Как видно, сопротивление частей 2-го механизированного корпуса позволило остановить немецкое наступление на Умань. Воспользовавшись моментом, 6-й и 12-я армия выскользнули из очередного «мешка». Но говорить, что им удалось избежать угрозы окружения и уничтожения, было еще рано. Противник решил перенести острие вбиваемого им «клина» с уманского направления восточнее – в район Новоархангельска и Кировограда.
Для нового наступления противник создал поддерживающую артиллерийскую группировку. Из трех, сравнительно слабых артиллерийских частей (3-й дивизион 119-го артполка, 844-й артдивизион, 2-й дивизион 84-го артполка) была сформирована группа усиления, объединенная управлением 108-го артиллерийского командования. Также 11-й дивизии был придан 2-й танковой полк из состава соседней 16-й танковой. Для выполнения поставленной задачи командир соединения генерал Л. Крювель сформировал две боевые группы. В правую вошли: 2-й танковый полк, 1-й батальон 110-го пехотного и 1-й батальон 111-го пехотного полков, 1-й дивизион 119-го артиллерийского полка, а также саперы и зенитчики. Возглавил ее командир 110-го полка. В составе левой группы находились 15-й танковый полк, 2-й батальон 110-го пехотного полка, 61-й мотоциклетный батальон, 2-й дивизион 119-го артполка, саперы и зенитчики. Командовал ими командир 11-й пехотной бригады. Поддержку им в борьбе с советскими бронетанковыми силами оказывал 231-й противотанковый дивизион. В резерве оставался 2-й батальон 111-го пехотного полка.
Ближайшей целью наступления приказ определял выход на линию с. Дзензелевка – Маньковка, в дальнейшем предполагалось выйти к д. Роги. В 12.30 генерал Л. Крювель передал своим командирам свой приказ на наступление. Поскольку 2-й танковый полк 16-й дивизии не мог прибыть на исходный рубеж ранее 14.00, начало общей атаки назначили на 17.00.
В определенное приказом время обе боевые группы перешли в наступление и сравнительно быстро прорвали советские оборонительные позиции. Войска 2-го механизированного корпуса пытались задержать продвижение артиллерийским и минометным огнем, но такая мера не принесла ожидаемого результата. Уже в 18.00 правая боевая группа ворвалась в с. Нестеровка. На подходе к селу и в самом населенном пункте противник встретил сильное сопротивление красноармейцев. Бой принял ожесточенный характер, и только в 20.30 противнику удалось полностью очистить село и закрепиться в нем. Приведя себя в порядок и пополнив боезапас, противник возобновил движение в сторону с. Дзензелевка.
Тем временем левая боевая группа проследовала через с. Крищенцы, атаковала выс. 234 и заняла ее в 19.00. Впереди лежало с. Маньковка, перед которым немецкие наблюдатели разглядели хорошо оборудованные и занятые пехотой оборонительные позиции. Предпринятая атака с ходу не принесла успеха, и немцам пришлось отойти.
Неожиданно для противника в его тылу оказались значительные силы пехоты поддержанные танками. В ранних сумерках в штаб 11-й дивизии поступило сообщение, что линия снабжения, проходившая по дороге Нестеровка – Соколовка, разорвана внезапным ударом. Быстро сгущавшаяся темнота не позволила вызвать авиацию, поэтому на борьбу с прорывом перебросили 2-й батальон 111-го пехотного полка, до этого находившийся в резерве.
Вследствие плохих погодных условий сосредоточение 16-й моторизованной дивизии затянулось. По этой причине немецкие 11-я танковая и 16-я моторизованная смогли перейти в наступление только около 16.00. Сбивая части прикрытия, не взирая на сильный артиллерийской обстрел, две дивизии противника смогли за оставшееся световое время значительно продвинуться вперед. К наступлению сумерек они достигли линии Нестеровка – Маньковка – Иваньки – Черная Каменка.
Немецкая 16-я танковая дивизия в течение дня была вынуждена оставаться на своих позициях. Сильные атаки и обстрелы артиллерии не позволили ей перейти в наступление и поддержать действия своих соседей. Единственным достижением дивизии стали обстрелы собственной артиллерией железнодорожных путей в районе станции Монастырище. В результате полотно дороги и насыпь были повреждены, и движение поездов на участке прекратилось. Вечером командование корпуса получило приказ сменить 16-ю танковую дивизию группой «Шведлер» и вывести ее в резерв танковой группы, сосредоточив южнее Жашкова. Передача этого соединения, с самого начала Восточной кампании находившегося в составе корпуса, проходила с большой неохотой[56]. В боях оно зарекомендовало себя с самой лучшей стороны.
