обманываю, думаю мрачно. Лариса, моя последняя бывшая, говорила, что со мной невозможно иметь дело из-за моего педантизма и стремления всё держать под контролем. Что поделать, если у меня характер такой. Причём как раз с самого детства.
Пока щенка проверяют, а Соня помогает его держать, мне приходит сообщение от секретаря суда, что процесс перенесён на два часа позже. Всё расписание, естественно, летит к чёрту, поэтому срочно решаю рабочие вопросы, связываюсь с двумя клиентами и передоговариваюсь о встрече с нотариусом.
– С Малышом всё в порядке, – радостно сообщает мне девушка, выйдя из кабинета, – он.…
– Прекрасно, – нетерпеливо киваю. – Я должен ехать, поэтому давай побыстрее, закину тебя домой.
– Конечно, – она как-то скованно пожимает плечами, но мне сейчас не до этого.
Даже хорошо, что день выходит загруженным. Не будет времени думать о… лишнем.
И всё же в течение следующих часов то и дело ловлю себя на мысли, что хочу написать Соне. Спросить, как она там. Помыла ли этого своего Малыша – мы купили прямо в клинике специальный шампунь для собак. Что вообще делает.
И когда последняя на сегодня встреча заканчивается, я торопливо иду к машине.
Пока еду домой, мне звонит Артур. Поморщившись, отвечаю на звонок и переключаю его на динамик в машине.
– Андрюх, здорово! – раздаётся голос друга. – Ну чего, как там моя Сонька? Не сильно тебя достаёт?
– Нет, – отвечаю как могу ровно, – всё нормально.
За исключением того, что у меня при виде твоей дочери мозги отключаются.
– Ну, я ж говорил, что с ней проблем не будет, – радуется Артур.
– Ты по делу? Я в машине, не очень удобно говорить, – пытаюсь перевести его с темы дочери.
Чувствую себя каким-то предателем. Он ведь поручил мне девочку, чтобы я ей помог, а вместо этого я что сделал?...
Правильно. Целовался с ней взасос.
Просто класс. Друг, называется.
Очень хочется побиться головой о руль.
– Да, слушай, я вот чего звоню, – Артур переходит на деловой тон. – Я собрал все бумаги по клубу. Чеки там, выписки, акты о выполненных работах, где сам подписывался – всё, что у себя нашёл в документах и в истории платежей.
– Отлично, – сосредоточенно киваю, сворачивая на дорогу, ведущую к дому. – Сделай скан-копии и пришли мне на почту. И вот ещё что, Артур.… Я хотел бы знать, насколько у вас в клубе, скажем так, здоровая атмосфера?
Задавая вопрос, думаю о Соне, о том, что мать попросила её встретиться именно там, о чёртовом Дамире, поставщике непонятно чего – я ещё не выяснил, чего именно.
– Слушай, раньше я бы тебе своей головой поручился, что всё там отлично, – друг вздыхает. – Но сейчас.… Я надеюсь только, что охрана следит, чтобы там не было наркоты. Сам знаешь, стоит этой дряни появиться в клубе…
– Знаю, – говорю задумчиво.
В таком случае рано или поздно (но скорее рано) клуб становится притоном и местом распространения. А там – разработка отделом наркоконтроля, облавы и просранная репутация владельцев.
– Ладно, – паркую машину возле дома, – присылай информацию.
Про Дамира пока решаю молчать. На бракоразводный процесс это никак не влияет. А что касается Сони…
У меня складывается чёткое и довольно противное ощущение, что она абсолютно не нужна своим родителям.
Ранний ребёнок, из-за которого, собственно, и состоялся поспешный «брак по залёту». Сколько тогда было Артуру и Аните? Двадцать один и девятнадцать? Может, пока дочь была маленькой, они ещё и относились к ней серьёзнее. И то не факт. А теперь у матери завёлся «сердечный друг», да и отец…. сплавил дочурку и не парится.
Или я просто уговариваю сам себя? Чтобы избавиться от угрызений совести?
Что бы я там ни думал, как бы мне ни казалось, что я единственный, кому по-настоящему важно, что с ней происходит, дочь друга – это табу!
С другой стороны, Соня же сама меня поцеловала?
Это не показатель, она просто была в шоке.
Но ей ведь понравилось?
Да какая, нахрен, разница?! Она младше, она под твоей защитой, она дочь твоего друга!
Плюнув и окончательно запутавшись в собственных мыслях, захожу домой и тут же оказываюсь в гуще событий.
Первым в мою сторону несётся меховой снаряд, в котором я не сразу узнаю подобранного Соней несчастного щенка. Следом за ним бежит девушка.
– Малыш! Малыш, да стой же ты!...
Собака в последний момент меняет траекторию, а вот Соня проскальзывает по полу в носках последние пару метров и врезается прямо в меня. Единственное, что успеваю сделать, это подхватить её, чтобы она не улетела на пол. Попутно чувствительно получаю локтем прямо в солнечное сплетение и оседаю на диван, очень кстати оказавшийся рядом.
– Ой.…
Соня ёрзает, оказавшись у меня на коленях.
Нет-нет-нет, пожалуйста, только не это!...
– Какого чёрта, Софья?! – рявкаю, лишь бы отвлечься от ощущений.
– Простите, я не специально! – она, пискнув, зажмуривается.
– Что за балаган?! – стряхиваю её с колен, резко встаю.
Девчонка подхватывает на руки заскулившего щенка, а я пячусь назад. Подальше, подальше, ещё пара шагов, дистанция.… Держи дистанцию, Славин, чёрт тебя подери!
– Извините, я правда случайно, – она тоже пятится назад.
– Софья, я вроде бы достаточно понятно объяснил тебе правила поведения в этом доме, когда ты здесь только появилась?! – сжимаю пальцы, складываю руки на груди, понижаю голос, используя ледяные интонации. – Основным было: не путаться под ногами! Будь добра, запомни сама и постарайся внушить это своей собаке, раз уж подобрала её! Шума и бедлама здесь я не потерплю!
– Разумеется, Андрей Андреевич, – девушка выпрямляется, сильнее прижимает к себе щенка. – Приношу вам свои извинения! Я приготовила ужин, он на кухне. Надеюсь, это послужит достаточным оправданием моего поведения! Спокойной ночи!
Выдав тираду на одном дыхании, она разворачивается и уносится к себе, оставляя меня стоять посреди холла в одиночестве.
Ну и что я наделал?
Чёрт!
Обидел девочку ни за что, ни про что. Идиот.
А ведь хотел поговорить с ней спокойно. Попытаться выяснить, что ещё она мне не рассказала.
Ругнувшись себе под нос, иду на кухню. Только вот там совесть начинает грызть с новой силой. Потому что чистота просто стерильная, но при этом на плите стоят кастрюля с борщом и тушёное мясо. Сжав челюсти, открываю холодильник.
Она даже
