чтобы мор не коснулся нас, но несколько мертвых, без внешних ранений, животных, мы успели обнаружить.
– Вы можете рассказать, что именно чувствуете? Что это может быть? – обеспокоенно спросил Микон.
– Это сложно описать словами. Наша сущность просто ощущает эти изменения и знает о приближении зла. Вы бы назвали это «мороз по коже», кажется так.
– Как вы думаете, это может быть магическим вмешательством в ровное течение жизни? – Руан был очень напряжен, задавая этот вопрос.
– Я не могу этого утверждать, но и исключать такую возможность было бы глупо, – не меняя интонации, произнес Луанос.
– Но магическими силами обладаете лишь вы и маги! Предположить, что кто-то из вас решил извести всех жителей Талимана – абсурд, – заметил Микон. Каждый здесь свято верил в законы Талимана, которые никто бы не осмелится нарушить.
– Это вовсе не обязательно должны быть тавры или каллиманцы! Человек тоже способен вызвать подобные изменения, используя книги и магические предметы.
– Чудовищное предположение, – вмешался Курт. Как бы этот человек не настораживал Илаю, его голос не вызывал подозрений и не был обманчив. Напротив, девушка чувствовала что-то теплое, что-то притягательное в его тембре. – Тогда, чем бы мы отличались от вас и магов, умея пользоваться заклинаниями? Я никогда не слышал, чтобы хоть одни человек пытался использовать магию и у него бы получилось.
– Справедливое замечание, наследник, однако все меняется с течением времени. Я никого ни в чем не обвиняю, просто хочу отметить, что при определенных обстоятельствах, это под силу многим, – спокойно ответил Луанос.
Ваху поднялся со своего места и примирительно поднял руки.
– Этот спор ни к чему не приведет и ни чем сейчас нам не поможет. Мы должны подвести итоги и решить, что можно сделать. – Эти слова немного удивили Илаю. Ваху сел на место, уступая Микону:
– В наших землях тоже гибнут животные и те же проблемы с погодой. Все это наша общая беда и мы вместе должны найти выход.
Еще два часа главы кланов, предлагали обособиться друг от друга, уничтожить всех подозрительных животных и еще много бесполезных идей, по сути не решающих проблему. Илая переминалась с ноги на ногу, изнемогая под тяжестью платья. Плотная ткань не позволяла телу дышать, а кожа покрылась потом и начала чесаться. Ее наряд превратил это собрание в пытку. Еще через час, Илая начала ерзать и цепляться руками за кресло отца, борясь с желанием присесть прямо на пол. Девушка нервно огляделась и заметила, что по всему залу, на стене простирается выступ, который вполне мог стать удобным сидением для нее, но Илая не могла нарушить порядок вещей и сесть без позволения.
Почувствовав на себе взгляд, она подняла глаза и заметила, как Киран отворачивается от нее и, склонившись к Микону, шепчет ему на ухо. Глава клана бросил быстрый взгляд на Илаю и Литу, и кивнул в ответ. Киран на мгновение исчез, а потом возник снова и, как ни в чем не бывало, встал позади Микона. Буквально, через минуту, в зал вошли три человека, с небольшими креслами в руках, которые они поставили рядом со всеми девушками. Дочь Луаноса, поблагодарив, тут же присела и Лита последовала ее примеру, а Илая стояла в растерянности и злилась не понятно от чего. Конечно, она устала стоять тут, как столетнее дерево и опасалась, так же как и оно покрыться мхом и грибами, но принять помощь Кирана, означало проявить слабость перед человеком, который ужасно злил ее своим высокомерием. Она понимала, что это глупое упрямство и рисковала выглядеть нелепо в глазах присутствующих, и все равно не могла уступить. Илая нутром чувствовала взгляд Кирана, ожидающего ее ответных действий и отчаянно искала выход, а потом ее осенило и она улыбнулась. Она тут же посмотрела прямо ему в глаза и демонстративно опустилась на выступ в стене, игнорируя предложенное кресло, но увидев его лицо, немного растерялась. Она готова была поспорить, что его глаза улыбались. Призрачное, слишком короткое мгновение и только глаза. Могло ведь и показаться.
Тем временем, спор в зале разгорался нешуточный. Все варианты, что были предложены тут же отсекались. «Так они и до утра не договорятся» - подумала Илая. Первый день совещаний так и закончился ничем.
Им накрыли на стол прямо в зале заседаний, но Илая сославшись усталой, прошла в свою комнату. Покои располагались на двух этажах. Самый верхний занимали наследники, а главы кланов жили ниже. Девушка устала как никогда прежде, и сказалось напряжение последних недель. Она мечтала закрыть глаза и погрузиться в мягкие подушки, но ужасно боялась засыпать. Илая с удовольствием стянула мучительное платье и залезла в, уже приготовленную по ее просьбе, ванну. Весь день поддерживать цветущий вид и гордо держать осанку, было тем еще испытанием, поэтому горячая вода, должна была помочь расслабить усталые мышцы. Лежа в ванной и радуясь, что завтра ей не придется надевать традиционный наряд, Илая не заметила, как уснула.
Очередной кошмар не заставил себя долго ждать, только на этот раз что-то изменилось. Птицы кружили вокруг нее, но не нападали, казалось, они чего-то ждали. Услышав душераздирающий крик, Илая подняла голову и увидела новое порождение магии. Эта птица была сплетена из ночи и огня, и вызывала настоящий ужас. Она резко спустилась с небес и обрушилась на Илаю, сбивая с ног. Девушка попыталась подняться, но птица очень ловко схватила ее за горло и начала душить. Илая не ожидала такой прыти. Эти лапы не были жесткими и сухими, а скорее напоминали касание человеческих пальцев. Девушка сопротивлялась изо всех сил, била ногами и шарила руками, в поисках чего-либо, чем можно было отбиваться. Внезапно в руку ей попался кувшин, и она с размаху ударила им птицу по голове. Чудовище ослабило хватку, но не выпустило свою жертву. В момент просветления, Илае показалось, что она снова в ванной, так вот откуда взялся кувшин. Птица снова усилила натиск и девушка захрипела. Она уже не понимала явь это или сон, когда услышал голос, зовущий ее по имени.
– Илая! Илая! Открой дверь! – Птица резко подняла голову и вспорхнула в небо. В мгновение ока, Илая оказалась, с головой, погруженной в воду, чуть не довершив начатое птицей. Бешено размахивая руками и захлебываясь водой, Илая выскочила из ванной и, оскользнувшись, упала на пол. Повсюду была вода, и валялись осколки кувшина. Кожа на шее горела, и дышать было все еще трудно. Илая кашляла, сплевывая воду, и хваталась руками за воздух. В закрытую дверь ванной что-то громко ударило, и она снова
