завтрак, набив рот эклерами. – Попробуй!
Закатывает глаза. Но минут через пять, когда пирожные почти заканчиваются, все-таки тянется к подносу.
– Вижу, за фигурой не следишь.
– У мына фсе ытак в ыдыале, – проглатываю. – Чего смотришь?
– Губы в шоколаде.
– Спасибо, – привычным движением вытираю рот и морщусь.
– Болит?
– Да.
– Пройдет. Надо умыться и намазать лекарством. Врач сказал, что хорошо помогает.
– Когда ты успел посоветоваться с врачом?
– Когда тебе делали укол. После побега.
– Значит, я не просто так спала почти сутки?!
– Тебе на пользу. Пока спишь, не делаешь глупости и гадости, – отмахивается.
– Где мой телефон?
– Черт его знает.
– Ищи! Мамочке сам объяснять будешь, куда я пропала.
– Нет уж. Мне тебя одной хватает. Без твоих родственников обойдусь. А ну, стоять!
– Что?!
– Уже ушла умываться однажды. Теперь со мной будешь ходить везде. Даже в туалет, – встает и топает ко мне. Показываю ему язык.
– Дальше я сама. Если хочешь, жди на пороге, – захлопываю перед его носом дверь. Еще на горшок меня не провожал. Нянька нашлась!
Нахожу большое зеркало. В целом, нормально. Нижняя губа немного объемнее верхней, но не страшно. Аккуратно втираю лекарство и привожу в порядок волосы. Хочется выглядеть привлекательной девушкой, а не потрепанной драной кошкой. Может, так у Даниила проснется ко мне хоть капля доверия, и он не отвезет меня обратно в «обезьянник» до выяснения.
– Даниил Иосифович? Вы чего? Там еще один туалет есть.
– Знаю. Я сторожу Катерину.
– Понял. Телефон разряжается. Я на зарядку поставил, а там сотня пропущенных.
– От кого?
– Написано «мама».
– Перезвонил?
Выпускаю из рук расческу и бегу к двери. Если правильно понимаю, то разговор про мой мобильник. Надеюсь, никто не разговаривал с моей матерью! Еще не хватало, чтобы она узнала о случившемся от Владимира. Да у нее будет инфаркт!
– Ты все? Наконец-то.
– Верните телефон!
– Ладно, ладно. Отдай ей.
Вова протягивает мне аппарат. Ох… неотвеченные звонки, мессенджеры, заваленные сообщениями, даже электронная почта мигает уведомлениями! Чувствую, будет выговор.
Дрожащими пальцами набираю ее номер, не открывая сообщения. Уж лучше так. Сразу голову с плеч.
– Алло, Катерина? – голос стальной. Стадия, когда мама уже перестала рвать на себе волосы в поисках непутевой дочери.
– Мам, привет… я немного заспалась… прости…
– Да? А что у тебя со звонком?!
– На бесшумном стоял.
– Я тебе велела сделать громкость на максимум, чтобы ты слышала и брала трубку! – немного повышает голос. Но лучше бы она сразу прокричалась, чем так… Ощущаю, как медленно разгорается у нее внутри костер праведного гнева.
– Прости… прибавлю сейчас.
– С телефоном понятно. А что с дверным звонком? Тоже «убавила» звук?
– Эм. Нет. Работает. Но сейчас проверю, на всякий случай. А почему ты спрашиваешь? – интересуюсь сглатывая.
– Потому что я стою и тридцать минут жму на кнопку звонка! И мне никто не открывает! Вот и думай: то ли палец кривой, то ли дочь у меня врушка!
– Ма-а-ам, а ты по какому адресу жмешь на звонок? – перевожу напуганный взгляд на мужчин. Даниил и Владимир наблюдают за мной, кажется, тоже не дыша.
– По тому адресу, что ты мне оставила!
