— Заметил, заметил, — теперь рассмеялся и Саша, — надо нам фильм Двенадцать стульев с тобой посмотреть, много почерпнешь. А лучше книгу почитай.
— Для Александра и Ирмы! — Прозвучало со сцены и Геннадий запел международный романс всех влюбленных.
— Ух ты, классно! — Ирма от избытка чувств прижалась к Саше и одобрительно прошептала на ухо. — А очень хорошо поет.
После песни аплодировал Гене весь зал и Ирма тоже хлопала, не жалея ладошек. Потом он запел про канатоходца:
Посмотрите — вот он
без страховки идет.
Чуть правее наклон —
упадет, пропадет!
Чуть левее наклон —
все равно не спасти!
Но должно быть, ему очень нужно пройти
четыре четверти пути.
Гена пел, выкладываясь по полной. Так надрывно, словно играл Гамлета в бессмертной пьесе Вильяма, нашего Шекспира и это была роль всей его жизни. Его артистичность и голос завораживали. Ирма даже, приоткрыв рот, не могла отвести взгляд от слепого исполнителя. После песни ему так хлопали, будто в зале присутствовало не два десятка человек, а полный зал.
— Класс! Просто фантастика. Спасибо, Саша! — Поцеловала его Ирма в щечку и вздохнула. — Спасибо, вот как будто моей душе этого именно и не хватало.
— Сейчас. — Кивнул ей Саша и направился к певцу, чтобы помочь ему и проводить его со сцены.
— Слушай, братан, — Подлетел тут же командировочный Паша, — не уводи музыку. Можно он для нас еще попоет?
— Ну это как договоритесь. — Пожал плечами Александр и демонстративно сунул в нагрудный карман Гене тысячную купюру.
— Без базара, мы музыканта не обидим! — Закивал Павлик.
— Споешь людям? — Повернулся он к Геннадию.
— Конечно! — Широко улыбнулся певец. — За тем и пришел.
— Ну, тогда сами договаривайтесь. — Пошел Макаров к своему столику.
В это время официантка принесла закуски и запотевший графин с прозрачным сорокаградусным напитком.
— Саша, ты что, и правда икру заказал? — Посмотрела на него Ирма.
— Ага, с блинами. Ты же хотела? И красную и черную.
— Да мало ли чего я хотела… ну дорого же! Видела я у вас цены на икру и про зарплаты здешние с коллегами в институте общалась.
— Да брось ты! — Отмахнулся Саша. — Сегодня мы отдыхаем, давай лучше выпьем! Я так рад, что ты согласилась со мной встретиться.
— А ты тут часто бываешь? Я даже не знала, что тут в поселке, такое кафе есть. Все мимо на машине проезжала. В городе обедала.
— Бываю. — Кивнул Саша. — Утром прихожу завтракать и кофе попить. Друг у меня тут директором. Да тут у нас не сильно дорого и мне со скидкой все. Так что, угощайся, пробуй все, пользуйся моим блатом. — Обвел он заставленный закусками стол.
— Блатом? Что так называют?
— Кхм… да, потом тебе объясню, — махнул он рукой, — ты ведь с работы. Я, кстати, нам шашлык с зеленью заказал, это мясо такое на вертеле, — пояснил он, — и нарезку овощную, если ты салат какой хочешь или горячее ты скажи, не стесняйся. Тут солянка вкусная, можно взять под водочку.
Ирма посмотрела на него, потом на десяток тарелок с грибами, рыбной и разнообразной мясной закуской и отчаянно замотала головой. — Нее, куда еще! Тут даже без мяса наешься. Я хоть и голодная, но лопну, если все это съем.
Ну еще бы! Та же мясная и рыбная нарезка- не просвечивающиеся пластики, как в некоторых кафешках, а хорошие такие ломти мяса и рыбы. Могут себе позволить, потому как продукты им дешево достаются. Да еще и коптят там все, натуральное на натуральном. При летней резиденции Клим целый цех организовал- пищевое производство. Рабочие в нем не только мариновали несколько десятков килограмм мяса в день, но и делали из рубленного мяса колбаски для гриля или вот этот самый паштет.
