Читаем без скачивания Часы тьмы - Эндрю Гросс

Волоски на руках Карен встали дыбом.

Глава 18

Карен потребовалось несколько минут — панических минут, — чтобы дозвониться до Сола Ленника.

Секретарю пришлось попотеть, чтобы разыскать его. Ленник улетел в Европу, в деловую командировку, но по возбужденному голосу Карен секретарь поняла, что найти его необходимо.

— Карен?

— Сол, извини, что беспокою… — Она едва сдерживала слезы. И рассказала о визите двоих мужчин из «Арчера».

— Откуда?

— «Арчер энд Бей ассошиэйтс». Они аудиторы, судебные следователи. В визитке указано, что они из Южной Африки. Они сказали, что говорили с тобой.

Он попросил ее вновь все пересказать уже более подробно, задал несколько вопросов об именах и о сути сказанного ими.

— Карен, послушай. Прежде всего будь уверена, что тебя это совершенно не касается. Ликвидация партнерства «Харбор» близка к завершению, и я заверяю тебя, что все активы учтены в документации. Если на то пошло, могу тебе сказать, что в последние дни Чарли понес убытки. Он сильно вложился в акции канадских месторождений, которые не оправдали надежд.

— Кто эти люди, Сол?

— Не знаю, подозреваю, какая-то заокеанская бухгалтерская фирма, но я выясню. Возможно, их нанял кто-то из инвесторов Чарли, с тем чтобы замедлить процесс ликвидации фонда.

— Они говорили о сотнях миллионов долларов, Сол! Ты знаешь, Чарли такими суммами не управлял. Они предупредили, что мне не стоит тратить деньги, полученные при ликвидации фонда. Это деньги Чарли, Сол! У меня мурашки бегут по коже. Они сказали, что проверка может коснуться и моих личных счетов.

— Этого не случится, Карен. Видишь ли, есть некоторые мелочи, за которые при желании можно зацепиться…

— Какие мелочи, Сол? — Ничего такого раньше он ей не говорил.

— Можно поставить под сомнение некоторые сделки. Какие-то ошибки можно найти в инвестиционных соглашениях Чарли. Но я не хочу забегать вперед паровоза. В этом нет никакой необходимости.

— Чарли мертв, Сол! Он не может защищать себя! Сколько раз я слышала, как он тревожился из-за денег своих клиентов! Это была его жизненная позиция. А эти люди, эти намеки… Они не имели права приходить ко мне, Сол!

— Карен, не сомневайся, у них не было ни единого основания так говорить. Кем бы они ни были, они просто пытаются замутить воду. И они сильно ошиблись, обратившись к тебе.

— Да, Сол, возможно, ошиблись. — Ярость, от которой Карен трясло, начала стихать. — Но они приходили сюда. Я не хочу больше их видеть в моем доме! Слава Богу, Саманта и Алекс были в школе.

— Послушай, Карен, отправь мне факсом их визитку. Постараюсь с этим разобраться. И позабочусь о том, чтобы больше этого не повторилось.

— Чарли дорожил своей репутацией. Ты это знаешь лучше других.

— Знаю, Карен. Чарли был для меня вторым сыном. Ты понимаешь, что твои интересы я ставлю превыше всего?

Она отбросила волосы с лица, все больше успокаиваясь.

— Я понимаю…

— Пришли мне визитку, Карен. И я хочу быть первым, кому ты позвонишь, если они все-таки заявятся к тебе еще раз.

— Спасибо, Сол.

Внезапно какое-то странное чувство накатило на Карен, неудержимое желание разрыдаться. Такое с ней теперь случалось. На этот раз слезы вызвали мысли о необходимости защищать репутацию мужа. Но за считанные секунды ей удалось взять себя в руки.

— Я это от души, Сол… Действительно, спасибо тебе.

— Ты могла бы этого не говорить, Карен, — ответил наставник ее мужа.

Ему не хватило духа рассказать ей обо всем в этот раз. И он сомневался, что когда-нибудь расскажет.

Ленник положил трубку на рычаг в вестибюле мюнхенского отеля «Времена года».

Неделей раньше звонил коллега из Королевского банка Шотландии, один из заемщиков, которого он свел с Чарли: фонд использовал в своих операциях деньги банка. В голосе банкира слышалась легкая тревога.

Ему стало известно о случайной проверке нефтяного танкера, которую провела таможня Джакарты.

У Ленника на мгновение остановилось сердце. Он крутанул вращающийся стул, повернулся спиной к столу.

— А что такое?

— Какое-то несоответствие в описании груза, — ответил банкир.

Согласно документам в танках находилось 1,4 миллиона баррелей нефти. Но таможенники обнаружили, что танкер пуст, заявил банкир.

Лицо Ленника посерело.

— Я уверен, это какая-то ошибка, — продолжил шотландский банкир.

