Да, ваши инстинкты, птицы, мудры и сложны, но как часто они делают нелепые и печальные осечки!
Глупые, смешные птицы!
Вы вьете ловкие гнезда. Вы обладаете точными и мудрыми компасами, от которых не отказались бы и штурманы океанских лайнеров, но вы не можете отличить прожорливого подкидыша от своих деток, хотя он совсем не похож на них.
А может, вы понимаете, что это подкидыш, но инстинкт — стремление запихнуть червяка в прожорливый желтый клюв — берет верх?
На юг кукушки-родители улетают гораздо раньше своих потомков. Их не беспокоит, найдут ли дети дорогу или не найдут.
Приемные же родители летят своими собственными маршрутами, которые не совпадают с кукушечьими.
А кукушата прекрасно обходятся и без настоящих родителей, и без приемных. Они и сами находят дорогу.
Известно, аисты летят семьями, молодые птицы вместе со старыми. Не исключено, что молодое поколение учится у старшего. Так заведено у людей, так заведено у птиц и у всяких других живых созданий.
Ну, а найдут ли молодые аисты дорогу, если им старики не укажут, куда лететь?
Ученые отделили от родителей молодых аистов, которые еще ни разу не отправлялись в далекие странствия, и продержали их взаперти до тех пор, пока не улетели старики.
Когда же, судя по времени, те добрались до места, молодых аистов выпустили.
Долго кружили они у опустевших гнезд, видимо удивляясь и беспокоясь, а потом легли на обычный аистиный курс — на юго-запад.
И прилетели на места своих зимовок.
Тогда ученые сказали:
— Очевидно, аисты могут находить дорогу и без родительской подсказки. В течение бесчисленных поколений аисты летали по одному и тому же маршруту и запомнили все приметы пути. Карта-лоция передается им по наследству.
Опыты усложнили.
Аисты, живущие в Западной Германии, всегда улетают на юго-запад. Аисты, живущие в Восточной Германии, направляются на юго-восток.
Исследователи отвезли восточных аистов и выпустили их в Западной Германии на берегах Рейна.
Чтобы опыт был чистым и местные аисты не оказали ненужного влияния на гостей и не увлекли бы их с собой в свои полеты, аистов выпустили лишь после того, как хозяева улетели в своем юго-западном направлении.
Молодые аисты долго кружили над местным ландшафтом, пытаясь понять: как это так? Вроде никуда не летели, сидели все время в темной тюрьме и вдруг оказались в незнакомом месте?
Потом аисты разделились.
Одни полетели в привычном направлении, на юго-восток. Видимо, они так и не поняли, что очутились в незнакомом месте, за много километров от дома и что, следовательно, привычное юго-восточное направление отцов заведет их в сторону.
Ну, а другие легли на курс местных аистов. Можно было подумать, что они нашли в какой-то печной трубе записку от местных аистов: «Внимание! Всем залетным аистам рекомендуется лететь вслед за нами. Вон туда — на юго-запад!»
Да… Загадали ученым загадку аисты — ничего не скажешь! Как же обстоит дело с другими птицами?
Оказывается, молодежь часто летает отдельно от родителей и без всяких поводырей.
Молодые жуланы-сорокопуты отправляются в дорогу гораздо позднее своих родителей. Маршрут у них путаный. Выбравшись из Европы, они пересекают Средиземное море, добираются до Судана, зимуют в Южной Африке, а домой возвращаются через Красное море, Сирию, Балканы.
И таких примеров сколько угодно.
Слово берут репейницы
То же говорят и наблюдения над перелетами бабочек. Всем ребятам мира знакома пестрая бабочка репейница. Гусеницы ее питаются чертополохом, осотом и другими сорняками, и поэтому появление ее всегда радует крестьян.
Порхает бабочка репейница, веселя взрослых и детей, и редко кому приходит в голову, что ведь она либо недавно прибыла из далеких стран, либо скоро отправится туда.
Как только наступает осень, репейницы стаями улетают на юг. Не спеша размахивая крылышками, репейницы покрывают тысячи километров пути. Они переваливают через горные хребты, пересекают моря, пустыни, и много их гибнет тогда. Но все же миллионы их добираются до цели — одни до Центральной Африки, другие до Ирана, Афганистана. Здесь они дают жизнь потомству и погибают. А когда приходит время, их дети, молодые репейницы, летят дорогой родителей, но в противоположном направлении — с юга на север. Те, кто послабее, оседают в Южной Европе, ну, а кто посильнее, расселяются на севере, добираясь до самой Финляндии.
