у них тут ролевые игры! Нам с девчонками и не снилось. Надо потом узнать у Виктора, кто организатор сего мероприятия. Устрою Катьке сюрприз на день рождения.
Вновь полилась музыка, гости стали возвращаться к прерванным разговорам и делам. Вокруг нас незаметно образовался незримый круг отчуждения, а может уважения, как посмотреть.
Виктор лукаво взглянул на Игоря Петровича.
— Слышал, брат, ты обрел истинную. Я тебе искренне поздравляю. Кто же эта девушка, что я скоро назову сестрой?
Босс резко нахмурился.
— От тебя ничего не скроешь, Ирхан. Но не торопись, еще ничего не решено.
Виктор тоже посерьезнел.
— Но разве не важно, брат, использовать шанс и восстановить несправедливость, что случилась с нашей семьей. Я удивлен твоим сомнениям.
Я тут же развесила ушки, о делах начали говорить, про какие-то шансы и семью. Подождите, так я точно знаю, что босс в семье — единственный ребенок. Вы про что, любезные, а?
Игорь Петрович положил Виктору руку на плечо и пристально взглянул в глаза.
— Не здесь, брат.
Тот кивнул.
— Тогда идем в мой кабинет, там нас никто не побеспокоит.
Уже уходя, мой дорогой начальник бросил на меня любопытный взгляд, поморщился от едкого запаха (знаю, те еще духи, сама стою и дышу через раз!) и мужчины покинули общую праздничную залу. Я осталась одна и мне сразу стало как-то неуютно.
Ушло куда-то очарование вечера, захотелось снять с себя весь этот маскарад и поехать домой, растянуться на любимой кроватке. Думаю, впечатлений я получила достаточно на сегодня. Удерживало меня, как ни странно, нежелание уходить, не попрощавшись. Очень уж хотелось продолжить общение с Виктором. Про Игоря Петровича я старалась не мечтать зря.
Сама не заметила, как оказалась сначала на террасе, а потом на дорожке и побрела по тропинке в саду, медленно отдаляясь от виллы. Постепенно звуки музыки стали затихать и я стала замерзать. Да уж, Саша, голова дана, чтобы ею иногда пользоваться. Вот и куда тебя понесло полуголой, я хоть и не мерзлявая, но все же на улице далеко не лето, а на мне вполне себе откровенный легкий наряд.
Зябко поежившись я оглянулась вокруг и замерла. Прямо из густого подлеска на меня смотрели, не мигая, два красных глаза.
Я сделала шаг в сторону, жуткие прожектора тоже сдвинулись, засияли еще ярче и у меня от страха дыхание сперло. Я замирала — нечто замирало со мной, я двигалась — нечто двигалось параллельно, не давая мне увеличить расстояние между нами. Честно слово, я заставила себя пару раз моргнуть, так, на всякий галлюциногенный случай. Не помогло.
А потом из лесной тени под свет красочного вечернего освещения выплыл мертвенно-бледный Роман, тот самый который должен был укатить в Италию, и хищно улыбнулся. Через секунду я уже висела у него на плече как мешок с картошкой и сразу же вспомнился Инкин газовый баллончик, так предусмотрительно подаренный любимой подругой и неосмотрительно оставленный мной в сумочке в гостевой спальне на втором этаже.
Мы в прямом смысле летели через лесополосу, не разбирая дороги, я даже не успела как следует испугаться. Я пересчитала собой не одну ветку в пути, и все время думала только об одном — как мы можем перемещаться так быстро, я не успевала запоминать дорогу, даже голову поднять не могла, скорость движения Романа не позволяла.
Платок с меня уже давно слетел и сейчас волосы как шлейф развевались на ветру, в ушах стоял свист, а в голове нарастал какой-то шепот, вскоре перешедший в тот самый утренний призыв. Меня отчетливо звали по имени, все громче и громче.
Вдруг над нашими со злостным похитителем головами что-то прошелестело, нас окатила воздушная волна как от пролетевшего низко дельтаплана или огромного воздушного змея.
Роман зашипел, затем громко и нецензурно выругался и, засранец красноглазый, на полной скорости бросил меня вперед, так что я пушечным снарядом полетела, сшибая все кусты и встречаясь со всеми стволами подряд. Пока от столкновения с очередной сосной у меня, видимо, не случилось сотрясение мозга и сознание стало быстро уплывать. Я успела заметить лишь гигантскую тень, накрывшую меня с головой.
Сначала вернулись запахи и звуки, затем я ощутила все саднящие места на своем несчастном теле, наконец, голову прострелило такой резкой болью, что я сжала виски в попытке ее как-то унять и открыла глаза. Потолок оказался резным, высоким и украшенным какими-то изумительными росписями на восточный манер.
Я лежала на широкой тахте, в ворохе из цветных подушек, мой маскарадный костюм все еще был на мне. Рядом я приметила невысокий круглый металлический столик с изящным кувшинчиком и чайными чашечками, в тарелочках лежало какое-то лакомство, на вид очень напоминающее обычный рахат-лукум, не удержалась, взяла одну трубочку, на вкус оказалось восхитительно. Не заметила как умяла все угощение. И только теперь задумалась.
Осмотревшись внимательнее, комната была незнакомая, я предположила, что нахожусь на вилле Виктора, наверное, меня принесли обратно. Стало приятно, что хозяин забеспокоился и отправился на поиски гостьи. Только странный гул настораживал, это не было похоже не звуки бала или природной лесной зоны вокруг, скорее на шум рынка или ярмарки. Что за ерунда?
Я подошла к окну, которое, кстати, своим видом совсем не напоминало привычное мне дерево и стекло, оно было в виде маленькой каменной арки и с красивой кованой решеткой. Это стало первым неприятным звоночком.
А вторым грозным звонком стал вид из этого окна. Слух меня не обманул, но может глаза обманывали. Передо мной действительно раскинулся восточный базар во всей своей разношерстной многоликой шумной красе. Из каждого угла бойкие торговцы предлагали взглянуть на свой товар поближе, какие-то мальчишки бегали с кувшинами воды и продавали ее, наливая в глиняные кружки.
По узеньким улочкам прогуливались мужчины в тюрбанах и длинных туниках с широким поясом и женщины в многослойных платьях с яркими узорами и, что настораживало больше всего, одни шли лишь с покрытой головой, а лица других были закрыты полностью или видны только ярко накрашенные глаза.
Я присела на пуфик, стоящий у окна и потрогала свой лоб, может у меня бред или все это последствия сотрясения мозга?
