одинаковые трагедии в одном доме!
— Не думаю, что такие вещи могут быть совпадением, — серьезно заметил следователь.
— Но… — отец Истры даже растерялся. — Вы же не можете подозревать Жильена!
— Не можем, — подтвердил ему следователь. — Так как ваш коллега, как и в прошлый раз, отсутствует в городе.
— И даже это выглядит странно, — дополнила Истра. — Слишком похожие обстоятельства. Папа? А чем все же занимается Жильен?
— Как я уже говорил, — осторожно начал Гелион. — Когда-то их семья не угодила Королевскому Дому. С тех пор никто из Рейсов не занимался производством. Они больше отдавали предпочтения науке. Но помню, что отец Жильена преподавал в Школе Магов. Он сам ведет исследования в такой области…
Алхимик запнулся, будто не знал, стоит ли говорить.
— Это трудно объяснить, — предупредил он. — Но я попробую. Алхимия не однородна. Это один из самых странных видов магии. Согласно легендам, изначально алхимия имела своей целью создать идеального человека, найти рецепты, которые помогли бы нам заменить законы Природы. То есть дать людям возможность самим создавать жизнь и все живое. А заодно — продолжать эту жизнь вечно. Но с веками мы поумнели, и знаем, что мы все равно все рецепты и ингредиенты к ним черпаем опять же в Природе. И нет смысла пытаться ее победить. Это просто бессмысленно. Теперь принята внешняя алхимия. Это способы улучшать жизнь человека с помощью тайн Природы. Мы теперь только помогаем ей, но не пытаемся ее победить.
Он довольно улыбнулся.
— Те, кто работает со мной, ищут способы сделать наших воинов менее уязвимыми, придать им дополнительные силы, сделать более ловкими, мы придумываем зелья, с помощью которых люди будут получать возможность быстрее выздоравливать от ран, — продолжил алхимик. — Мы делаем волшебные невидимые доспехи. Это внешняя алхимия.
— То есть, — стал уточнять Эйз, и было видно, что сейчас ему на самом деле интересно. — Ваши эликсиры, мази или зелья, они наносятся на тело человека, или даже, принимаются внутрь, но именно для того, чтобы воина как-то укрепить и защитить? Это внешняя алхимия?
— И это тоже, — азартно подхватил Гелион. — Даже если мы усиливаем способность человека к заживлению ран, тоже наша работа. Внешняя она, потому что мы не меняем структуру, внутреннюю сущность человека. Благодаря нам он временно получает суперсилы. Но остается собой. И… Истра?
Он ласково посмотрел на дочь.
— Знаешь ли ты, — продолжил алхимик хитро. — Что раньше маги красоты тоже учились на курсе алхимиков?
— Мама часто ворчит по этому поводу, когда ты побеждаешь ее в спорах, — развеселилась девушка. — Я-то молчу, но в чем-то ее работа на самом деле похожа на твою.
— Верно! — гордо кивнул ее отец. — Только маме не говори, что согласна со мной. Так вот. Умение сделать человека привлекательным с помощью все тех же рецептов, вне зависимости принимают их внутрь или используют там всякие крема или мази, это тоже внешняя алхимия, просто ее цель немного иная. Но при этом работа твоей мамы в чем-то близка и к внутренней алхимии.
Эйз нахмурился.
— Кажется, в нашей стране это запрещено, — вспомнил он.
— Почти, — аккуратно поправил его Гелион. — Внутренняя алхимия, как вы уже догадались, меняет саму суть человека. Или его организм, но уже безвозвратно. Вы же оба обязаны знать географию! Наши восточные соседи, Княжества Тиласа. Сколько там живут маги? А как долго не стареют их правители? Они работают с некоторой частью внутренней алхимии. Они ищут тайны бессмертия и вечной молодости. Таких давно нет, но…
— А были? — полюбопытствовала Истра, которая обожала сказки о магии.
— Когда-то, давно, — кивнул ее отец. — Более тысячи лет назад. Но они утрачены. И никто из нас, алхимиков, об этом не жалеет. И уже точно более пятисот лет действует запрет на внутреннюю алхимию. Даже у соседей. В Тиласе используют лишь простые рецепты, продлевающие жизнь максимум на 50 лет. Но при этом, даже те, кто принимает такие эликсиры, они могут погибнуть насильственной смертью или умереть от серьезных болезней. Что, кстати, случается часто. Так как эти рецепты все же здорово ослабляют организм.
— Если в одном месте прибудет, то в другом убудет? — подсказал Эйз старый алхимический закон.
— Верно! — обрадовался Гелион. — Потому там люди краше, чем у нас, дольше остаются молодыми, но при этом больше болеют и смертность у них выше.
— И какой смысл оставаться молодой и красивой, чтобы мучиться от болей и помереть? — рассудила девушка.
— Пока ты на самом деле молода и красива, тебя это и не может волновать, — доброжелательно отозвался ее отец. — Но многие, кто имеет власть, кто привык действовать, но чье тело изнашивается, хочет продлить себе годы жизни. И вот Жильен, кстати, вслед за своим отцом, работал над такими рецептами. Он старался найти компромисс. Чтобы сохранить молодость, но при этом обезопасить человека от болезней.
— Успешно? — с некоторым скепсисом осведомился Эйз.
— Слышал, что-то у него получалось, — без особого энтузиазма подтвердил Гелион. — Но больших побед не было. Жильен в отличие от нас ведет коммерческую деятельность. И его опыты оплачивают богатые люди, кто хочет как можно дольше своим нажитым благополучием наслаждаться. Знаю пару его клиентов. Выглядят неплохо, и вроде бы, пока на здоровье не жалуются. Но никто из них не вернул себе молодость. Хотя процесс старения они явно замедлили.
— Время назад не повернешь, — рассудила Истра. — Думаю, этого не могли даже тысячу лет назад.
Ее отец немного нахмурился.
— Не совсем, — теперь в его голосе слышались серьезные и несколько недовольные нотки. — Так было. Получалось и вернуть молодость и жить на пару столетий дольше. Просто в составы этих зелий, дающих такие невиданные возможности, входила человеческая кровь и… другие ингредиенты, так же получаемые из обработки человеческих тел. И для того, чтобы продлить жизнь одному, нужно было убить с десяток других.
— Неприятный факт, — согласился с профессиональной строгостью старший следователь. — Понятно, почему в наше время внутренняя алхимия запрещена.
— Не совсем поэтому, — мягко возразил Гелион. — Те секреты утеряны. Или сознательно уничтожены какими-то героями, чьи имена не сохранились. Проблема в том, что всегда находились люди, кто хотел возродить те секреты. И их методы были просто чудовищны. Потому международный совет Магов запретил все эксперименты по внутренней алхимии. Кроме простейших рецептов, не требующих принесения жертв.
— Значит, этот Жильен пытается просто продавать настойки против старения? — вернулась Истра к их изначальной теме, так как истории прошлого, которые увлекли ее в самом начале, теперь девушку просто пугали.
— И это, и какие-то новые зелья красоты, с долгосрочным эффектом, — отец чуть усмехнулся. Показывая свое отношение к таким рецептам.
— Спасибо, — поблагодарил его Эйз. — Это было