Бои 28 июля на северном фасе, вызванные переходом соединений немецкого XXXXVIII корпуса от обороны к наступлению, не позволили вовремя снять дивизии 2-го мехкорпуса и перебросить их в ранее предполагавшийся район р. Синюха. Все три его дивизии были скованы противником и лишились свободы маневра. Командование Южным фронтом, в целом, дало положительную оценку действиям корпуса Ю.В. Новосельского. По мнению командующего генерала И.В. Тюленева, дивизии обеспечили выход 6-й и 12-й армий и сорвали противнику операцию по их окружению.
Отказ немцев от продолжения наступления на Умань в конце июля был вызван уже не столько сопротивлением 2-го мехкорпуса, сколько общим изменением обстановки. Целью немецкой операции было окружение и уничтожение как можно большего количества советских войск западнее Днепра. Отход частей 6-й, 12-й и 18-й армий на юго-восток не позволял выполнить поставленные задачи в должной мере, значительная часть отходящий соединений могла оказаться вне «котла». Требовалось в срочном порядке найти новое направление для проведения операции на окружение. Для этого необходимо было убедиться, что 2-й корпус угрозы уже не представляет. К исходу 28 июля у немцев такой уверенности еще не было.
Неожиданно «помощь» здесь оказало само советское командование.
Так как приказ от 25 июля все еще выполнен не был, начальник штаба Южного фронта генерал Романов через делегата связи еще раз напомнил командующему 12-й армией, а также генералу Ю.В. Новосельскому о необходимости вывода 2-го мехкорпуса в резерв. Однако по сравнению с прежним вариантом новый предусматривал принципиально иной маршрут движения. Если прежде корпус предполагалось сосредоточить в районе Новоархангельск – Тишковка, то теперь он выводился на юг, к Голованевску и там поступал в резерв фронта[57]. Подобное решение в ситуации конца июля выглядело странным.
Решение о снятии 2-го мехкорпуса с фронта без постановки перед ним новых активных задач можно считать ошибочным. Ведь следует напомнить, что именно в направлении, пролегавшем севернее Голованевска, прорывалась 1-я горно-егерская дивизия. У корпуса было достаточно сил, чтобы не только остановить ее, но и нанести поражение, сорвав тем самым охват 6-й и 12-й армий с юга. Отказ от передислокации в восточном направлении также не был верным. Присутствие корпуса в определенном еще 25 июля районе помешало противнику провести операцию по окружению группировки 6-й и 12-й армий с севера. Также, исходя из требований приказа генерала И.В. Тюленева о восстановлении фронта с 26-й армией Юго-Западного фронта, передислокация механизированного корпуса на правый фланг была более целесообразной, чем вывод его в резерв.
Для 6-й и 12-й армий ставилась новая задача. «В целях сокращения фронта, сохранения живой силы и материальных средств армии правого крыла фронта отводятся на новый оборонительный рубеж Христиновка – Теплик – Красноселка – Гайворон – Демовка – Слободка – Рыбница. Отход производить скрытно, только ночью, обманывая противника активными действиями сильных арьергардов под прикрытием авиации»[58]. Весьма примечательным в данной директиве является определение рубежей обороны для армий.
Так, 12-й армии надлежало занять оборонительную линию по линии ст. Звенигородка – Соколовка – ст. Поташ – Зеленков – Павловка, а также отсечную по восточному берегу р. Синюха. Штаб следовало перевести в Новоархангельск. 6-й армии был определен рубеж от ст. Поташ через Добрая, Христиновка, Теплик, Умань, со штабом в Умани. Слева к ней примыкали части 18-й армии. 2-й мехкорпус выводится в резерв, сосредотачиваясь в районе Островец – Ладыжинка – Краснополье[59]. Это означало, что отступление с выходом на указанные позиции прекращается и происходит стабилизация фронта. Такой вывод подтверждается боевым распоряжением № 029 от 29 августа. В нем указывалось, что армии должны «действуя методами активной обороны, ни в коем случае без разрешения занимаемых позиций не оставлять»[60].
С северо-востока в районе Звенигородки должны подойти части 26-й армии, которые восстановят стык с Юго-Западным фронтом. Тем самым выход противника к Днепру станет невозможным. Однако выполнение поставленной задачи было возможно только лишь при пассивном поведении противника. А на это рассчитывать всерьез не приходилось. Механизированные и танковые соединения 1-й танковой группы еще сохранились достаточную пробивную силу, чтобы взломать оборону пехотных частей или обойти их с фланга. Что они и доказали в ближайшие дни.
