Другой причиной волнений было влияние, которым пользовались монахи, и возбуждение, которое они поддерживали. И многие современники были вполне обоснованно встревожены и возмущены всем происходившим.
Империя призывала спасителя и главу. Эта роль выпала на долю Льва Исавра. Когда в 717 г. стратиги Анатолии и Армениака совместно поднялись против императора, провозглашенного войсками Опсикия, и направились к Константинополю, все - сенат и народ, патриарх и солдаты - высказались в пользу Льва. Исаврийской династии, пришедшей отныне к власти, предстояло восстановить порядок и безопасность империи и блестящим образом реорганизовать ее. {55}
IV
ИСАВРИЙСКИЕ ИМПЕРАТОРЫ И ДВИЖЕНИЕ ИКОНОБОРЦЕВ (717-867)
I. Восстановление империи при первых двух исаврийских императорах (717-775).- II. Иконоборчество (726-780).- III. Ирина и восстановление иконопочитания (780-802).- IV. Второй период иконоборчества (802-842).- V. Внешняя политика и восстановление империи
I
ВОССТАНОВЛЕНИЕ ИМПЕРИИ ПРИ ПЕРВЫХ ДВУХ ИСАВРИЙСКИХ ИМПЕРАТОРАХ (717-775)
Лев III, новый император (717-740), был замечательным человеком: великолепный полководец, он успешно пытался защитить Азию от мусульман; ловкий дипломат, хороший организатор - он обладал всеми качествами государственного деятеля. Его сын Константин V (740-775), которого он заблаговременно сделал своим соправителем, дабы упрочить династию, также, несмотря на злословие и клевету его врагов, любивших издеваться над ним, несмотря на полученные им от этих врагов прозвища Копроним (что значит навоз) и Кабаллинос (конюх), - был выдающимся государем. Умный и энергичный, он был великим полководцем и великим организатором, и хотя он был властен, вспыльчив, жесток и страстен еще более, чем отец, тем не менее, несомненно, оба первых Исавра были очень крупными императорами, чья славная память долгое время жила в византийской {56} армии и народе; даже их враги не могли не воздать им должного. Отцы Никейского собора, сурово порицая религиозную политику Льва III и Константина V, хвалили их доблесть, одержанные ими победы, разумные мероприятия, осуществленные ими для блага своих подданных, изданные ими законы, их гражданские институты - все то, что заслужило им признательность народа. И действительно, два первых Исавра были славными преобразователями империи.
Внешняя политика. Едва прошло несколько месяцев со вступления Льва III на престол, как перед Константинополем появились арабы и начали атаковать его с суши и с моря; даже весьма суровая зима не прервала военных действий. Однако в результате многих столкновений мусульманский флот был разбит; сухопутная армия, истощенная голодом, потерпела серьезное поражение. После года бесполезных усилий (август 717- август 718) арабы сняли осаду. Для Льва III это было славным началом царствования, для ислама - великим бедствием; событие это имело несравненно большую важность, чем победа, одержанная Карлом Мартеллом пятнадцать лет спустя в равнинах Пуатье. Натиск арабов окончательно был сломлен, и благочестивые византийцы по праву могли гордиться постоянным заступничеством бога и девы Марии за христианскую империю и ее столицу.
Однако, несмотря на этот разгром, арабы продолжали быть опасными. После нескольких лет передышки они вновь предприняли наступление, и вновь Малая Азия начала почти ежегодно страдать от их вторжений. Но разгром, нанесенный им двумя императорами при Акроине (739), оказался для них суровым уроком. Константин V воспользовался этим, чтобы самому напасть на Сирию (745), отвоевать Кипр (746) и довести свои войска до Евфрата и Армении (751), Успеху византийцев весьма содействовала также внутренняя борьба, волновавшая арабскую империю, и приход к власти Абассидов (750), в результате чего столица халифата была перенесена из близкого Дамаска в отдаленный Багдад.
В продолжение всего царствования Константина V война была счастливой для греков; после него его сын {57} Лев IV вторгся в 778 г. со стотысячной армией в Сирию и победоносно изгнал мусульман из Малой Азии (779). Арабская опасность, столь страшная в VII в., перестала угрожать империи.
