— Получается, что если капнуть глубже, то в деле о наследстве могут появиться новые претенденты, — допустил Джош.
— Нет, — уверенно ответила женщина. — Семья Лярош, ещё двести лет назад отвергла любые притязания Брейкманов на имущество, а главное — имя славного рода. Мэтью Брейкман — дед Ала, лишился любой возможности быть причастным к нашей семье. От того, как рассказывал дед, простолюдины занялись бизнесом, чтобы превзойти французских родственников в богатстве. Они думали, что деньги сделают их великими и позволят показать превосходство над родом, который их так обидел. Благодаря этому Брейкманы стали одной из богатейших семей в городе. Но Бог не слеп и почти все мужчины этого семейства, как принято говорить, горели на работе. Я помню, что Ал чуть ли не единственный перешагнувший шестидесятилетний рубеж. Остальные просто вымирали, в молодом, полном сил возрасте или не были способны оставить наследников.
— Получается, что-то вроде проклятья? — поинтересовался Джош.
— Не думаю. По моему мнению, это кара Божья, за зависть, за стремление к богатству в ущерб духовному совершенству. Простолюдин остался простолюдином, устремившись за желтым металлом, оставив святое серебро, — высказалась хозяйка дома. — Даже Ал, который был самым праведным из всех Брейкманов, получил наказание в виде своей жены. Она изменяла ему, причём не раз, а доверчивый богач не замечал похождений благоверной, или не хотел замечать. Но когда город наполнился слухами, он должен был принять решение в защиту своей репутации. И что в итоге — единственный наследник, и тот неизвестно кто.
— Парень очень умён и благороден, — попытался защитить Виктора Джош. — Я вижу в нём большой потенциал и природный ум, доброту, наконец. Могу допустить, что гены древнего французского рода побороли кровь, как вы изволили выразиться, простолюдинов.
— Вы пытаетесь сосватать мне вашего мальчика? — возмутилась Клаудия. — Хотите, чтобы я признала его наследником древнего рода?
— Нет, — ответил гость. — Ни в коем случае. Я даже не знал, что существует родственная линия между Сарански и Брейкман. Для меня важно другое, если ваш внук не может быть сыном Ала, то, как Сьюзан может доказать обратное?
— Я не юрист, — ответила дама. — Хотя многое знаю, но эта задача не для меня. Я не буду оговаривать дочь, пусть наши отношения и не идеальны, но если она что-то затеяла, Бог ей судья. И не пытайтесь вернуть родство Брейкманов и Лярош, — гневно кинула Клаудия. — Этот вопрос был решен раз и навсегда моими предками.
Услышав две потрясающие истории, Джош был немного отрезвлён последним замечанием. Он покинул дом наследницы аристократического рода со смешанными чувствами, разумом пытаясь распутать жизненную головоломку. С одной стороны отвергнутая два века назад связь была на руку Виктору. С другой стороны, существует лёгкость в доказательстве родства, используя наследственные образцы ДНК. Не это ли было причиной Сьюзан, сделать анализ заблаговременно и застраховаться на случай открытия противостояния двух семей. Но зачем нужно было разыгрывать такую сложную комбинацию? Неужели сумма наследства, деньги, акции и дела покойного Ала, это всё, что нужно деловой женщине? Согласиться ли Клаудия дать показания в суде, что её внук не мог быть рождён от покойного Брейкмана? Иначе Сьюзан может легко обмануть следствие, выдав генетическое сходство за прямое родство.
Для самого экстрасенса подробности собственного рождения были не менее впечатляющими. Сомнений в том, что предстоит познакомиться с Бэйвилем и его обитателями, уже не оставалось. Если бы не предстоящее торжество в доме старшего сына, он, не задумываясь, прыгнул в машину и умчался в сторону побережья. Теперь оставалось применить свои способности и постараться узнать о состоянии неожиданно приобретённого отца. Присев в тихом сквере на скамью, Джош прикрыл глаза, стараясь не привлекать внимания прохожих. Ему на плечо присела Старуха.
— Ты «вовремя», — немного раздраженно произнёс человек.
— Женщина использует магию рождения, для нового человека, — запутанно ответила Старуха.
— А по-человечески? — попросил Джош.
— «Я докажу на сперме, что Ал является родным человеком Бобу и уничтожу этого сосунка», — процитировала ворона женские слова.
— Я так и думал, — обрадовался Джош. — Только, ты уверена, что она говорила именно «сперма»?
— Мне девяносто лет! — каркнула птица возмущённо.
— Ладно, — усмехнулся человек. — Верю. Поедешь со мной к океану?
— Зачем ехать к океану? — удивилась ворона. — Там много чужих птиц, я против. Веселее ничего не придумал?
— Я еду к океану, к своему отцу, — ответил Джош. — Как хочешь, я не настаиваю.
— К океану! К океану! — каркала Старуха, поднимаясь к небу всё выше, размахивая могучими крыльями.
Джош проводил знакомую птицу взглядом и попытался вернуться в состояние отрешенности. Через несколько минут экстрасенсу удалось почувствовать чужую боль и волнение. В сознании мелькнул образ лысого старца с глубокими морщинами на лице, похожем на него самого, только если бы Джош внезапно постарел на несколько десятков лет. Открыв глаза, он сделал несколько глубоких вдохов и отправился домой. Нужно было поделиться новостями с детьми и не забыть об адвокате. История обрастала новыми фактами, всё ещё скрывая законченный образ, задуманный гениальным художником, пишущим свои замысловатые картины человеческими судьбами.
5. СВАДЕБНОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ
В день свадьбы, пока отец активно участвовал в подготовке к торжеству, сыновья, после долгих лет разлуки, получили возможность провести вместе несколько часов. Со дня окончания учёбы, приступив к работе в большой компании, Алексу не удавалось навестить родных и его присутствие, помогло Юлиану отвлечься от предсвадебного волнения.
— Чем собираешься заниматься? — поинтересовался старший брат.
— У меня достаточно наработок, чтобы не остаться без денег на ближайшую пару лет, — отвечал Алекс. — Я могу сотрудничать с различными компаниями, сидя у компьютера в любой точке страны. На самом деле, то чем я занимаюсь, довольно лёгкое дело и меня это устраивает. За время работы появилось много знакомств и связей в мире информационных технологий. Попутно хочу продолжить заниматься спортом, а может быть и поработать с детьми.
— Когда что-то легко даётся, это хорошо. Рад, что у тебя всё так уверенно. Кстати, я могу порекомендовать тебя нашему банку, — предложил Юлиан. — Наши программисты не Бог весть, какие спецы; управляющий давно ищет более достойную замену, но в маленьком городе выбор небольшой. Как тебе перспектива?
