направилась в свою комнату.
Что ж, переговоры можно сказать прошли успешно. Теперь надо дожать Леона. Если Рамин приказал мне ждать возле машины, значит мы поедем либо по магазинам, либо в офис к Леону. Я в выигрыше в любом случае.
Осталось как-то освоить навыки "падшей женщины", чтобы не угодить в немилость к Бесланову.
Бесланов довёз меня до своего офиса и без лишних церемоний втолкнул в кабинет Леона.
— Она твоя, — раздражённо сказал он и быстро ушел.
Леон заинтригованно подошёл ко мне, пожирая мое тело взглядом.
— Он сказал, что Вы поможете мне с работой, — я потупила глазки. — Пожалуйста. Иначе он отдаст меня своей Феридэ. Я, конечно, не боюсь работы по дому, но очень хочется...
— Успокойся, ангелочек, — Леон поднял мое лицо за подбородок, и теперь его дыхание обжигало мне кожу. — Я спасу тебя от этой Феридэ. Если ты будешь очень стараться.
— Я буду стараться, — согласилась я.
— Ты даже не представляешь как одновременно невинно и порочно эта фраза звучит в твоих устах, — Леон склонился к моим губам, касаясь бородой моей кожи. — Мой нежный ангелочек. Тебе не больно после вчерашнего?
— Нет, — улыбнулась я, чуть отстраняясь от губ мужчины.
— Я очень старался, чтобы тебе было хорошо, — мужчина снова приблизился ко мне. — Не со всеми я такой нежный.
— Значит, — я лукаво стрельнула глазками, — мне повезло? И Вы будете со мной нежным всегда?
— Хитренькая какая, — усмехнулся мужчина и прижал меня к своему телу, чтобы я больше не отстранилась. — Нет, Изи. Это ты наша игрушка, а не мы твои. Поэтому именно ты будешь под нас подстраиваться. А мы оба не приемлем ванильный секс.
Я тяжело выдохнула, так как дышать в объятьях Леона становилось все сложнее.
— Когда... я смогу приступить к работе? — я мягко увернулась от губ Леона.
Тогда мужчина раздражённо рыкнул, вцепился мне в волосы и грубовато запрокинул мне голову.
И хоть его действия должны были меня скорее напугать, но я машинально закрыла глаза от удовольствия. У меня даже мурашки прошлись по телу.
— Прямо сейчас, — изрёк мужчина и жадно впился мне в губы.
В первую секунду, расслабленная тем, что Леон схватил меня за волосы, я приняла поцелуй мужчины и даже попробовала ответить на него. Но Леону нужен был не поцелуй. Мужчина задрал подол моего платья и рукой нырнул под него, а затем с нажимом провел по моей промежности.
Я дернулась и сильнее прижалась к груди Бессонова, чтобы избежать такого напористого контакта. Но затем тут же упёрлась ладошками в плечи мужчины и возмущённо замычала.
— Мне нравится, как ты трепыхаешься, — улыбнулся Леон и собрался было продолжить, но тут зазвонил мой мобильный.
— Прошу Вас! — взмолилась я. — Это, наверное, моя мама! Мне нужно с ней поговорить!
— Говори, — мужчина выпустил меня из рук, однако, пока я доставала смартфон, он не сводил с меня голодного взгляда.
— Да, мамочка, — ответила я, увидев знакомый номер. — Как дела?
— Плохо, Изи, — печально выдохнула она.
— Папе хуже? — испугалась я и отвернулась от теперь такого неуместного взгляда Леона.
— Нет, ему лучше, — ответила мама. — Он уже дома. Сейчас главное — беречься. Но... Это плохо не для него, а для тебя.
— Почему? — не понимала я.
— Тетя Фатима позвонила папе, — маме было явно очень трудно это говорить. — Она сказала, что ты приехала в столицу совсем не поступать.
— А зачем? — ещё больше удивилась я.
— Она сказала, что ты собиралась отбить жениха Леры. А как только ты приехала, он сразу бросил девушку и переключился на тебя. И что... Эту ночь ты провела с ним.
Я сглотнула ком в горле.
Что мне ответить? Даже, если отбросить предательство Леры и естественный гнев тети Фатимы за то, что я сорвала выгодную партию для ее дочери, я понимала, что если мама настоит на визите к гинекологу, то все станет ясно.
Какой стыд!
— Мамочка, — дрожащим голосом заговорила я.
— Никуда ты не поступила, Изи, — горько вздохнула мама. — Ты просто сбежала к своему любовнику. Я не думала, что ты такая. Разве такой мы тебя воспитали?
Мой подбородок задрожал от подступивший слез.
— Отец отказался от тебя, — заключила мама. — Он пока не хочет с тобой разговаривать. И я не знаю, когда захочет. Всем твоим сестрам он запретил общаться с тобой. И мне тоже. Я позвонила тебе, чтобы это сказать. И то, что... Дай мне немного времени это пережить. Чуть позже я куплю себе другую симку и позвоню тебе. Буду звонить, тайком. Но на этот номер пока не звони. Хорошо?
— Прости меня, мамочка, — я шмыгнула носом, совершенно забыв, где я нахожусь, и кто со мной рядом.
— Просто дай мне это пережить, ладно? Береги себя, Изи. И если уж ты сбежала к своему любовнику, то постарайся женить его на себе. Не предохраняйся. Может, если ты забеременеешь, то все быстрее решиться. Только так ты сможешь смыть весь позор.
— Я поняла, — выдохнула я. — Пока, мамочка.
Закончив разговор, я тут же взяла себя в руки. Не буду я плакать при Леоне!
Да, я совершила ошибку, но слезами горю не поможешь. Да, я буду жалеть об этой ошибке всю жизнь. Но...
Почему-то я почувствовала даже какое-то облегчение после разговора. Я всегда чувствовала себя другой в семье. Словно не на своем месте. Меня всегда видели и принимали не такой, какой я была. Вот и сейчас. Им все равно на мои объяснения. Лере все равно на то, что я искренне пыталась ей помочь. По большому счету никому нет дела до меня. Даже моей семье. Я нужна им только правильная, воспитанная и покорная. Но им не нужна я настоящая. Никому не нужна. И сейчас у меня появился шанс самой всего достичь. Конечно, без помощи других людей мне не обойтись. Но, несмотря на всю горечь ситуации, с меня как будто сняли огромный груз проблем. Я даже почувствовала невесомость собственного тела.
Может это и есть мой шанс стать другой? Такой, какая я на самом деле? Это шанс учиться там, где я захочу, работать и жить, без оглядки на то, осудят меня мои
