Читаем без скачивания Газета Завтра 234 (73 1998) - Газета Завтра

И вот такой президент, по сути больной, злобный старик, предложил Думе проголосовать за “неведому зверушку” Кириенко, который тут же объявил себя продолжателем “курса реформ”. Разворовавшие страну грызуны используют эту фразу как бандитский пароль. Произносящий его чиновник обещает, во-первых, не допустить возврата собственности народу; и во-вторых, предотвратить уничтожение этих самых грызунов.

Дальнейшее известно. Думское большинство подчинилось ультиматуму. При этом с целью сохранения хорошей мины на лице те, кто поменял позицию с принципиальной на шкурную, разразились потоком кудрявых речей с не менее кудрявыми аргументами. Наиболее распространенным было объяснение, что голосовавшие за Кириенко вынуждены были подчиниться президенту по требованию избирателей. У меня же нет сомнений в том, что, видя, как Е.Б.Н. унижает человеческое достоинство депутатов, как чередует запугивание с подкупом, избиратель, наделенный чувством порядочности, мог желать только одного со стороны своего избранника: адекватного ответа наглецу.

Не реже употреблялся еще один довод: нельзя, мол, оставлять наедине с Россией сегодняшнего президента, человека “непредсказуемого”. При этом в коридорах Думы депутаты меняли терминологию: вместо “непредсказуемый” употреблялось другое понятие: “выживший из ума”. В общем, бегает эдакий бычина-маразматик по поселку и бодает жителей неким “указным правом” И никак, мол, этого быка одного оставлять нельзя, обязательно надо рядом вприпрыжку носиться. Глядишь, со временем и схватим бычину за ноздрю и оттащим его туда, где ему место — на скотный двор… .

Ссылаясь на эту “невозможность оставлять президента наедине”, несколько депутатов-коммунистов на своем Пленуме умудрились полностью подменить суть проблемы постановкой надуманного вопроса: “Вы за или против сохранения Думы?” В конечном итоге, полтора десятка членов фракции, в обход принятого решения, проголосовали за тайное голосование, что позволило антикоммунистическому телевидению автоматически опоганить всю фракцию.

Итак, вполне разумная для оппозиции цивилизованных стран стратегия врастания во власть и взаимодействия с президентом и правительством оказалась неприемлемой в ельцинской России. Несостоятельность такого взаимодействия лучше всего подтверждается тенденцией проигрыша большей части губернаторских выборов и прямой информацией наших товарищей из регионов о том, что доверие протестной части россиян к КПРФ снижается. Это обязывает нас встать на путь поиска более радикальной линии КПРФ. Необходима выработка новой стратегии, или хотя бы ее опорных пунктов.

По-моему, будущая стратегия должна опираться на два принципиальных положения. Во-первых, это должна быть не стратегия “спасения России”, а стратегия борьбы за власть, потому что, только взяв власть, пусть даже не полностью, а в союзе с кем-либо, можно спасти Россию. Поступки оппозиции должны оцениваться одним критерием: наносится удар, расшатывающий ельцинизм, или нет. Все возражения о том, что под удар, мол, попадает и несчастный рядовой россиянин,- отговорка. Принцип “чем хуже, тем лучше”, в котором нас упрекают и будут упрекать,- это принцип оппозиции в любой стране. И наши противники, “демократы”, не только его ежедневно применяли, когда ломали Советское государство, но и постоянно декларировали как основу своих действий.

Во-вторых, новая стратегия должна стать стратегией постоянного и нарастающего конфликта с режимом и, прежде всего, с президентом Ельциным. В отношении к нему оппозиция должно знать только одно слово: “Долой!”

Вынужден специально подчеркнуть, что я имею в виду борьбу за власть исполнительную. Дума, именуемая законодательной властью, по ее возможностям — всего лишь бесправная ширма для прикрытия авторитарно-криминального режима. Некоторые видные думские деятели от оппозиции в поисках оправдания своего соглашательства при голосовании за Кириенко умудряются публично утверждать, что, оказывается, у оппозиции сегодня власть есть — это Дума. Именно отсюда они логически обосновывали необходимость любой ценой Думу сохранить. Можно было бы, наверное, посчитать такое утверждение хитрой демагогией, если бы не истерическая страсть, с которой эти рассуждения произносились. Хочется верить, что здесь все же больше политической неграмотности, нежели иных, внеполитических расчетов…

