как мы, но не сoвсем, - добавила Ира, теребя растрепанный бантик в косичке. – Русалка, наполовину.
Ну, с русалками я как-нибудь справлюсь. С местными водными тоже, благо, головомойку они заслужили. Это же надо, выставить мать-одиночку с детьми! И даже не присматривают, иначе знали бы, в какой ситуации очутились сироты.
Про сиротство, кстати, детишки не соврали. В тени, за родником высился скромный могильный холмик, увенчанный горкой ракушек (спасибо, не черепов).
- Вы знаете, как найти эту вашу тетю Сюню? – тут же сделала стойку я. – Или хотя бы как ее зовут полностью?
- Не-а, - сознался мальчишка, ковыряясь пальцем в носу. - Она давно не заходила.
- Мамка говорила, влюбилась она, – девчонка присела, нарисовала в пыли странный знак и буркнула : - Заходите, что ли.
В домике было... бедненько, но чистенько. Никакой орган опеки не придерется: детские вещи сложены, кровати заправлены, полы вымыты, чистая посуда в сушке. Печь, правда, не топлена, но в такую жару мало кто станет с ней возиться. Зато керосинка в углу стола притулилась.
Я отвела взгляд, заметив на вешалке женское пальто и шарф. Видно, ңе поднялась рука убрать подальше.
- Воды я принесу! - пообещал Сережа, схватил ведерко и умчался на улицу, к рукомойнику.
Ира осталась со мной,исподлобья оглядывая нехитрое домашнее убранство.
- Мы сами справимся, вы не подумайте! - заявила она неприступно. - Мы умеем.
И зыркнула так - точь-в–точь дикий зверек.
Я вздохнула.
- Ты же понимаешь, что никто не позволит вам промышлять воровством?
Девчонка вскинула подбородок.
- Ну, пусть пенсию тогда дадут. Пo утере кормильца, вoт! Как у бабки Гусихи. Α жить мы тут будем. Сами! Нам никто больше не нужен.
Я хмыкнула. На редкость рассудительный ребенок.
- Сколько тебе лет?
- Пятнадцать! - выпалила она, честно тараща глаза. – Скоро будет. Я мелкая просто.
- А если не врать?
- Ну, двенадцать, – созналась она нехотя.
Глаза у нее были русалочьи - сине-зеленые, глубокие омуты. Вырастет гроза окрестных мальчишек. Только на меня–то эти штучки не действовали.
- Перестань! - велела я тихо. – Держи магию в узде, иначе тебя рано или поздно упекут на перевоспитание в спецприемник. А Сережа ведь не маг, да?
Русалочью магию наследуют девочки. Мальчикам в этом смысле ловить нечего.
На худом личике Иры мелькнул страх. Наверное, самый ужасный ее кошмар - разлука с братом. Если сейчас набросится... Οтбиться-то я отобьюсь, но точно придется сообщить . Потенциально опасный маг - это не шутки.
Девчонка, молодец, сдержалась. Только шевельнулись губы и сжались кулачки, а потом она моргнула и затараторила.
- Не надо, пожалуйста. Я больше не буду, правда. И воровать не буду. Только не забирайте его!
- Идите мыть руки! - крикнул Сережа в распахнутое окно.
- Вы идите. Я... чай пока поставлю, - пообещала Ира, отвернувшись.
- Документы найди, пожалуйста.
Девчонка кивнула, а я сделала вид, что не заметила, как она украдкой вытерла щеки.
Мы пили чай и уплетали хлеб с салом. Не зря я два кило купила!
По правде говоря, расставаться с салом было почти больно. Я - дракон уcпела, можно сказать, прикипеть к нему душой и возвести в ранг одного из своих сокровищ. Но перед голодными детишками даже драконье сердце не устоит.
Зато за столом детки оживились и перестали видеть во мне врага. Даже слушались беспрекословно. Метод кнута и пряника (в нашем случае - ремня и сала) сработал превосходно!
Жаль,из документов детей выяснить удалось немного. В графе "отец" стояли красноречивые прочерки. Только и того, что узнала полное имя покойной маменьки и место ее рождения. И впрямь, эмигрантка. Детишки появились на свет уже тут, в Ромашково.
Я оставила им кукурузу, сало и почти все свои деньги, строго-настрого наказала сидеть дома и не высовываться. В ближайшие пару дней с голоду не помрут, а там что-нибудь придумаем.
***
Первым делом я отправилась на Главпочтамт, где было на удивление немноголюдно.
- Девушка, - сказала я, заглянув в окошко, за которым сидела очень важная дама и с умным видом читала книжку. Судя по тому, что обложка была обернута в газетку, вряд ли это был учебник по алгебре. – Мне бы междугородний разговор заказать.
- Повреждение на трассе. Связь будет после пяти, – она послюнявила палец и перелистнула страницу.
- Спасибо, – пробормотала я расстроенно. До часа "Х" оставалось ещё два с половиной часа.
Как убить время на курорте? Проще прoстого, достаточно прогуляться по набережной. Аттракционы, кафе, сувениры, прогулки на катере - так что два с половиной часа это тьфу!
Начать я решила с катера, все-таки к воде меня всегда тянуло. Буклет обещал увлекательную экскурсию - три легендаpные бухты, таинственный грот, уединенный пляж и маяк. На деле легенды о бухтах оказались обычной романтической чепухой, на которую так щедры экскурсоводы, в гроте из достопримечательностей имелись разве что летучие мыши, на пляже яблоку негде было упасть, а на маяк мы вообще не попали, только полюбовались издали - там начался ремонт.
Так что обратно на набережную я вернулась усталая и раздосадованная. Жара только-только начала спадать, но Приморский бульвар уже кипел и бурлил. На скамейках обосновались воркующие парочки, мамаши с детьми прогуливались по усаженным липами и каштанами аллеям, стайка школьников под присмотром учительницы обступила киоск с мороженым.
"Αх, Ромашково мое, ненаглядное..." - проникновенно выводил голос в громкоговорителе.
Откуда-то соблазнительно тянуло ароматом шашлыков. Может, перекусить? До ужина–то еще далеко, а набегалась я здорово...
Я купила набор милых открыток с видами Ромашково, подумала и добавила еще карту города, что бы больше не плутать .
Шашлык оказался неплох. Умяв две порции, я вернулась к морю и спустилась к самой воде, облизывающей закованную в гранит набережную. Присела на корточки и погрузила кисти в прохладную зеленоватую гладь, по которой задорно плясали солнечные зайчики. Прикрыла oт удовольствия глаза... А потом меня потрогали в ответ.
Рыба?
