Читаем без скачивания Третий лишний - Вера и Марина Воробей

Ваня показал Ирочке, как кататься, и она пробовала ездить. Несколько раз девочка соскальзывала с самоката, но потом все пошло как по маслу. Иван то и дело оборачивался и смотрел на Анины окна. Девушка торжествовала: «Так тебе и надо! Ты у меня попрыгаешь! Вот и торчи тут до вечера».

Она села за стол и уставилась в сочинение. Грохот начал понемногу отдаляться. Девушка подошла к окну: они уходили. Ей стало обидно: «Ненадолго же его хватило!»

Можно, конечно, открыть окно и крикнуть: «Подождите меня!» И Аня почти решилась так поступить, но что-то ее остановило. Нет, девушка вовсе не собиралась прекращать отношения с Иваном, такой поворот ей и в голову не приходил. Просто она пыталась ему что-то доказать, а что, и сама толком не знала. Начиная с разговора на перемене, ее куда-то несло, причем настолько стремительно, что она сама только диву давалась. «Я просто защищаю свое достоинство, вот так! От кого? Не от десятилетней же девчонки! Выходит, от Волкова». Аню это объяснение не очень устроило, но иного она подобрать не сумела. Скрепя сердце Аня в третий раз вернулась за письменный стол. Некоторое время она просто сидела, даже не пытаясь писать сочинение. Настроение ее быстро менялось. Чем дальше, тем больше казалось, что вся их ссора ломаного гроша не стоит и ее следует поскорее замять. Можно сделать вид, будто ничего не произошло, тем более он звал…

Аня уже почти решилась выйти и догнать Ваню с Ирочкой, как снова услышала грохот скутера.

«Возвращаются! – Она радостно забарабанила по столу. – Правильно я за ними не побежала». Через секунду девушка вновь заняла позицию за шторой.

Ирочка носилась на скутере и пыталась прокатиться на одном заднем колесе. Но то ли самокат не был рассчитан на подобные трюки, то ли еще что-то, только заднее колесо отвалилось. Куча винтов, гаек и всяких железок разлетелась в стороны. Ирочка побежала за укатившимся колесом, а Ваня взялся свинчивать части самоката. Он сел на корточки прямо на тротуаре и начал закручивать гайки. Аня смотрела в окно и сама не заметила, как отделилась от шторы. В какой-то момент Иван поднял глаза и, конечно, увидел ее. Взгляды их встретились. Девушка дернулась, но прятаться было поздно, да и глупо. Стало очень жарко, краска смущения залила лицо и шею. Наверняка Иван все теперь понял, догадался, что она, как последняя дура, подглядывала за ними из-за занавески. Аня мечтала провалиться сквозь землю, а Волков все сидел со скутером в руках. Сидел и просто смотрел на нее.

Вдруг из-за поворота на большой скорости выехала машина. Автомобиль двигался вовсе не по проезжей дороге, почти полностью забитой легковушками, а по тротуару. Ни Аня, ни Ваня машину не видели, несколько мучительно долгих мгновений они существовали одни на целом свете. Девушка отдала бы что угодно за возможность прервать этот разговор без слов. И вот на полном ходу автомобиль пронесся мимо Вани. От неожиданного и довольно сильного толчка тот отлетел в сторону и упал на землю. Одновременно с этим скутер вылетел из его рук и очутился под колесами машины.

Аня очнулась и, как была, в тапочках, вылетела из квартиры, забыв захлопнуть дверь. От быстрой смены событий она даже испугаться не успела. Когда девушка выбежала на улицу, Ваня неловко поднимался на ноги. На щеке его красовалась свежая ссадина, правую руку он осторожно придерживал левой. Рядом навзрыд рыдала Ирочка с самокатным колесом в руках. Остатки так и несобранного скутера валялись повсюду.

Разумеется, лихого водителя уже и след простыл, зато из окон выглядывали жильцы.

– Совсем обнаглели! – возмущалась старушка с болонкой на руках. – Накупили прав и гоняют почем зря!

– И не говорите, – вторил ей стоявший на балконе старичок с гантелями. – По пешеходной дорожке поперся, чуть мальчика не убил. Я сорок лет за баранкой, а такого не упомню.

– Номер-то какой? – громко поинтересовалась бабуля с железной лейкой. – Я все видела. – Она громыхнула лейкой.

– Я все записал. – Отставной майор в майке потряс видеокамерой. – Не отвертится, голубчик, будет знать, как наглеть. Специально кассету держал, хотел снимать для «Сам себе режиссер».

Дворовая общественность обрадовалась. Старички наперебой начали строить предположения, на сколько лет сядет в тюрьму водитель и какую сумму он заплатит за лечение мальчика.

Вся эта беседа прошла мимо Ани, она никого не слышала.

– Как рука? – До нее наконец дошло, что случилось.

