Смотрю на стакан – такой же, как вчера.
– Я выпью его, только если ты уже сделал от туда глоток, – вырывается у меня, вместо: «Что ты здесь делаешь?». Это может выдать, что мне не все равно.
Он забирает мой стакан, отпивает горячий шоколад и возвращает его мне. Его реакция на мой сарказм настолько сильно удивляет меня, что я не могу сдержать смех.
– Надеюсь, сегодня ночью в пекарне проходило собрание анонимных любителей кексов Эдди. Если нет, то мне известно местечко, где продают нужные таблетки.
– Боюсь, я пока не хочу избавляться от своего пристрастия, – отвечает он.
Я бросаю на него косой взгляд. Мы же все еще говорим о кексах, правильно?
– Прости.
– Чья очередь задавать вопрос? – спрашивает он.
– Моя, – отвечаю я, хотя на самом деле не помню. В любом случае, я предпочитаю спрашивать, а не отвечать.
– Окей, спрашивай.
– У тебя есть братья? – Мне известно, что у него нет сестер, потому что его бабушка говорила, что у нее только одна внучка. А он уже объяснил, что это его кузина.
– Да, у меня два старших брата. Самуэлю двадцать три, и он недавно окончил юридический.
– В каком университете?
– В Гарварде.
Ну конечно.
– Другому брату, Лукасу, двадцать. Он сейчас в колледже.
– У них вполне нормальные имена.
– Нормальные?
– Никаких Четсов или Веллингтонсов, или чего-нибудь в этом роде.
Он выгибает бровь.
– Ты знаешь кто-нибудь по имени Веллингтон?
– Нет, конечно. Но ты, думаю, знаешь.
– Нет, не знаю.
– Хм, – всего лишь выдаю я.
– Ладно, теперь моя очередь.
Я улыбаюсь, но в то же время очень нервничаю. Хотелось бы мне контролировать его вопросы, таким образом я смогла бы избегать тех, на которые отвечать не хочу.
– Ты носишь линзы?
– Что? И это твой вопрос?
– Да.
– Нет. Почему ты спрашиваешь?
– Никогда не видел таких зеленых глаз. Поэтому я решил, что, может быть, это цветные линзы.
Я отворачиваюсь, пытаясь скрыть от него улыбку, и мысленно проклинаю его за то, что заставил почувствовать себя особенной.
– А ты?
– Конечно нет. Думаешь, я бы выбрал карие? Это же банально.
– Благодаря золотым крапинкам они скорее янтарного цвета. – Я хочу пнуть себя за это признание, особенно после того, как он ослепительно мне улыбается.
– Мы пришли. – Я указываю на старую школу справа от меня. Здание было построено семьдесят пять лет назад, и, несмотря на то, что оно сохранилось довольно-таки неплохо, не помешало бы его отремонтировать.
Он смотрит на школу, и я начинаю нервничать, размышляя, что он о ней думает. Интересно, почему же меня волнует его мнение? Ксандер, скорее всего, ходит в одну из двух частных школ в городе. Да, столько богатых людей здесь живет – им нужны две частные школы в маленьком прибрежном городке.
Его взгляд возвращается ко мне.
– Увидимся позже.
– Позже? Ты собираешься приехать сюда в двенадцать, чтобы проводить меня домой? Потому что я не уверена, смогу ли выдержать твою компанию дважды за день.
Ксандер тяжело вздыхает.
– А моя бабушка считает тебя милой. – На его лбу появляется морщинка. – Твои занятия заканчиваются в полдень?
– Скажем так, уроки заканчиваются не в двенадцать, но я ухожу именно во столько.
– Почему?
– Эм... – Я машу рукой в сторону своего магазина. – Мне надо работать.
Его глаза расширяются.
– Ты пропускаешь полдня в школе, потому что работаешь?
– Это не проблема... к тому же, это была моя идея... мне не сложно. – Я знаю, что говорю бессвязно только потому, что на самом деле меня это волнует. Поэтому прекращаю оправдываться. – Мне нужно идти.
– Хорошо. Пока, Кайман. – Он разворачивается и направляется обратно к машине, даже не оглянувшись.
***
– Кайман, – говорит мистер Браун, когда я вхожу в научный класс несколькими минутами позже.
– Простите, я попала в терновый куст, и мне пришлось долго выпутываться. – В каком-то смысле это даже правда.
– Несмотря на то, что твои отговорки на сегодняшний день наиболее креативные, я обратился к тебе не поэтому.
Весь класс уже начал выполнять лабораторную, и я тоже хотела ею заняться. Похоже, они используют настоящие химикаты.
Должно быть, мистер Браун замечает мой взгляд, так как произносит:
– Это займет всего минутку.
Я неохотно подхожу к его столу.
Он пододвигает ко мне несколько листовок.
– Вот про этот колледж я тебе рассказывал. Он специализируется на математике и естественных науках.
Я забираю бумаги.
– Хорошо, спасибо. – Я поняла еще в начале учебного года, что лучше говорить учителям о своем намерении пойти в колледж, нежели объяснять обратное. Я запихиваю бумаги в рюкзак и занимаю свое место. В начале года нас было нечетное количество в классе. Мистер Браун спросил, кто хочет сидеть один, и я подняла руку. Мне удобнее делать лабораторную в одиночку – так никто не испортит работу. Гораздо легче быть самостоятельной.
***
На следующее утро Ксандер опять поджидает меня у входа в магазин, небрежно прислонившись к фонарному столбу, как будто мы ходим вместе в школу всю жизнь. Он делает глоток из стакана с горячим шоколадом и отдает его мне.
Я беру напиток. Он обжигает мне горло. Это неправильно. Мне нужно, чтобы Ксандер исчез, тогда я смогу вернуться к своему нормальному образу жизни и высмеивать таких людей, как он. Тогда я смогу перестать ждать утра только для того, чтобы вновь увидеть его.
– Итак, мистер Спенс, один твой брат юрист, другой – учится в каком-то крутом колледже. Что насчет твоего будущего?
– В этом я похож на тебя.
– В какой вселенной?
Видимо, он подумал, что это шутка, и рассмеялся.
– Предполагается, что я продолжу семейный бизнес.
– И что заставило тебя подумать, что я тоже буду заниматься семейным бизнесом?
– Ты работаешь и живешь там, помогаешь в управлении магазином... уверен, твоя мама хочет передать магазин тебе.
Я смирилась с этим уже давно, но его слова действуют, как спусковой крючок.
– Я не собираюсь всю жизнь торчать в магазине кукол.
– Тогда тебе лучше начать подавать сигналы.
– Все сложнее, чем кажется. – Я не могу все бросить. Она на меня рассчитывает.
– Понимаю.
Теперь моя очередь смеяться. Ничего он не понимает. Совершенно очевидно, что если Ксандер уйдет из семейного бизнеса, то ничего ужасного не случится. Их счета все равно буду оплачены. Перед ним открыто будущее безграничных возможностей.
