– Значит, вы в детстве не бегали без присмотра?
Уголки ее губ растянулись в улыбке.
– Бегала. У меня было столько свободы, сколько нужно ребенку. Я часто бродила в одиночестве по лесу, разговаривала сама с собой и с деревьями.
– Вы чувствовали себя одинокой?
Это было произнесено с таким участием, что ее охватило странное волнение. Она сглотнула и проигнорировала его.
– Я не знаю, как ответить на этот вопрос. Эти прогулки были частью моей повседневной жизни. У меня не возникало ощущения, будто мне чего-то не хватает.
Только сейчас, когда к ней прикасался этот мужчина, она вдруг осознала, чего была лишена столько времени.
Потрясенная собственным открытием, она отвела взгляд и спросила:
– А как насчет вас?
– Я не бродил по лесам.
Его тон был каким-то странным, но Зара не могла понять, в чем дело.
– Вам не было одиноко?
– Во дворце всегда полно народа. Повзрослев, я полюбил вечеринки.
Заметив боль, промелькнувшую в глубине его глаз, Зара подумала о том, видит ли кто-нибудь за титулом принца человека, ценит ли Андреса как личность.
– Это не важно. В нашем лагере всегда было полно народа, но я никогда не чувствовала себя одной из этих людей. Община состоит из семей, которые связаны между собой кровными узами. У меня нет семьи.
– У меня была семья, – хрипло произнес Андрес.
– Ваши родители тоже умерли? – спросила Зара и тут же отругала себя за бестактность.
– Мой отец умер. Насчет матери я не знаю, – сухо ответил он.
– Она не живет во дворце, – заметила Зара.
– Она уже много лет здесь не живет.
– Куда она отправилась?
– Ни я, ни мой брат, ни агенты нашей разведки не знаем ответа на этот вопрос. Она сделала то, чего от нее никто не ожидал.
– Что она сделала?
Зара думала, что Андрес отругает ее за излишнее любопытство и прекратит разговор, но вместо этого он еле заметно улыбнулся и ответил:
– Просто исчезла, не взяв с собой ничего.
– Почему?
– Полагаю, потому, что слишком устала от всего.
– Устала быть членом королевской семьи?
Андрес остановился, но не отпустил ее.
– Возможно.
Его ответ был уклончивым. За ним явно крылось что-то еще. Ей хотелось узнать все, но она поспешно сказала себе, что ее не должно это волновать.
– Возможно, я когда-нибудь тоже устану от всего этого.
Алекс внезапно отпустил ее руку и схватил за подбородок:
– Вы меня не бросите.
Его эмоциональная реакция привела ее в замешательство.
– Нет, – ответила она, не будучи полностью уверена в том, что говорит правду.
– Вы отлично танцуете, – сказал Андрес и отошел от нее.
Ее неосторожные слова по-прежнему висели в воздухе, создавая напряжение.
– Спасибо, – ответила Зара, хотя сомневалась, что он искренне похвалил ее танец.
– Полагаю, следующие пару дней вам нужно потратить на тщательную подготовку к знакомству с местной публикой. В конце недели состоится прием по случаю национального праздника. Мы с вами появимся на нем вместе. Прием пройдет здесь, во дворце. На нем будут присутствовать выдающиеся граждане Петраса. Остальные посмотрят телевизионную трансляцию. Мой брат произнесет речь. По какой-то причине народ интересует то, что он собирается сказать.
Маска беззаботного плейбоя вернулась на место. Зара поняла, что ей больше не следует ждать откровений с его стороны.
– Надеюсь, мне не нужно будет ничего говорить?
Ее пугала одна лишь мысль об этом, поскольку она никогда раньше не выступала с речью перед публикой.
– Слава богу, нет. Если вы будете выглядеть красиво, мило улыбаться и помалкивать, все пройдет хорошо.
Она нахмурилась:
– Не беспокойтесь, я не буду говорить то, чего мне не следует говорить.
– Я не могу быть так в этом уверен.
– Почему это событие будет иметь такое большое значение?
– Потому что я впервые появлюсь на подобном мероприятии в сопровождении женщины. Увидев вас рядом со мной, все решат, что в королевской семье скоро произойдет серьезное событие.
Зара открыла рот, но, прежде чем смогла что-то сказать, Андрес повернулся и направился к выходу. Тогда ей не осталось ничего другого, кроме как тупо смотреть ему вслед.
Глава 6
Зара подозревала, что это платье было выбрано специально для того, чтобы создать скромный и нежный образ. Сшитое из бледно-голубого шелка, оно имело неглубокий вырез и закрывало колени. Ее волосы были собраны в высокий узел, а макияж был более сдержанным. Наверное, тот, кто выбирал для нее наряды, решил, что, если она будет скромно выглядеть, у нее автоматически выработаются хорошие манеры.
Ее отчаяние усиливалось. Ей хотелось избежать брака с принцем Андресом. Она боялась смотреть в будущее.
Вчера вечером выпал снег, и температура воздуха резко опустилась. Петрас граничил с Грецией, но находился глубже в горах. Климат в Петрасе был таким же, как в Тиримии. Зара привыкла к холоду, но сейчас почему-то дрожала.
Дело определенно было не в волнении. Сидеть за столом и есть вовсе не трудно. Она сможет это делать, никого не унижая.
Что бы ни думал о ней Андрес, она не животное.
Число прибывающих во дворец гостей стремительно росло, и Зара прошла вглубь стенной ниши в переднем помещении дворца. Ее сердце бешено стучало. Она сложила руки на груди и сжала пальцы в кулаки, чтобы хоть немного их согреть.
Зара была вынуждена признать, что все-таки нервничает. Она не знала почему. Ведь она ничем не рискует.
Окинув взглядом толпу, она увидела темноволосую голову Андреса, который был выше всех остальных. В этой толпе она знала только его. Он был для нее своего рода маяком.
Андрес взглядом встретился с Зарой. Тогда он решительно направился к ней, и она покорно опустила руки.
– Где ты была? – спросил Андрес.
– Здесь. Ты не сказал, в каком конкретно месте мы встретимся.
– Я не думал, что ты будешь прятаться в углу.
– Я не прячусь, – возразила она, хотя делала именно это.
– Кайрос и Табиса уже идут в зал. Мы зайдем вслед за ними. Но прежде чем мы туда отправимся, я должен кое-что тебе подарить.
Зара тупо уставилась на него:
– Подарить мне?
Ей никогда раньше не делали подарков, и она понятия не имела, как на это реагировать.
У нее сдавило грудь, и она не знала почему. Она лишь знала, что такое же чувство возникало у нее, когда вся община собиралась у костра, а она одна сидела в фургоне, и когда она гуляла одна в лесу.
– Иди сюда.
Андрес не стал ждать, когда она подчинится. Он схватил ее за локоть и отвел в коридор, который находился за лестницей. Когда он достал из кармана маленькую бархатную коробочку, у нее перехватило дыхание. Щемящее чувство уступило место страху.
