как и его хозяин, который так и норовит испепелить меня своими глазами.

Поездка удалась на славу. Давно я не освобождала себя от внутренних бушующих демонов. Они есть у всех. И каждый сам выбирает как их выпускать. Я же свой способ однажды подсмотрела, а моё подсознание его навязало.

Припарковавшись у дома Кендры, встречаю на себе пристальный и озадаченный взгляд Дэвида. Он просит объяснений, и я их ему даю.

— Кольцевые гонки для любителей. Старое и давно забытое увлечение.

— Не похоже, что забытое.

— Забытое, — сказав с некой горечью во рту, я резко убираю руки с руля, как с горящей плиты, и вскакиваю с места. Оказавшись вне машины, уверенность тут же пропадает.

Через несколько секунд я увижу её спустя 7 лет. Обнять, поцеловать, сказать «привет» — ещё не решено, а я уже возле той двери, к которой руки тянулись открыть одним движением, но сердце ноюще умоляло не трогать.

Глава 20. Амели

— Боже, Ами… Я теперь тебя не отпущу… Никогда! — Кендра обвила меня как удав туго и бескомпромиссно. — И не проси меня. Никогда больше!

Я будто маленький мышонок, который загнан в угол. Однако при этом первый на свете грызун, готовый пробыть в змеином крючке хоть всю ночь. Я поймана и от этого счастлива. Парадокс.

— Если бы ты это не озвучила, я бы сама попросила тебя меня не отпускать. — На последующих словах меня словно приглушили, и я продолжила говорить сиплым и дребезжащим голосом. — Я по тебе очень сильно скучала, Кендра. Прости.

— И ты.

— Тебя то за что? — Я чуток отодвигаюсь, чтобы взглянуть ей в глаза.

— За нелестные слова при упоминании твоего имени. Я крайне была остра на язык. Не могла свыкнуться, что тебя нет со мной рядом.

Я не знаю сколько мы пробыли в объятиях с Кендрой, но для нас обеих Земля остановилась. Прежде, чем зайти в дом, подруга прощупывала меня с ног до головы не один раз, убеждаясь, что перед ней не 3D проекция. И грудь нэчурал и попа текчурал.

Когда мы с подругой всё же перекрыли свои слёзные каналы и изменили траекторию движения своих тел в сторону дома, я вспомнила, что кое-что я упустила в описанной мною цепи развёрнутой встречи с подругой — родителей Дэвида и Кендры. Несомненно, они сегодня здесь, а мне им нечего сказать. Я всё детство оттаптывала порог их дома и была желанным для них гостем. Но это было до тех пор, пока я втихомолочку не совершила побег.

И я была ошеломлена тем, что миссис Лесли и мистер Генри встретили меня как родную дочь, которую они много лет назад потеряли и её возвращения ждали всем сердцем. Они верили, что, оступившись семь лет назад, она одумается и когда-то вернётся в их дом. Слёзы лишь тому подтверждение.

После прошумевшего ливня взошло солнце. Мы делились недостающими кусочками мозаики и восстанавливали её целостность. Смеялись. Удивлялись. Я обретала внутреннее счастье и покой. Но иногда откуда не возьмись на небе появляется тучка и солнце заходит за неё.

— Как твои родители Амели, не соскучились по Сан-Франциско? — с теплом и добродушием спрашивает мистер Уокер.

Вопрос этот был неизбежен. Я свыклась с мыслью, что их никогда не будет рядом. Только вот, говорить это в слух невероятно тяжело. Вдохнув больше воздуха в легкие, я произношу то, что никто и не предвидел услышать.

— Два года назад они попали в страшную аварию со смертельным исходом. Их больше нет с нами, ни мамы, ни папы. — Все с печалью в глазах выразили своё соболезнование о случившемся, кроме Дэвида. Он также, как и я в тот злополучный день, когда только узнала о ДТП, молча вышел из комнаты. Ему надо время. И я как никто иной прекрасно его понимаю.

Приняв сказанное мною за правду и осознав всё это, Дэвид вскоре присоединился к нам. Наша беседа тихо перешла в другое русло. Никто не стал расспрашивать подробности, и я за это благодарна им.

Чуть позднее Кендра спустилась к нам со сладким спящим комочком. Мы официально познакомились. Он такой крошечный — мои руки целое королевское двухспальное ложе для него. Когда-то и Оливия была такой: веки медленно поднимаются и опускаются; малюсенькие пальчики цепкие как у котёнка. А запах — запах, словно на него вылита тонна молока. Оно глубоко просочилось в его кожу.

Держа в руках маленького Дэвида, ты невольно начинаешь осознавать, что время не стояло на одном месте. Жизнь протекала сквозь меня, через дыры боли, обид и страха. Кто-то рождается, кто-то уходит от нас, а кто-то в один миг просто теряет самого себя.

И да, Кендра всё-таки назвала сына в честь своего брата. И муж её не был против. Кендра вышла замуж за школьного друга Дэвида — Тони. Моя Кендра: девчонка, для которой серьёзность была скукой смертной — стала женой и мамой. Я столько всего пропустила. Ума не приложу, каким образом Тони смог оккупировать мозги моей подруги, превратив роковую красавицу школы в покладистую женщину, конечно, со своими изюминками. Но так и вкуснее получилось.

Помощь Кендре на кухне обернулась допросом. Сколько бы лет ни прошло, подруга она и в Африке подруга — тема парней на повестке дня.

— Ни одних серьёзных отношений? Вау, ты превзошла саму мать Терезу. Но почему? — Кендра сообразительная. А ещё она меня хорошо знает, и этого достаточно, чтобы в её голове выстроилась цепочка из нужных звеньев. — Да ладно! До сих пор?

Возможно, и до сих пор. До смерти родителей я не переставала думать о нём. Легкий флирт, несколько скромных свиданий, не более того. Слишком основательно засел его образ. А после их ухода оставшуюся часть себя я отдала Оливии.

Кендра посчитала, что она должна оставаться как моей подругой, так и его сестрой.

— После тебя у братца только одни были отношения. Четыре года с Дилан прожили. Девчонка она отличная. Не ты, конечно, но тоже ничего. Вот только когда вопрос встал, что пора двигаться им дальше: ну типо свадьба, дети — Дэвид отпустил её. Он признался мне, что желание сделать кого-то своей женой у него возникло в жизни только раз. Как думаешь, о ком это он, Амели?

— Кендра, не стоит ворошить старое.

— Так оно старое или всё же…

Размышления Кендры были прерваны появлением Дэвида на кухне. Слышал ли он весь наш разговор или нет, виду он не подал. Лишь поторопил наши болтливые задницы.

Посиделки наши плавно переместились на задний двор. Мужчины о мужском, женщины обо всем. Расстояние в несколько метров не помешало нам общаться на языке, который понимаем лишь мы вдвоём. Интересно, так было бы всегда беззаботно, если бы не…?

Уговоры остаться на ночь не увенчались успехом. Мы с Дэвидом выбрали поехать домой. К нему домой.

Глава 21. Амели

Управление автомобилем в исполнении Дэвида возжигает во мне редкие переживания. Что-то палящее, вызывающее ощущение жгучего наслаждения. Любоваться им, когда он сосредоточен, когда изредка напрягаются его мышцы и набухают вены на кистях рук при совершении небезопасных манёвров — нечто исключительное. Тебя будоражит внутри от предстающей взору картины. В кровь не выбрасывается адреналин. Нет, здесь совсем иное. Ты просто полностью доверяешь свою жизнь одному человеку. Вновь ему — человеку, который когда-то был твоим.