Читаем без скачивания Умирать - в крайнем случае - Богумил Райнов

- Да, действительно, - перебиваю я. - А Бренда?

- О, мисс Бренда - стреляная птица. Она так закрутила голову старику своими позами и своим недоступным видом и так вошла к нему в доверие, что теперь он без нее ни шагу. Она страшно хитрая, мистер Питер, уж вы поверьте. Раз я говорю, то так оно и есть.

- А эта другая, Линда Грей?

- Ее я плохо знаю. А раз не знаю, не стану говорить. Она поет в "Еве", говорят, божественно. Кое-кто считает, что она достойна лучшей участи, чем сцена кабаре, но я, как вы понимаете, не из тех, кто может ходить в "Еву" и слушать Линду Грей или кого там еще...

- Говорят, она ходит с этим, с болгарином, - делаю я выстрел наугад.

- Не может быть, - энергично мотает головой Дорис. - Линда с таким не пойдет, уж можете мне поверить. Она метит повыше. Очень ей нужен какой-то болгарин!.. О, мистер Питер, извините, я забыла, что вы тоже болгарин... Только вы - совсем другое дело, это я не ради комплимента, вы - совсем другое дело...

Я готов поинтересоваться, в каком смысле, но молчу, чтобы не ставить бедняжку в неудобное положение. Другое дело? Чепуха. На Дрейк-стрит и в окружении Дрейка все - одного поля ягоды.

- Вы - серьезный человек, - продолжает Дорис свою хвалебную песню. Я серьезного человека за версту вижу. А этот Майк и года здесь не пробыл, а уже торгует наркотиками на перекрестке...

- Зачем же ему торговать наркотиками? Он ведь работает на Дрейка?

- Ну и что, если работает? Вы думаете, он в золоте купается? Когда человек не может без карт и без проституток, как Майк, ему надо много денег.

- Значит, мистер Дрейк торгует и наркотиками? - неосторожно интересуюсь я.

- О-о-о, этого я не сказала! - предостерегающе поднимает руку Дорис.

Потом нагибается ко мне поближе и негромко предупреждает:

- Здесь, на этой улице, мистер Питер, есть вещи, о которых не говорят.

Или в эту минуту, или позже - словом, в самый разгар беседы, на лестнице слышен зов:

- Дорис, где ты?

- Брат зовет, - поясняет моя собеседница, чтобы я не подумал, что ее ищет любовник. - Пойду сменю его, а то ему потом сидеть на дежурстве всю ночь.

И, одним духом опорожнив стакан, чтоб виски не пропадало зря, Дорис желает мне спокойной ночи и выбегает из комнаты.

Спокойной ночи. В комнате с ободранной мебелью, навевающей безграничную тоску. На улице, где много такого, о чем не говорят. Перед лицом неизвестности, таящей такое, чего пока угадать нельзя.

Спокойной ночи.

Уже две недели я прогуливаю новый костюм по Дрейк-стрит. Раз утром в закусочную, где я допиваю свой кофе, врывается слегка запыхавшийся Боб и сообщает, что шеф немедленно требует меня к себе. Немедленно значит немедленно, и коренастая горилла стоит и ждет, чтобы я поднялся со стула, после чего ведет меня в генеральный штаб.

Кабинет Дрейка и вправду похож на штаб: кроме шефа, здесь находятся Бренда, Райт, Милев и еще какой-то тип, которому далеко за сорок и которого все присутствующие называют мистером Ларкиным.

На этот раз Дрейк обходит мое умение воскресать. Он просто указывает на кресло и поясняет:

- Садитесь и слушайте, Питер. Слушайте внимательно, потому что вам, возможно, придется взять слово.

Я сажусь, закуриваю сигарету - собственную, а не из ониксовой шкатулки - и превращаюсь в слух. Говорит Майк Милев. По-видимому, он только начал свое выступление, и я вряд ли упустил что-нибудь важное.

- Мистер Дрейк совершенно прав: поездка Райта не принесла успеха, но я же не мог знать, что мои приятели, все трое (значит, был и третий, отмечаю я) окажутся такими трусами, что поделаешь, с годами люди меняются, и с этими тремя у меня уже давно нет контактов, но, как я уже неоднократно вас информировал, связи у меня там весьма широкие, исключительно широкие, да что делать, если большинство моих людей не знает английского, а те, кто знает, оказались непригодны для дела...

Вышеприведенный абзац - весьма сокращенная версия его монолога. Милев говорит с излишней горячностью, и поскольку торопится - делает ошибки, а сделав ошибку, старается ее исправить, а поскольку по-английски говорит плохо, то и поправки не помогают, так что слушать его утомительно, и Дрейк наконец замечает:

- Покороче, Майк. И не увлекайтесь пояснениями, потому что вы забываете главное.

