– Ради этой красоты стоило покинуть родные края, – задумчиво произнес Тэлеск сам себе.
Парень и не заметил, как выехал из дубравы слегка отставший Ноккагар.
– Ты в порядке? – облегченно промолвил маг, слезая со скакуна. – Я уж боялся, что ты улетел в реку. Забыл тебя предупредить об этом обрыве заранее.
– А что это за река?
– Ламванэ, Глубокая. Недалеко на западе она круто сворачивает на юг и там впадает прямо в Туманное Море.
– Ну и как же быть? – спросил Тэлеск. – Не прыгать же нам с обрыва.
– Конечно, нет! – ответил Ноккагар. – Дороги так резко не обрываются, они, в конечном счете, всегда куда-то приводят. И эта тоже здесь не кончается. Взгляни – она идет дальше вдоль берега.
Только теперь Тэлеск заметил, что дорога, которой они ехали, круто поворачивает на запад и пролегает дальше вдоль самого края обрыва.
– Она приведет к броду, – продолжил Ноккагар, – потом снова поведет в южную сторону.
– Странно, – сказал Тэлеск. – Кому взбрело в голову так глупо проложить дорогу?
– Когда-то в древности здесь был большой каменный мост. И путь на юг проходил по нему. Но он давным-давно разрушен, а восстанавливать его никто так и не взялся. Взгляни на тот берег! Там можно разглядеть то, что осталось от каменного сооружения.
Тэлеск прикрыл глаза от солнца и посмотрел на юг. В далеких густых зарослях он увидел едва различимые серые развалины. Но на этом берегу ничего похожего не было. По всей видимости, эта сторона моста рухнула вместе с куском земли.
Маг вскочил в седло и поторопил Тэлеска. Вскоре они уже спускались по склону. Кони аккуратно ступали по неровному, каменистому пути. Тэлеск с опаской косился вниз, на бегущую реку, крепко вцепившись в поводья.
И вдруг он заметил, что по реке плывет длинная ладья. Он окликнул волшебника.
– Там внизу корабль! – крикнул он магу. Ноккагар натянул поводья и устремил взор на реку.
Ладья плыла по течению в ту же сторону, куда двигались и Ноккагар с Тэлеском. Парус ее был убран, и стремнина полностью властвовала над ней, довольно быстро унося на запад. На борту находилось несколько фигур в серебристых одеяниях. Их длинные волосы, такие же серебристые, как и одежда, красиво развевались на ветру. Но самым странным Тэлеску показалось то, что ладья полностью сливалась с водой реки, а борта были почти прозрачны, будто это была большая волна, принявшая форму корабля. Потому-то юноша и не заметил ее сразу.
– Это русалы, – произнес чародей и как ни в чем не бывало поехал дальше.
Всадники продвигались к месту брода по берегу, а необыкновенный корабль, чудно сверкая на солнце, шел в ту же сторону, предавшись течению реки.
– Ни к чему нам сейчас лишние встречи, – вздохнул Ноккагар через некоторое время. – Но сдается мне, они нас уже увидели, и, судя по всему, этой встречи не избежать… Ничего не говори им о себе без необходимости. Они конечно на стороне светлых народов, но осторожность нам не помешает.
Тэлеск лишь кивнул в ответ.
Вот дорога спустилась и закончилась у самой воды. Несколько перекатов в месте брода громко шумели. Обрыва больше не было. Теперь вдоль реки тянулся пологий песчаный берег.
Тэлеск не спускал глаз с чудесного корабля, который подплывал все ближе и ближе. Ноккагар спешился, явно намереваясь поприветствовать русалов. Тэлеск увидел это и тоже слез с коня. Раньше он многое слышал об этом народе, но никогда еще не доводилось ему узреть русалов собственными глазами. Оно и неудивительно! Он всю жизнь прожил на окруженном морем клочке земли, и все, что было вне его пределов, казалось недосягаемым и неизвестным. Помимо того, русалы никогда не жили на землях Эфоссора и не бывали там вообще, не говоря уже об Эфкроле, где проживали такие люди, которые и вовсе слабо верили в их существование.
Издавна этот народ селился вблизи водоемов и рек. Вода была для них второй стихией, без которой они не могли жить. Трудно определенно сказать, без чего русал прожил бы дольше: без воздуха или без воды. Вдобавок к этому, русалы имели полную власть над водой. Недаром их всегда называли Хранителями Вод. Только русалы обладали способностью поворачивать вспять реки и останавливать водопады. Только русалы были способны придавать воде любую форму. Именно из воды создавали они свои прекрасные дворцы, неподвластные времени. Именно из воды делали они все, что другие народы создавали из древесины, металла, камня, земли, растений и всего остального. Даже оружие они создавали из воды, и при этом клинки их были крепче любой закаленной стали, стрелы же гораздо острее, чем те, что создавались людьми, и ничто не могло сравниться в прочности с русальим доспехом.