Константин V пытался одновременно уничтожить и опасность со стороны болгар. В 775 г. он начал наступление и в результате девяти последовательных кампаний нанес Болгарии при Маркеллах (759) и Анхиале (762) такие кровавые поражения, что испуганные варвары не осмелились более сопротивляться и в 764 г. приняли мир. Вторая война, начавшаяся в 772 г. и продолжавшаяся до конца царствования, была не менее победоносной; и хотя Константину V не удалось уничтожить государство болгар, но во всяком случае он сумел восстановить престиж византийского оружия на Балканском полуострове. Помимо этого он подавил восстания славян во Фракии и Македонии (758) и по примеру Юстиниана II поселил несколько славянских племен в феме Опсикий в Малой Азии (762).
Внутренняя реформа. Внушая таким образом почтение к империи внешним ее врагам, два первых исаврийских императора стремились в то же время восстановить престиж империи и внутри страны. Это было великое дело административного, экономического и социального преобразования.
Чтобы обеспечить защиту границ, Лев III и его сын начали повсеместно распространять режим фем, деля большие области VII в. на округа, более многочисленные, менее протяженные и легче защищаемые; кроме того, эта система предоставляла им важное политическое преимущество, так как она ослабляла ту власть, которую давало стратигам обладание чересчур обширными территориями, и уменьшала проистекавшую отсюда опасность восстаний. В то самое время как военный закон восстанавливал дисциплину в армии, старательная, часто суровая финансовая администрация поставляла казне доходы. Земледельческий закон имел целью ограничить опасное развитие крупных доменов, приостановить исчезновение мелкой частной собственности, обеспечить крестьянам более сносные условия существования. Морской закон поощрял развитие торгового мореходства. {58} Но особенно улучшила отправление правосудия и с большой ясностью внесла в закон совершенно новый дух человечности и равноправия великая законодательная реформа, которую ознаменовала публикация гражданского кодекса, называемого Эклога (739). После полувекового правления два первых Исавра сделали империю богатой и цветущей, несмотря на чуму, опустошившую ее в 747 г., несмотря на волнения, вызванные иконоборчеством.
II
ИКОНОБОРЧЕСТВО (726-780)
Чтобы завершить дело восстановления империи, Лев III и Константин V попытались провести еще и значительную религиозную реформу. Они запретили иконы, стали преследовать защищавших их монахов, и вследствие начатой ими серьезной борьбы, называемой иконоборчеством, они сохранили в истории прозвище иконоборцев.
Историки часто неправильно понимали характер религиозной политики исаврийских императоров и недооценивали ее цель и значение. Причины, вызвавшие ее, были одновременно и религиозные и политические. Много благочестивых душ в начале VIII в. было оскорблено избытком суеверия и в особенности тем местом, какое занимало в жизни византийцев поклонение иконам, вера в их чудотворные свойства, обыкновение соединять с ними все человеческие поступки и интересы; многих умных людей беспокоило то зло, которое таким образом причинялось религии.
Враждебное отношение к иконам было особенно сильно в Азии; Лев III, по происхождению азиат, разделял это чувство. Ни он, ни его сын не были, как то иногда думают, вольнодумцами, рационалистами, предшественниками реформации или революции; это были люди своего времени, благочестивые, верующие, даже богословски образованные, искренне заботившиеся о реформе религии путем очищения ее от всего того, что казалось им идолопоклонством. Но вместе с тем это были государственные деятели, поглощенные заботой о могуществе и спокойствии империи. А огромное количество монастырей и их непрерывно растущие богатства создавали для госу-{59}дарства серьезную опасность. Иммунитеты, которыми пользовались церковные владения, уменьшали доходы казны; значительное количество людей, вступавших в монастыри, отнимало у земледелия работников, у армии - солдат, у общественных учреждений чиновников. Влияние же, какое имели монахи на души верующих, и их могущество, проистекавшее отсюда, делали их особенно опасными. Именно против такого порядка вещей и пытались действовать Исавры, особенно Константин V; запрещая иконы, они наносили удар монахам, которые обретали в культе икон наиболее могущественные средства воздействия на мирян. Несомненно, начатой таким образом борьбой исаврийские императоры открыли длительную эру смут; несомненно, этот конфликт повлек за собой весьма серьезные последствия в области политики. Однако те, кто хочет судить о государях-иконоборцах справедливо, не должны забывать, что в своем начинании они встретили большую поддержку со стороны высшего духовенства, завидовавшего влиянию монахов, и армии, в большинстве состоявшей из азиатов; их поддержал не только официальный мир, но и народ, нельзя забывать, что начатое ими дело имело и глубокие основания и несомненное величие.