Так и летят репейницы путем птиц. Однако птицы по нескольку раз повторяют свои перелеты, а бабочки летят только в один конец. Одно поколение летит на юг, второе — на север, третье — на юг, четвертое — на север.
Так неужели карта-лоция передается через поколение, от дедов к внукам, минуя отцов?
Монархи задают загадки
Бабочки монархи поражают ученых прицельной точностью своих полетов.
Живут они в Канаде и на зимовку летят на юг, в Калифорнию и в Мексику.
Каждым своим полетом они бросают вызов науке: «Что вы там про птичьи компасы разговоры разговариваете? Попробуйте-ка наши компасы разгадать».
Перезимовав в Калифорнии, монархи весной отправляются в Канаду.
Путь в Канаду долог, скорость у бабочек не ахти какая. Не добравшись до места, монархи откладывают яички и летят дальше.
И бабочки, народившиеся в пути, летят на юг курсом своих родителей и забираются на те же самые деревья, на которых зимовали их папы и мамы, бабушки и дедушки.
Верные обычаю всех бабочек, монархи летят низко-низко, на высоте одного-двух метров над землей. Встретится на пути пропасть или овраг, бабочка не полетит от края до края, а опустится на дно, старательно обогнет, глупенькая, каждый выступ, каждый камень и продолжит путь по другой стороне оврага, не отклонившись от своего генерального направления.
Ну, а если по пути встанет дерево, то она не подумает облетать его. Она полетит поверх дерева.
Очень любят лететь прямиком бабочки.
Очевидно, при таком низком полете бабочка видит лишь то, что лежит перед самым ее носом. От столба к столбу, от дерева к дереву, от камня к камню летит бабочка.
Да, трудно находить вам дорогу, бабочки. Птица поднялась ввысь — и ей видны основные ориентиры на сотни километров. Их запомнить не так уж трудно, и по наследству можно передать карту-памятку о них. Но ведь вы, бабочки, далеко не видите!
Однако нельзя мерять способности насекомых человеческой меркой. Человек не ощутит, например, запаха самой надушенной дамы, если она будет сидеть от него на расстоянии в десять театральных рядов, а вот бабочка сатурния найдет подругу, даже если та будет находиться в десяти километрах.
Может, у бабочек монархов удивительная память, и они способны запомнить всю цепочку мелких ориентиров на протяжении нескольких тысяч километров — вот овражек, за овражком держи курс на одинокое дерево, а там на холмик, озерцо, группу деревьев, на речушку…
Что ж, допустим, память об этой цепочке ориентиров досталась бабочке от предков. Но как тогда бабочка умудряется не заблудиться в местах, где человек выстроил новый город, создал огромное водохранилище, выкорчевал лес? Ведь этих изменений не видели ее предки.
Не ответили еще на этот вопрос монархи.
Магнитные стрелки
Конечно, Андрейка тут же воскликнет:
— Я же говорил! И у бабочек и у птиц есть какой-то магнитный компас. Осенью ей хочется лететь к южному магнитному полюсу, а весной к северному! Все мореплаватели пользуются магнитными компасами. И бабочки и птицы тоже!
Что ж, эта теория не нова — ее выдвинули более ста лет назад. И количество ее сторонников меняется из десятилетия в десятилетие в зависимости от последних открытий в области магнетизма и биологии.
Споров здесь много.
— А вам случалось наблюдать, как скворцы пролетают мимо радарных установок? — говорят одни. — Нет?! Ну тогда молчите. Подлетая к антенне радара, стая скворцов рассыпается в разные стороны. Когда же скворцы минуют радар, они вновь сбиваются вместе и летят дальше. Радарная установка, как вам известно, дорогой коллега, излучает мощное электромагнитное поле. Поскольку электромагнитное поле по своему действию ничем не отличается от магнитного, то я беру на себя смелость утверждать со всей категоричностью: да, скворцы чувствуют магнитное поле. А раз так, то ничто не мешает им ориентироваться по магнитным линиям Земли.
— Во-первых, не кажется ли вам, дорогой коллега, что не стоит отождествлять высокочастотное электромагнитное поле радара с магнитным полем Земли. И еще… Не приходилось ли вам наблюдать, как пролетают скворцы мимо ветряной мельницы? А пролетают они ее, судя по вашему красочному описанию, как пролетают мимо радара. Мельница ничего не испускает, если не считать некоторого количества мучной пыли. Мельница всего-навсего вращает крыльями, так же как вращает антенной радарная установка. Будь я скворцом, я бы тоже держался подальше от этой страшной, непонятной, вращающейся штуковины — антенны. А как бы вы повели себя, дорогой коллега?