Ладья поравнялась с путниками и плавно приблизилась к берегу. Она даже не зацепила дно реки, будто здесь был не брод, а глубокий омут. Тэлеск теперь мог отчетливо разглядеть их. С виду они походили на людей, но только кожа их была белее белого снега, а волосы были подобны тончайшим серебряным нитям.
О цвете их глаз говорили, что он изменчив. Глаза их в самом прямом смысле являлись зеркалами внутреннего состояния их души. В них можно было увидеть любой из цветов радуги. Каждый цвет соответствовал определенному настроению. Тэлеск увидел в их глазах лазурный блеск, и это говорило о дружелюбном настрое Хранителей Вод.
Когда корабль приблизился к берегу, бородатый русал в блистающем плаще с изящной брошью, поднял руку вверх и произнес на Межнародном Языке:
– Приветствуем тебя, волшебник, и тебя, юный спутник мага! Я Хранитель Ламванэ. Люди именуют меня Кэневаур. Мы направляемся во владения гальпингов, что лежат на острове в Туманном Море. И мы желали бы узнать от вас, в какую сторону нам надлежит двигаться после выхода на устье реки Ламванэ, чтобы прибыть на Скрытый Остров. Не ответите ли нам на сей вопрос?
Выговор Кэневаура был странным, если судить по людским меркам, какой-то нечеловеческий. Голос был низким, но настолько мелодичным, что Тэлеск заслушался и невольно вздрогнул, когда заговорил Ноккагар:
– Достопочтенный Хранитель Ламванэ, от устья реки нужно вести корабль на юго-запад. Следуя этим курсом, вы, несомненно, прибудете туда, куда вам нужно.
Кэневаур повернулся к своим слугам и что-то сказал им. Журчание весенних ручьев, шелест листвы и пение птиц – все эти звуки смешались в речи русала, когда он говорил на родном языке. Другие русалы ответили повелителю столь же чудесной речью. После этого Хранитель Ламванэ вновь обратился к путникам.
– Благодарим за помощь, добрые странники! – сказал-пропел он. – Но у нас есть еще один вопрос. Может статься, и на него вы дадите нам ответ? Мы плывем к гальпингам по одной единственной причине. И эта причина достаточно веская, чтобы заставить нас покинуть родной дом. По Гэмдровсу расходятся упорные слухи, будто осенью нынешнего года на Скрытый Остров придут Трое Избранных. Правда ли это, почтенный маг?
– О да, Хранитель Ламванэ! Значит, слухи все-таки расходятся? Можешь отбросить сомнения, ибо они правдивы. Ты не зря покинул свои владения. Ты будешь очевидцем переломных событий в истории Гэмдровса!
Кэневаур сошел с корабля на берег.
– Вижу, ты говоришь столь уверенно маг, будто сам принимаешь прямое участие в переломе этой истории, – Русал перевел взор на Тэлеска и долгое время не отводил его.
– Ты весьма проницателен, почтенный Кэневаур, – вздохнул Ноккагар. – Либо я слишком неосторожен в изречениях и не сумел скрыть то, что не нужно сейчас придавать огласке. Как бы то ни было, ты, похоже, уже все понял… Да, Хранитель Ламванэ, одного из Них ты видишь перед собою прямо сейчас. Тэлеск, сын Ланнокса!
Ноккагар не сводил глаз с Тэлеска, и все русалы теперь смотрели на него. В глазах каждого из них теперь блестел желтый огонек удивления. Но вскоре его сменил зеленый огонек радости.
Кэневаур молча приблизился к Тэлеску и, взглянув ему в глаза, опустился перед эрварейном на одно колено. Свою сереброволосую голову он слегка склонил на грудь. Примеру повелителя последовали и остальные русалы.
Тэлеск побледнел. Русалы реки Ламванэ стояли перед ним на коленях!
– Нет!.. – выдавил он. – Встаньте… прошу вас!
Кэневаур поднял на юношу счастливые зеленые глаза, и промолвил с тем же русальим выговором:
– Хвала Вару! Передо мной Избранный!
Тэлеск не нашел другого выхода, как тоже преклонить колено. Тогда Кэневаур все же встал и заставил подняться Тэлеска, после чего обратился к Ноккагару:
– Почтенный маг, ежели домыслы мои верны, ты проводник Избранного? Ты ведешь его к гальпингам?
Волшебник кивнул.
– С твоего дозволения, – продолжал Хранитель Реки, – я бы хотел остановиться и отметить столь неожиданную встречу. Ты позволишь, маг?
Чародей колебался, но в итоге ответил:
