На земле появился круг довольно большого диаметра, из которого вырвался столб черного пламени и через пару секунд стал принимать очертание коня. Через пару мгновений пред Кайлом стоял огромный, черный, как ночь красавец с изогнутыми рогами на голове. — «Охренеть!». — Все, что смог произнести Кай.
Асфаир появившись боком к парню, осмотрелся и развернувшись к нему лицом пристально посмотрел в глаза, как будто пытаясь загипнотизировать, при этом он подрагивал и бил копытом в землю вырывая целые куски дерна. Но его новый хозяин стоял спокойно и не отводил глаза.
Эти гляделки могли бы продолжаться очень долго, но Кай неожиданно сделал шаг вперед и приложил руку к щеке Асфаира: — «Ты невероятен!» — не громко произнес он. Асфаир, как будто понял Кайла: перестал дрожать, бить копытом и склонив голову, ткнулся ему в грудь. — «Хм, ты видимо понял, что я сейчас сказал тебе, а сам говорить можешь? Мысленно, например?». — Асфаир отстранился и помотал голов: «Значит нет, но, зато понимаешь!». — Асфаир фыркнул и кивнул.
— Ладно приятель, нам сутки пилить с тобой на восток, вот только… как я на тебя залезу-то и куда сяду, а держаться за что? Ни стремян, ни седла, ни уздечки.
По Асфаиру прошла дымка и как по взмаху волшебной палочки — все что перечислил Кай, появилось: «Ух ты, ну раз так, тогда погнали», — и вскочил в седло в первые в своей жизни.
Кайла окутала черная дымка и он с удивлением стал рассматривать на себе черный балахон: «Прикольно. Интересно, нас впустят в город в таком прикиде или сразу на копье попробуют насадить? Выглядим мы, мягко говоря, страшновато Асфаир. Это обязательный атрибут?» — Асфаир кивнул, давай понять, что без чудного балахона — ни куда.
— Ок, тогда в путь. Только ты не сбрось меня по дороге, я первый раз на лошади поеду. — И сжал поводья так, словно ему сейчас предстоит гнаться на перегонки со смертью по горным ухабам.
Но Асфаир сделал то, что Кай ожидал меньше всего от своего демонического скакуна: резко встал на дыбы и опустившись, сорвался в галоп. Уже через пару секунд, Кайлу, который не зря вцепился в поводья, казалось, что они летят километров двести в час: «ТВОЮ МАТЬ! Еще один тролль на мою голову, откуда вы все беретесь-то?»
— АСФАИР! АЛЕ, Я ЖИТЬ ХОЧУ, — закричал Кай, но тому явно было фиолетово.
Асфаир наслаждался бешенной скачкой, что нельзя сказать о Кайле: «Наконец-то достойный хозяин». — Поток силы мощной струей вливался в демонического коня, отправляя того в нирвану. Где-то, минут через пятнадцать — этот болид резко замедлился и перешел на спокойный шаг. Кай уже хотел было высказать Асфаиру все, что он о нем думает: что нельзя так издеваться над детьми и общество по защите прав ребенка обязательно доберется до его наглой тушки! Что сверхзвуковая скорость, достигнутая верхом на коне, плохо влияет на самочувствие человека и вообще — гаишников на него нет! Что он очень дорожит своей новой жизнью и погибнуть при таких обстоятельствах, было бы верхом идиотизма. Все это и еще много чего Кай не сказал, а отмотал все на пятнадцать минут назад, когда он еще не ожидал столь «подлого поступка» от Асфаира: «А ведь я не испугался, я просто был в шоке, моя задница не отбита и че греха таить? Мне понравилось!». — И не долго ударил пятками в бока Асфаира и сорвался в новый галоп.
Вечерело, но ночь почему-то еще долго не хотела выбираться из своей берлоги и наконец-то подвинуть ошалевший от свободы весенний день. Завидев не большое озеро, Кай слегка дернул поводья и повернув Асфаира не спеша поскакал к воде. Подъехав по ближе Кай осмотрелся, если тут и бывают люди, то крайне редко. Спешившись, он не спеша пошел к воде, Асфаир тихо шел следом: «Надеюсь, вода без сюрпризов, и я не помру через пол часа», — и нагнувшись, зачерпнул воды в ладони. Напившись, решил, что тут он и заночует, только вот проблема с огнем, стоит ли разжигать костер или нет. Ночью его будет видно за километр, и кто на него придет, Кай не хотел проверять. И тут же хлопнул несколько раз себя полбу: «ХА-ХА, а как я его вообще разожгу? Спичек, зажигалки, у меня нет. А касательно черного пламени — ну допустим, я смогу им воспользоваться и даже смогу поджечь хворост, которого кстати, я тут не вижу — ни одной сухой ветки, черт! Сможет ли оно меня согреть? Не спалит ли все в округе. Как всегда, одни вопросы и ни одного ответа… ААА, я тупица! Одежда! Она же зачарованная и если ночью тут не лютуют морозы, то замерзнуть мне не грозит.» — Недолго думая, Кай решил лечь метрах в десяти от воды, что не медленно и сделал, предварительно отпустив Асфаира в его мир: «Тебе пора дружище, завтра наша бешенная скачка продолжится», — и потрепав коня по голове отступил назад, восхищенно наблюдая, как тот исчезает в черном пламени.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Еще не яркое оранжевое светило, медленно, но уверенно карабкалось в небо, тысячи маленьких лучей поскорее стремились прогнать такую ненавистную солнцу ночь. Ее жалкие потуги уже ничего не могли сделать и стремительно убираясь прочь, открыли солнцу дальний берег озера, где безмятежно спал маленький человек. Добравшись до маленького человека, солнце нежно окутало того теплыми руками, стараясь, как можно быстрее согреть его. Уже почти коснувшись подбородка человека, оно вдруг замерло, словно боялось нарушить его безмятежный сон…
Пробуждение было мягким и приятным. Это его второй день в новом мире и Кай не забивал себе голову мыслями, о том, что принесет ему новый день, он просто наслаждался жизнью. Сделав утреннюю зарядку, Кай пошел к воде, чтобы умыться и впал в ступор. Он смотрел на свое отражение в воде и видел совсем другого человека. Волосы черного цвета состояли из локонов в виде крупных капель, которые начинались от корней и сужались вниз, глаза приобрели ярко выраженный серебряный цвет и слегка увеличились, скулы стали более выразительными, нос уменьшился и стал острее, растительность на лице испарилась — быстро задрав штаны, потом рубашку, понял, что она испарилась со всего тела, будто ее и не было, кожа на ощупь стала более гладкой и приобрела бледный оттенок: «Я превратился в типичного «Гота» с нетипичным для «Гота» телосложением, — и, Кай стал крупнее: появились мышцы по всему телу. Вчера он как-то не обратил внимания на свою внешность, не до того было, он любыми способами пытался не окочуриться, а потом Саваш набил его голову информацией так, что он полностью выпал из реальности.
Находясь в тихом шоке, Кай вызвал Асфаира, заодно отметив, что печать уже не пытается сжечь его руку, и быстро вскочив в седло, пустил того в галоп: «Все это конечно прикольно, но сегодня я хочу вкусно поесть и лечь в мягкую постель».
Асфаир рванул так, словно за ним гнались все светлые боги. Кай почти лег на него, как мотоциклисты ложатся на свои мотоциклы на скорости триста километров в час: «Эх, жаль спидометра нет» — мелькнула шальная мысль.
Саваш явно не учитывал скорость Асфаира, когда говорил, что до Балруса сутки верхом. Через 5 часов они уже рассматривали Балрус с не высокого холма: Высокие стены, минимум метров пятнадцать, огромные ворота, в которых поперёк можно поставить железнодорожный вагон, десятки людей с повозками, снующие туда-сюда…
— Стреляй! Уйдет же! Ты косой ублюдок, зачем я тебя только взял на дело!
Кай резко повернул голову в сторону криков и замер. Он не мог понять, стоит ему подъехать и посмотреть или плюнуть и скакать в город, но Асфаир все решил за них обоих и трусцой поскакал к холму из-за которого доносились крики и звуки боя: «Эй приятель, я не горю желанием ввязываться в непонятные разборки, да и что мы можем? Будем их твоими рогами и моим черным балахоном пугать? Прям так и представляю, как мы, такие красивые, выезжаем и говорим — НА КОЛЕНИ, жалкие людишки — черный властелин вернулся! И… — сразу обзаводимся острыми «поклонниками», торчащими из наших тушек», — Асфаир повернул голову и так, укоризненно посмотрел на Кайла.
— И? Что ты так смотришь?
— Фррррр.
— Конечно! Ты только фыркаешь. Очково мне друг, я же не бравый вояка, который готов лечь на амбразуру по любому поводу и без, мне нет дела до этих людей и их разборок. Так что глянем одним глазком и, если что, сразу валим оттуда.
