будто ждал чего-то еще, хотя на лице не было никаких эмоций. И в глазах тоже.
– Только не подумай, – она замахала руками от неловкости. – Это не подкат. И не ради интервью. Я искренне благодарю тебя.
Золотов усмехнулся.
– Ладно. Идем, что ли?
Он кивнул на лестницу, через которую лежал путь в кабинет. Саша послушно поплелась туда. Волновалась отчего-то сильно, будто только что призналась в любви и все еще ждала ответа. Она действительно чего-то ждала. Той самой реакции, которая бы показала, надо ему это или нет. Но Золотов держался как обычно и все то время, пока они поднимались на третий этаж, ничего не говорил. А она накручивала себя. С каждой секундой казалась себе все глупее. Была уверена, что поступила как одна из сотен фанаток, которые наверняка не раз угощали его собственноручно приготовленными изысками в попытке подобраться к сердцу через желудок. Ничего оригинального в ее печенье не было.
– Тебе, наверное, часто такое дарят? – сама испугалась своего вопроса и зажмурилась на секунду.
– Я нечасто кого-то спасаю, – ответил Золотов.
Она закивала, чуть отпустило.
– А ты часто такое даришь?
Саше пришлось снова напрячься. Прочистив горло и уведя лицо в сторону, она сказала:
– Меня тоже… нечасто спасают.
К ее счастью, кабинет находился сразу напротив лестничного блока. Девушка вошла первой и сразу от входа плюхнула сумку на свою парту, которая стояла первой от входа. Золотов прошел к своей, последней в среднем ряду, мешочек нес в руке на уровне живота. Миронова и другие девчонки как-то странно смотрели туда. Быстро поняли, в чем дело. Новенького это не смущало, он будто и не замечал лишнего внимания к себе.
Подруги благоразумно допрашивали Сашу письменно, в чате. Она специально к ним не оборачивалась. Расписала весь короткий и неловкий разговор в подробностях. Те пытались гадать, что бы это все могло значить, анализировали каждый его жест и каждое слово. Сошлись на том, что все-таки ему понравилось, и, возможно, не только печенье, но и сама Саша. Она почти им поверила, потому что хотела, но в душе ее что-то остерегало. «Ничего это не значит. Ты просто опять додумываешь», – пыталась себя убедить.
Подтверждение этому она услышала в столовой. Точнее, подслушала. Там было много народу – все столики заняты. Саша с подружками сидели в углу. Золотова привели Лужин и Петровский. С ними же была Миронова и подружки. Они заняли большой стол неподалеку. Сашу не заметили или не хотели замечать.
– Ой, а это что такое? – Миронова состроила милое личико и потянула мешочек за хвостик – Золотов выложил его перед собой на стол.
– Саня отблагодарила за то, что я… помог ей вчера в бассейне.
– Саня? Фомина? В бассейне?
Миронова вытянулась в лице и переглянулась с Лужиным, обвиняла его в чем-то. Саша догадалась, что так шокировало однокурсницу: ее встреча с Золотовым вне учебы.
– Берите. Я не буду, – сказал парень, подвигая угощение к центру стола.
Лужин с Петровским сразу заглянули внутрь с любопытством. Слепцова и Катун тоже потянули свои лапы за печеньем. Сашу пронзила злость. И обида. Так остро, что рвала на части.
– О, узнаю это печенье, – Миронова вытащила одну и обратилась к Лужину. – Она же таким своего бывшего подкармливала? Когда пыталась его закадрить.
Петровский усмехнулся и добавил:
– Да-да, мы также всей толпой его ели.
– Ну, вкусное, кстати, – Катун уже жевала.
А Миронова говорила Золотову:
– Смотри, увяжется за тобой, не отцепишься, – девушка откинула завитую прядь назад и отодвинула от себя печенье. – Она за Стрельцовым весь первый курс бегала и добилась-таки своего. Бедный парень два года от нее отвязаться не мог, пока вуз не окончил.
Золотов слушал с опущенной головой, разрезал шницель на треугольные части.
– И, кажись, до сих пор бегает, – добавил Лужин, схватив сразу две штуки. – Паха жаловался недавно, что она все ему написывает, умоляет встретиться. Он уже не знает, как отмазаться.
Саша раздулась от возмущения и чуть не подавилась кусочками оливье, который и до этого с трудом лез в глотку. Тоня с Катей посмотрели на нее с сожалением и закачали головами, пытались показать, что они не согласны с Лужиным. Хотя тот в принципе не врал. Сашу больше возмутила сама правда, которую она все еще до конца не принимала.
– Пользуется его вежливостью, – фыркнула Миронова. – Она явно на тебя запала. Бойся теперь.
Компания посмеялась. Золотов поднял, наконец, лицо и усмехнулся.
– Я не крепость. Меня осадой не возьмешь.
Девчонки захихикали. Миронова осталась довольна ответом.
– Придурки, – почти в полный голос процедила Тоня и поднялась из-за стола.
Подруги переглянулись и пошли за ней. Катя только пила кофе, а у Саши все равно аппетита не осталось.
Разочарование в этот раз настигло ее быстро. Она вроде бы к нему готовилась и все равно была застигнута врасплох. Остаток перемены просидела, разбирая почту. Пришло уведомление, что соцопрос прошли не все студенты из группы. Пришлось выслать напоминание в чат с упоминанием должников, чтобы успели пройти до завтра. Потом Саша наткнулась в ленте новостей на пост с конкурсом эссе для всех желающих. Не преминула сразу поделиться с одногруппниками.
– Да не обращай внимания, Фомина часто в чате спамит, – почти сразу отозвалась Миронова.
Саша бросила взгляд на голос. Та разговаривала с Золотовым в компании. Парень послушно положил смартфон обратно на парту и вернулся в беседу. Саша насупилась и залезла в основные медиа, которые отслеживала, прочла все новости. Утром не успела все пересмотреть. В метро думала не о том. И сейчас тоже.
Делала вид, что читает статью, а на самом деле все буквы стерлись. Собственные переживания их заглушали. «На что ты надеялась? На стояк? Дура», – казнила себя девушка опять за наивность и навязчивость. Понимала, что больше трогать Золотова не стоило. Но так и хотелось спросить у него, что это было вчера в бассейне.
– Саш, в кино не хочешь? – предложила Тоня, следя за тем, как та бездумно обновляет одну и ту же страницу на сайте.
– А? Нет, у меня дела, – Саша окинула пустым взглядом аудиторию, которую покидали студенты по окончании пар.
Они втроем вышли из университета и попрощались сразу на входе. Кинотеатр находился недалеко по прямой, а Саше надо было в другую сторону. Она хотела прогуляться по набережной.
Когда обнимала Катю, Саша увидела на рекламном пилларе между тротуаром и дорогой Золотова в спортивном костюме «Адидас». Он выглядел как профессиональная модель. Стоял в пафосной позе. Лицо было таким же каменным, но призывающим. Костюм сидел на нем превосходно, его сразу