- Я хочу сказать, что теперь, когда я установил два действительно надежных канала через Мюнхен и вообще связи с надежными людьми, все можно построить на прочной основе, и моя комбинация вступит в действие в ближайшее время...

Чтобы выразить эту несложную мысль, ему требуется немало времени, и Дрейк снова его перебивает:

- А как вы себе представляете эту комбинацию?

- Очень просто. Я уже вам сказал, что у моих людей собственные машины.

- Ну и что же? - спрашивает шеф.

- Это решает проблему переброски товара от турецкой границы до югославской.

- Конечно. Но ведь сначала товар нужно переправить через саму границу.

- Здесь, в Лондоне, я не могу ответить на этот вопрос в подробностях, - отвечает Милев. - Подробности мы обдумаем, когда мои люди установят контакт с надежными людьми в пограничных селах.

- Дело не в подробностях, а в самом общем решении, - терпеливо разъясняет Дрейк. - В двух словах: как вы представляете себе переброску через границу?

- Есть разные возможности. В некоторых местах приграничная полоса совсем узкая или очень удобная - скалистый хребет или каменная осыпь. Можно просто перетащить товар волоком с турецкой стороны на канате. Или зашвырнуть при помощи соответствующего приспособления. Или переправить на воздушном шаре. Это может сказать только специалист.

- А вы что скажете?

- Я могу снабдить вас топографией нескольких подходящих мест на обеих границах и организовать перевозку товара через страну. Если иметь в виду его количество, это немало.

- Да, конечно, - соглашается Дрейк. - Однако недостаточно. Нам нужно не много и не мало; нам нужно, чтобы товар попал из Турции в Югославию целым и невредимым.

Милев молчит, пытаясь выжать из себя удовлетворительный ответ. Остальные тоже молчат, но эта тишина, кажется, не помогает мыслителю, а только сковывает его.

- Могу предложить и другой вариант, - заявляет он наконец. - Если ваши люди сумеют ввезти товар в страну, я беру на себя его переброску в Югославию при помощи моих людей. Та граница, знаете ли, куда доступнее. Там бывают празднества, на которые съезжаются жители сел по обе стороны границы, и всякое другое...

Дрейк задумчиво смотрит на оратора и качает головой:

- Видите ли, Майк, если наши люди сумеют ввезти товар, они сумеют его и вывезти. Вы знаете, что подобные операции уже проводились и без вашей помощи. К сожалению, чаще всего они кончаются полными убытками. Несколько месяцев назад вы предложили мне проект, на который мы потратили много времени и средств. Он звучал по-другому.

- Я и сейчас считаю, что этот проект осуществим, - заявляет Майк и с достоинством выпрямляется. - И если вы разрешите прощупать почву, я гарантирую, что в самое непродолжительное время мои люди дадут точные сведения об удобных местах и даже найдут подходящий способ переброски. А дальше пусть решают специалисты.

- Это уже другое дело, - кивает шеф. - Именно это я и хотел от вас услышать: существует ли реальная возможность преодолеть границу и способны ли двое ваших людей снабдить вас точной информацией по этому вопросу, а потом, естественно, и организовать переброску?

- За это я ручаюсь, - напыщенно заявляет Милев.

- А вы, Ларкин, что скажете? - оборачивается Дрейк к незнакомцу.

Минуту-другую Ларкин не издает ни звука. Если судить по выражению его лица, можно подумать, будто он вообще поклялся никогда в жизни не открывать рта: тяжелый, неподвижный взгляд, плотно сжатые челюсти и скобки отвесных морщин в углах рта отнюдь не свидетельствуют о словоохотливости.

- Можно, - говорит наконец он.

- То есть? - поднимает брови Дрейк.

- Можно, повторяет незнакомец. - Если существуют реальные возможности и если Майк обеспечит точную информацию, мы дадим технику.

- Надеюсь, не воздушные шары, - ворчит шеф.

- Мы дадим технику, - тяжело произносит Ларкин, не давая себе труда уточнить, включает ли он в это понятие воздушные шары или нет.

- Чудесно, - кивает шеф. - А что вы думаете, Райт?

- Я думаю, как организовать связь.

- Какую именно? - интересуется Дрейк.

Длинными нервными пальцами музыканта Райт проводит по еще более длинным волосам и поясняет:

- Как организовать связь с теми двумя в Болгарии...

- Переписка тайнописью, - торопливо подсказывает ему Милев.

- Это хорошо, пока нет подозрений, - сухо замечает красавец. - Но мы должны быть готовы и к такой возможности.

- Каким же образом? - любопытствует шеф.

- Если придется, пошлем человека на место.

- Но ведь вы уже были там?

- Нужен местный человек. Майк... или этот новый...

- Зачем тогда и нужен этот новый, если не сможет сделать такого простого дела, - не выдерживает Милев.