– Да вроде действует. – Ваня сжал и разжал пальцы и поморщился от боли.

– Пойдем ко мне, тебе умыться надо.

– Может, не стоит? – спросил он таким голосом, что у девушки внутри что-то оборвалось. – Иван внимательно на нее смотрел. – Я не один.

Аня совершенно не ожидала подобного ответа.

– Пожалуйста. – Девушка стала собирать детали от скутера. – Пожалуйста, пойдем. – В глаза Ване она старалась не смотреть, он же, напротив, упорно ловил ее взгляд.

Не прекращая плакать, Ирочка начала подбирать обломки скутера.

– Брось. – Ваня махнул здоровой рукой. – Самокат восстановлению не подлежит.

– Мы на него в суд подадим, – размазывая по лицу грязь, всхлипывала девочка. – Его в тюрьму посадят. А я-а-а-а ему машину расцарапаю, и-и-и-и все стекла расколочу молотком, и-и-и-и все колеса проколю, и… и… морду ему набью.

– Пойдем ко мне в гости, – предложила Аня Ирочке. – У папы классный аквариум. Там рыбки всякие, улитки. Даже рак-отшельник.

Вопрос решился сам собой. Первой по лестнице поднималась Ирочка, она успокоилась и теперь очень хотела поглядеть на рыбок. За ней шла Аня, шла и боялась оглянуться на Ваню. Он молчал.

Девочка быстренько умылась и убежала смотреть огромный аквариум с рыбками. Ане очень хотелось промыть Ване ссадину, она несколько раз порывалась предложить это, но сама себя останавливала. Девушка испытывала смешанное чувство страха и неловкости: что, если он откажется! Волков даже не сел.

– Давай зеленкой смажем, – наконец предложила она, набравшись храбрости.

– Вот уж нет, – он усмехнулся. – Только не зеленкой. Если ты не против, я умоюсь.

– Конечно! Пожалуйста! – Аня поспешно закивала.

Волков ушел в ванную, и некоторое время до Ани долетал лишь шум воды. Следовало немедленно что-то предпринять, сказать нужные слова или, наоборот, сделать вид, будто ничего не произошло. Но девушка не могла сейчас ничего придумать.

– Пластырь есть? – Ваня стоял в дверном проеме.

Он умылся и теперь выглядел совсем неплохо. Аня кивнула и принесла пластырь.

– Как ты?

– Кость цела, вывиха нет, пальцы не выбиты, значит, просто потянул.

Девушка немного успокоилась. «Он решил, – думала она, доставая бинт, – спустить на тормозах. Проехали – ну и хорошо, раз проехали». Она не очень уверенно попыталась взять Ванину руку. Он мягко отстранился и сделал все сам.

– Порядок. Спасибо. – Он так и не присел. – Нам давно уже пора. Спасибо за воду, пластырь, бинт и рыбок. – Он шагнул к выходу.

У девушки упало сердце: «Не проехали».

– Может, побудете еще? – пролепетала она.

– А стоит? Не думаю, что ты этого хочешь. – Кажется, он собирался еще что-то сказать, но передумал и шагнул к двери.

У Ани внутри все похолодело, но все же она сумела ответить:

– Хочу, – и совсем тихо добавила, – очень.

Возникла неловкая пауза. Они не глядели друг на друга. Только из глубины квартиры слышались восторженные возгласы Ирочки.

Первым нарушил молчание Иван:

– Ты мне ничего не хочешь сказать?

Аня бросила на него жалобный взгляд и низко опустила голову.

– Я все понимаю. – Волков подбирал слова. – В жизни такое случается. Было и ушло, ты, главное, скажи. Все?

Аня совсем перепугалась. Ничего похожего на разрыв отношений ей и в голову не приходило. Она просто хотела что-то доказать или даже не хотела. Подумай она, что Ваня может именно таким образом расценить ее поведение, она бы никогда…

Аня замотала головой, говорить она не могла: мешал комок в горле.

– Да или нет? – жестко переспросил он.

– Я н-н-не понимаю, о чем… о чем ты? – Аня еще ниже опустила голову.

– Ладно, давай с другой стороны. – Он помолчал и потом отчеканил: – Что за фигня происходит с тобой в последнее время? Раньше ничего такого не было. Посмотри на меня, я не могу разговаривать с макушкой.

Аня через силу подняла глаза и постаралась выдержать прямой взгляд.

– Вот так, а теперь ответь, что происходит? – Он смотрел ей прямо в глаза. – Никак въехать не могу, что не так? Почему ты все время злишься?

– Ничего не происходит, и я не злюсь. – Она отвернулась.

Может, это была неправда, а может, и правда. Она теперь и сама не знала. То, что еще час назад казалось ей таким серьезным и значительным, померкло в один миг, когда машина сбила Ваню. Она перепугалась, и все прежние мысли разом вылетели из головы.