Определив эти два исходных принципа, нужно выстроить новую стратегию по элементам. Прежде всего необходим полный отказ и недопустимость в будущем каких-либо форм переговоров как с Ельциным, так и с его ближайшими клевретами типа Юмашева, Ястржембского, Шахрая, Немцова. Руководители компартии, на мой взгляд, могут идти на контакт с подобными людьми исключительно по их публичной просьбе, а любые переговоры должны носить гласный характер и сопровождаться стенограммой. Безусловно, должны быть прекращены так называемые “круглые столы”. Они, с содержательной точки зрения, ничего не дали ни оппозиции, ни народу в целом. Со стороны президента и исполнительной власти в данном случае имела место фарсовая имитация, не решившая ни одной серьезной проблемы страны. Полагаю также, что ошибочным было с нашей стороны возлагать основную тяжесть переговоров на Селезнева как председателя Госдумы. “Круглый стол” — это место разрешения споров не между законодательной и исполнительной властью, а между противостоящими политическими силами — властью и оппозицией. Лидеры этих политических сил были определены на последних президентских выборах — это Зюганов и Ельцин. Селезнев, безусловно, является полпредом депутатского корпуса. Но нельзя допускать идентификации Думы с опоозицией, а уж тем более с компартией, в данном случае это и происходит. Что же касается разрекламированных заседаний “четверки”, в любой стране с нормальным президентом его совместные совещания с премьер-министром и главой законодательной власти — обычная повседневная практика. Лишь в России из этого сделали специальное шоу. Но коммунисты не должны иметь к этому никакого отношения. Участие в “четверке” Селезнева должно быть его личной должностной обязанностью и не более…

Думается, что для подавляющего большинства коммунистов ясен и вопрос о возможности вхождения в правительство. Страну трясет, Россия входит в острейший экономический кризис, выхода из которого в обозримом будущем не предвидится. Производство останавливается, финансовая система рушится. Ликвидация задолженностей по зарплате невозможна. Блокировка дорог голодающими шахтерами — только начало. Бастующие, рано или поздно, сообразят, что значительно более страшным ударом по власти будет перекрытие не железных дорог, а газо- и нефтепроводов. Тут уже зашевелятся не российские министры, а западные. При такой ситуации входить в ельцинское правительство, тупо продолжающее идти на столкновение с собственным народом, недопустимо. Думается, что необходимо прекратить всякие даже упоминания о возможном вхождении коммунистов в ельцинское правительство.

Разговор с сегодняшним правительством целесообразно вести только в одной плоскости: “Почему вы не собираете запланированные налоги? Не с кого? Идите к тем, кто построил себе на крови народа дворцы и купил зарубежные особняки! К тем, кто выкачивает из страны последние соки! Извольте обеспечить поступления в бюджет за счет этой сволочи! А если не можете — уходите! Мы сможем!”

Полагаю, что новая стратегия должна предполагать более жесткое управление со стороны компартии ее депутатской группой в Думе. Фракция должна получить категорическую установку по голосованиям за определенные законы. Их перечень мне видится следующим: об СНВ-2, приватизации, разделе продукции, бюджете, внешних заимствованиях. Компартия должна обязать своих депутатов голосовать отрицательно в этих случаях. Обязательным должно быть и положительное голосование по вопросу импичмента президенту и недоверия правительству. Никаких “рекомендовать” — только обязать.

Для депутатов-одномандатников не может быть исключений. Ссылки на мнение избирателей несостоятельны. Усредненного избирателя нет. Депутат, победивший в одномандатном округе при поддержке компартии, ответствен перед ней, а не перед абстрактным избирателем. Люди, отдавшие за него голоса, поддерживали, прежде всего того, кто обещал воплощать в жизнь именно программу КПРФ.

Одновременно необходимо определиться и в отношении союзников. Если депутат от аграриев или “Народовластия” по вышеупомянутым голосованиям систематически занимает противоположную позицию, надо ясно и четко сказать ему: “Да, ты свободен в волеизъявлении! Да, ты не обязан выполнять установки компартии. Но эти законы для нас знаковые, они — критерий принадлежности к оппозиции. И если ты, реализуя свое право на свободу голосования, идешь здесь против нас, ты нам не союзник и даже не попутчик; твое место в другой колонне!”