Эти 1,4 миллиона баррелей нефти по шестьдесят два доллара за баррель банк получил в залог от Чарльза Фрайдмана за предоставленный кредит.

Банкир откашлялся.

— Есть какие-то основания для тревоги?

Ленник почувствовал, как по спине побежал холодок. «Я с этим разберусь», — пообещал он коллеге, и этого хватило, чтобы банкир успокоился. Но, положив трубку, Ленник закрыл глаза.

Подумал о недавних убытках Чарли, о напряжении, под которым ему приходилось работать. Под которым работали они все. Как много назанимал Чарльз?

«Глупый ты сукин сын, Чарли, — вздохнул Ленник. Потянулся к телефонному аппарату, начал набирать номер. — Как ты мог впасть в такое отчаяние, идиот, проявить такую безответственность? Или ты не знал, что это за люди?»

Эти люди не любили светиться. И терпеть не могли, если кто-то совал нос в их дела. Теперь все придется перестраивать. Все, Чарли…

Даже сейчас, в отеле «Времена года», от воспоминаний о слишком уж деликатном вопросе банкира у Ленника пересохло во рту.

«Есть ли какие-то основания для тревоги?»

Глава 19

Во второй день хоккейных тренировок в конце февраля Сэм Фрайдман поставила клюшку в свой шкафчик в раздевалке и закрыла дверцу.

В школьной команде девушек она играла правого нападающего. В прошлом году они потеряли двух главных форвардов, которые окончили школу, так что этот сезон обещал быть сложным. Сэм надела куртку, заглянула в дневник. Завтра контрольная по рассказу Тобиаса Вульфа, это по литературе, а по истории — глава о Вьетнаме. Поскольку ее приняли в университет Тафтса еще в январе, она не так уж и налегала на учебу. Вот и сегодня их компания собиралась встретиться вечерком, может, даже выпить пива.

Для старшеклассников — обычное дело.

Выйдя на стоянку, Сэм подбежала к своему синему внедорожнику «акура», открыла дверцу, бросила сумку с книгами на переднее пассажирское сиденье, села за руль, завела двигатель. Включила айпод, нашла свою любимую песню.

— И я говорю, что не приду… — запела она, копируя Дженнифер Хадсон в фильме «Девушки мечты». Уже взялась за ручку автоматической коробки передач.

В этот момент чья-то рука накрыла ее рот и прижала затылком к подголовнику.

— Ни звука, Саманта, — раздалось сзади.

Незнакомец знал ее имя, и это напугало Саманту больше всего. Она почувствовала, как внутри все похолодело, попыталась скосить глаза, чтобы разглядеть человека в зеркале заднего вида.

— Тихо, Саманта! — Незнакомец развернул ее лицо так, чтобы она смотрела прямо перед собой. — Не пытайся рассмотреть меня. Для своего же блага.

«Как он узнал мое имя?»

Она вспомнила, что миллион раз читала о таких вот ситуациях. «Не сопротивляйся. Делай все, что он говорит. Отдай деньги, драгоценности, все, что попросит. Пусть он свое получит. Чего бы ни попросил».

— Ты испугалась, Саманта, не так ли? — спросил мужчина приглушенным голосом. Его рука продолжала зажимать ей рот.

Она кивнула.

— Я тебя не виню. Я бы тоже испугался.

Она оглядывала автостоянку, моля Бога, чтобы кто-нибудь появился. Но в этот поздний, темный час стоянка пустовала. Саманта почувствовала шеей горячее дыхание незнакомца. Закрыла глаза.

«Господи, он собирается изнасиловать меня. А то и хуже…»

— Но сегодня у тебя счастливый день. Я не причиню тебе вреда, Саманта. Я просто хочу, чтобы ты передала одному человеку несколько слов. Ты это сделаешь?

Да, кивнула Саманта, да. «Держись, держись, — молила она себя. — Он тебя отпустит».

— Твоей мамочке.

«Моей мамочке… При чем здесь мама?»

— Я хочу, чтобы ты передала ей, Сэм, что расследование скоро начнется. И это будет очень личное расследование. Она поймет. Мы не из тех, кто терпеливо ждет… целую вечность. Я думаю, ты это видишь, не так ли? Ты меня понимаешь, Сэм?

Она закрыла глаза. Ее трясло. Она кивнула.

— Хорошо. Скажи ей, что часы пошли. И ей не захочется увидеть, что произойдет, когда они остановятся, я могу это обещать. Ты меня слышишь, Сэм? — Он чуть отвел руку.

— Да, — прошептала Саманта дрожащим голосом.

— А теперь не оглядывайся, — предупредил мужчина. — Я сейчас уйду. — Его лицо скрывал капюшон. — Поверь мне, меньше знаешь — крепче спишь.

Саманта застыла. Лишь голова моталась взад-вперед.