Саша сам видел- довольно большое производство и объемы хорошие, это сказывалась разница во времени. Получается, рабочие пищевого цеха в день должны были сделать на четыре с половиной дня в нашем мире. Это при том, что мясо для того же шашлыка помимо их брал еще Абрамыч для своего кафе и братья армяне, которые жарили шашлык на той стороне трассы. У рынка им оборудовали специальное место с небольшим павильоном и столиками. Они там еще и пивом бутылочным теперь приторговывали и народ постоянно заглядывал. Ну, место хорошее, проходное и от трассы не далеко, машины подъезжают и у рынка всегда многолюдно и со станции люди идут. Скорее всего, и водочку наливали желающим, но так… из-под полы, втихую.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Но Саша был уверен, у них в кафе будет шашлыка больше уходить. Тут и уютнее посидеть, особенно когда на улице ветер, дождь моросит и зимние морозы не за горами. Да и сама атмосфера, музыка. Пусть на первом этаже просто запись играет, а тут вон Гена поет и довольно хорошо поет, душевно! Так что будет у них народ, в этом Саша уверен. Самому тут нравится.
— Паштет из говяжьей печени попробуй. — Показал он на тарелку. — Это там… э, так вкусно.
Саша, расслабившись от выпитой первой рюмки и приятной атмосферы, чуть не проговорился где делают этот паштет, но вовремя прикусил язык.
Они посидели в кафе не очень долго. Съели шашлык, выпили по три рюмки водки- Саша выпил бы еще, но Ирма отказалась, сказала, смеясь, что пьяная она неадекватная и делает глупости. Поэтому Саша тоже не стал, напиться он не боялся, но не хотел выпивать один. Если честно, боялся произвести этим нехорошее впечатление на Ирму. Послушали еще, как поет Геннадий, а народ в зале, которого еще прибавилось к вечеру, начал танцевать. Основной костяк танцующих составляли три пары из Красноярска. Саша, хоть сам не любил танцевать, но из вежливости поинтересовался у Ирмы, не хочет ли она. Хотя представить ее отплясывающей в толпе пьяных командировочных было трудно.
— Только не сегодня. Устала, да и на каблуках не люблю. — Мотнула головой девушка.
Потом Ирма положила ладонь на Сашино плечо. — Может, пойдем погуляем? Покажешь мне, где бегаешь по утрам. Да и подышать хочется.
— Пошли, только переодеться надо, грязно там сейчас. — Кивнул он на ее туфли на шпильке.
— Да не проблема! — Улыбнулась Ирма, отчего у нее на уголках рта появились очень сексуальные морщинки. — И букет твой в дом занесу.
Ирма зашла в дамскую комнату, а Саша, подойдя к певцу, в перерыве между песнями поинтересовался:
— Геннадий, ты не устал? Если надо, я скажу- тебя проводят.
— Нет, Александр Сергеевич, спасибо. Мы договорились еще на три песни, а потом меня сын встретит. У меня еще такой вопрос- я тут хорошо заработал, — вынул он из кармана несколько тысячных купюр, — так наверное часть надо отдать.
— Кому? — Не понял Саша.
— Ну вам, Александр Сергеевич, или администратору. Я не знаю, — пожал он плечами, — всегда так. А когда корпоративы или торжества, там сумму сразу обговаривают и репертуар, так там фифити-фифити делится.
— Э… Геннадий, давай или друг друга по имени отчеству звать или просто- Александр. Разница у нас не очень большая и, тем более, ты постарше будешь. — Поморщился Саша. — Я вот честно, не в курсе насчет того, что и кому отдавать. Давай так договоримся, все, что сегодня заработал — твое. А на потом, если торжества или корпоративы, вы уже с администратором обговорите или с Сергеем.
— Так мне завтра приходить? Завтра ведь суббота. — Уточнил музыкант. — Вам, Александр, понравилось?
— Очень понравилось и девушке моей тоже, — искренне улыбнулся и покивал Саша, — конечно, приходи.
— Если на торжества, я могу еще с женщиной петь. Есть знакомая, вместе работали не раз, очень хорошо поет. Если юбилей, она не откажется подработать. И репертуар новый, посовременнее можем подготовить, если для молодежи. А пожилым на юбилеи- дискотека восьмидесятых, самое то!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Договорились. — Кратко ответил Саша и пожал музыканту руку.
Глава 3
Новоиспеченный маг артефактор Рудеос, уже полчаса трясся в крестьянской телеге, запряженной каурой кобылкой. Хоть от дома его родителей в пригороде Вилборга, до самого Руденбурга было не более пяти миль, да по вымощенному камнем тракту, очень уж размеренным шагом шла лошадка. Хозяин не подгонял медлительное животное, а сам подремывал в передней части телеги. Руди сидел позади, свесив ноги и осматривая окрестности тракта, изредка придерживая свой потертый саквояж. Между ним и крестьянином лежало несколько мешков с углем, да полдюжины связок толстых, уже просушенных, поленьев.
