— О, сэр, теперь абсолютно все понятно. Можете положиться на меня, — лебезил портье. — Я служу в этом отеле уже пятьдесят пять лет. Какие были времена, сэр! Какие люди останавливались в «Эдельвейсе»! Я умею работать, сэр, вот увидите.
Киджи приподнял шляпу. Портье согнулся, откинув руки ладошками назад.
Выйдя в подъезд, Киджи увидел Ингу Михайловну — она шла по аллее навстречу ему. Киджи поставил чемодан у ног.
— Вы уезжаете? — удивленно спросила Инга Михайловна.
— Да, я уезжаю. Жаль, что не пришлось написать о вас ни строки. Что передать в Москве?
— Ничего, — сказала она сухо. — Я разговаривала с профессором Новосельским по телефону.
— Счастливо оставаться, — Киджи поднял чемодан.
2
В редакции сказали, что ехать надо в Приаральские Каракумы.
Завтра будут открыты шлюзы, и воды могучих сибирских рек Оби и Енисея потекут по каналу в Аральское море.
Киджи бывал во всех европейских странах, в Америке и Африке, но ему не приходилось по делам ездить в Казахстан, он только пролетал над его территорией на самолете и знал, что она громанда, читал и слышал о рудных богатствах и необъятных для взора хлебных нивах, но обо всем этом у него были весьма общие представления.
Ему дали подготовленные к печати статьи ученых и гидростроителей, их надо было внимательно прочитать, чтобы войти в курс дела. Выискивая в редакции укромный уголок, Киджи не спеша шел по коридору и заглядывал в комнаты. Всюду кипела работа. Редакция выпускала ежедневно два номера газеты — утром и вечером — и раз в пятидневку богато иллюстрированное приложение.
В одной комнате сидели иллюстраторы во главе с редактором художественного отдела. Перед ними светился телеэкран. Где-то далеко, на северном полюсе и в Антрактиде, в шахтах и на хлебных полях, в глубинах океана и в космосе путешествовали корреспонденты с телекамерами, и то, что они там видели, было видно на экране в редакции. Нужные кадры отбирались, фотографировались. Фотографы, не оборачиваясь, грозили кулаками, если открывалась дверь, — они боялись упустить интересный кадр.
Киджи заглянул в другую комнату, разделенную звуконепроницаемыми светлыми перегородками. Во всех кабинах звучали в магнитофонной записи рассказы, речи, выступления на многих языках земного шара, нужное для публикации тут же отбиралось, и специальные электронные машины переводили текст, который появлялся уже на бумажном рулончике, почти готовый к набору.
Киджи дошел до кабинета редактора, приоткрыл дверь — редактора не было. Наконец-то нашлась единственная свободная комната! Киджи разложил бумаги и принялся читать.
Проект использования стока многоводных сибирских рек для орошения обширных земель Казахстана был разработан давно, он предвещал громадные экономические выгоды. Крупнейшие реки Сибири Обь и Енисей бесполезно отдают свою воду Ледовитому океану. В свое время они играли роль транспортных артерий, но с развитием повсюду сети автострад, электрифицированных железнодорожных магистралей и авиалиний их роль стала несущественной. Между тем земли Казахстана при изобилии солнечного света испытывали недостаток влаги. Проект этот частью был осуществлен раньше, теперь все гидростроительные работы были закончены полностью, они велись не только на территории Сибири и в Казахстане, но и в республиках Средней Азии. Скоро все здесь преобразится.
Аральское море переполнится, станет пресным, оно прольется в Каспийское море, уровень которого за последние годы понизился так, что прежние его очертания на карте сильно изменились. Теперь оказалось ненужным продолжение русел Сыр-Дарьи и Аму-Дарьи до Аральского моря, эти реки поворачиваются на запад, где создаются новые хлопкосеющие районы. Климат во всем этом обширном районе станет субтропическим.
Читая статьи, Киджи делал выписки, особенно цифровых данных: цифры, характеризующие рост экономики этих районов в ближайшее время, были громадны — их невозможно запомнить.
Потом он просмотрел газеты. На глаза попалось несколько статей и высказываний о болиде. Интересным было предположение Новосельского, но оно ничем не подтверждалось. Киджи бывал на других планетах, видел там только отсутствие жизни и не мог поверить в появление неведомых гостей из космоса.
Его внимание привлекла небольшая заметка, озаглавленная интригующе: «Нужен ли нам Ледовитый океан?» В ней говорилось, что в конференц-зале географического института состоится обсуждение дипломного проекта, приглашены ученые…
Будущее океана заинтересовало Киджи. Он вызвался сходить на обсуждение и написать об этом.
В институте было людно. До начала заседания оставалось минут пять, а пока все ходили в фойе. Справа в громадные окна смотрели деревья и цветы — невообразимая смесь красок и форм. Тут были тропические растения, не имеющие себе равных по обилию видов, и несравнимая ни с чем северная береза.
Раздался звонок, и все потянулись в зал. Короткая процедура выборов председательствующего — назвали имя Новосельского, и он занял место за столом председателя.
На трибуну поднялся юноша, с вздернутым носиком, с пухлыми губами; он раскрыл папку, достал несколько листков бумаги и разложил их перед собой. Две девушки-программистки заняли свои места за кодирующими портативными машинками. Наступила тишина.
Студент-выпускник излагал проект, и Киджи, слушая, восхищался. Предлагалось опустить в нескольких местах на дно океана сильные нагревательные приборы, работающие на ядерном горючем. Будущий ученый показал схему такого прибора, она четко обозначалась на экране, который засветился на стене возле трибуны. Приборы, используя водород из глубин океана, могут работать бесконечно. Через год Северный Ледовитый океан перестанет быть Ледовитым, температура воды повысится, лед растает. Продуманное распределение нагревателей изменит направление теплых и холодных течений, на севере возникнет новый природный фактор. Там, где протянулась сейчас тундра с вечно мерзлой подпочвой, раскинутся пшеничные поля.
Автор проекта называл цифры, сколько будет получено дополнительно хлеба, фруктов, овощей, продуктов животноводства. Оценивались затраты. Девушки-программистки стучали на своих машинках. Килограммы, секунды, джоули, кулоны в огромных величинах — мега, гига, тера — кодировались на перфоленте.
Киджи слушал, мысли об этом проекте мешались с мыслями о том, что он увидит завтра. Цветущие сады на севере, цитрусовые в голой пустыне — удивительно!..
— Человек могуч! — воскликнул студент, заканчивая доклад. — В его руках — великая энергия, с помощью которой он преобразует лицо земли, сделает ее богаче и краше.
Киджи порывисто вскочил и зааплодировал. Но весь зал отозвался на заключительные слова докладчика сдержанными вежливыми аплодисментами. Не успел юноша покинуть трибуну, как к нему подошел маленький старичок с седыми волосами. Он поправил пенсне и протянул руки.
— Дайте же поцеловать вас за смелость мысли.
Молодой человек раскраснелся в смущении и гордости. Ученый поцеловал его в лоб, поднялся к трибуне и, улыбаясь, сказал:
— Простите мне, старику, маленькое отступление. Я вспомнил свои школьные годы и своего сурового, но справедливого отца. Когда я приходил из школы, он, заглянув в мой дневник, говорил: «Дай я тебя поцелую за пятерку по естествознанию». И целовал. А потом говорил: «А теперь дай-ка я тебя высеку за тройку по поведению». И не сек, пальцем не трогал, но распекал на все корки.
В зале задвигались, заулыбались. Ученый продолжал:
— Дозвольте и вас, молодой человек, немножко того, покритиковать. И вы не обижайтесь. Это хорошо, что мы, старики, еще живы и есть кому сказать вам несколько полезных слов. Смелость мысли — это хорошо, и очень хорошо, что в руках человека — великая энергия, но использовать ее надо разумно.
Мы, ихтиологи, знакомы с проектом превращения Северного Ледовитого океана в теплый океан. Проект вполне осуществимый в наше время. Но что он даст? Я буду говорить главным образом о рыбных богатствах. Они там исчезнут. Рыбы холодных вод уйдут с севера к южному полюсу, а будут ли размножаться обитатели теплых вод — это еще вопрос, во всяком случае, это быстро не произойдет, и народное хозяйство потеряет только по разделу добычи рыбы и морского зверя…
Снова цифры и цифры. Пальцы шифровальщиц прыгали по клавиатуре машинок. В экономический баланс добавлялась новая информация. Киджи отыскал студента. Тот сидел, опустив голову, уши его горели. Но вот с трибуны заговорил представитель института лесного хозяйства, и молодой человек поднял голову, повеселел.
Потом выступил агроном. Киджи казалось бесспорной выгодность заменить тундру пшеничным полем, однако после слов агронома чаша весов дрогнула и сдвинулась не в пользу проекта.