– А… ты в городе, значит? Приехала… – мямлю, прикидывая, что одним выговором не отделаться. Мамуля бросила дела и три часа тряслась в электричке, чтобы проведать блудную дочь, которая самостоятельно и неделю в столице не прожила! Дело пахнет жареным.
– Приехала, да. После того как сутки не могла дозвониться! Выходи, вместе проверим звонок. Адресок напомнить?
– Не надо.
– Даю тебе пятнадцать минут.
Мама сбрасывает вызов. Черт. Она кидала трубку только однажды. Когда я сказала, что буду у подруги, а ушла гулять с парнем на всю ночь. Это было наше первое и последнее свидание.
– Есть проблемы, – тихим голосом начинаю я.
– И почему я не удивлен? – Даниил бросает на меня уничтожающий взгляд, а Вова снова прыскает в кулак. Не понимаю, что такого веселого он находит во мне и этой ситуации.
– Что случилось? – приняв серьезное выражение лица, спрашивает начальник службы безопасности.
– Мама… приехала. А меня дома нет.
– Ты не знала, что она приедет? Ей что заняться нечем?!
– Она на работе должна быть, – развожу руками. – Потеряла меня и поехала на поиски. В ее духе.
– И где твоя мать?
– У подъезда. Ждет. Можно, я поеду? А то она нас всех в порошок сотрет, если узнает… что я с тобой ночевала.
На этот раз ржать начинает Даниил.
– Да уж. Вов, ты мне «дьявола» в юбке специально подсунул?
Отрицательно качает головой.
– Поехали. Знакомиться будем с маман.
– В смысле? – распахиваю глаза.
– В прямом. Хочу посмотреть, так ли страшен черт, как его малюют. Да и тещу надо знать в лицо. Не чужие люди.
– Даже не думай…
– У тебя выбора нет. Пешком слишком долго в твой район. Поехали.
– Господи! Ты сжег мои вещи! Мне нечего надеть!
– Девушки, такие девушки, – качает головой. – Извечная проблема! Хорошо, что отель позаботился об этом и выдает халаты.
Невозмутимо затягивает пояс и, сунув ноги в одноразовые тапочки, шлепает на выход.
– Ты чего? С ума сошел?! – хватаю его за рукав. – Куда? К моей маме собрался в белых тапках?!
– Точно, в белых тапках к теще – плохая примета, – останавливается и сует ноги в классические туфли. Выглядит это еще хлеще, чем было. Махровый халат и мужские лаковые ботинки. Даже дар речи теряю. Неужели он способен выйти в таком?! – Тянешь время, Кать. Мамы ждать не любят.
– Я не поеду с тобой…
– У тебя нет выбора.
– Тогда оденься.
– Я одет. Ты сожгла мой костюм. В следующий раз будешь думать, – как ни в чем не бывало заявляет он.
Внутри начинает бурлить.
– Возьми костюм у него, – киваю на Владимира.
– У нас размер разный. И вообще, я в отличие от тебя чужие вещи не ношу. Время идет, Катерина, – символично смотрит на часы.
– Что ж! Если ты такой умный, то пошли. Только потом не говори, что я тебя не предупреждала.
7
В салоне звенящая тишина. Кто бы мог подумать, что меня повезут на встречу к матери на лимузине? Экая честь! Надо попросить притормозить за углом, чтобы не слишком шокировать маму.
– Короче, если что, легенда такая: я потеряла ключи, поэтому не ночевала дома, – прерываю тишину.
– А у тебя действительно нет ключей?
– Ну да…
– Разберемся, Даниил Иосифович, – обещает Владимир.
– Лучше я сама с мамой решу… вы не усугубляйте. Вообще лучше в машине посидите. Чтобы она вас не видела.
Вова не отвечает. Наверное, недооценивает мою мать.
Чтобы унять волнение, сосредотачиваюсь на изучении салона. Никогда не каталась на таких дорогих машинах. Хочется рассмотреть каждую
