Слова его звучали глухо, безжизненно, как безжизненны были туннели вокруг. После такой масштабной атаки, пустота в туннелях смотрелась особенно зловеще. Словно демоны не просто сбежали или затаились, а действительно готовили крупномасштабную засаду, такую, чтобы погубить разом все войска Провала.
Бран спрятал светильник, почесал в затылке, затем решил, что если демоны и правда тут скопились в таком количестве, то он их точно почует. Главное не стоять на месте, заранее спуститься и осмотреться, застать возможную засаду врасплох. Демолорды, если они не молоды и не глупы, опасны даже для него, но демолорды, как и герои – товар штучный. А рядовой демон обычно шумит, воняет, выдает себя за милю.
Еще одной проблемой Провала являлось то, что туннели, хоть и были разными, но в конечном итоге выглядели примерно одинаково: камень и камень вокруг. К каждому рядовому солдату не приставишь высокоуровневого живого, способного различать любые туннели, так что войска у Провала использовали свою систему. Маркировка, знаки краской, наносимые на камень, и указывающие примерное местоположение, ярус, направления к спускам и подъемам. Особые приметные камни или пещеры определенной формы, в качестве ориентиров.
— Где-то тут, ага, - пробормотал Бран, сворачивая за угол.
Треугольный камень, с дырой вверху. Все же память иногда не подводила, хотя казалось бы, столько лет прошло! Детали прошлого спуска всплывали в памяти и пожалуй, эти туннели, душный воздух, насыщенный маной, давящее на чувства ощущение чего-то незримого – тогда все было таким же, как сейчас. Но были и отличающиеся моменты.
Тьма и тишина.
Тогда они шли группой, со светильниками и разговорами, с проводником из местных, Бран видел его, словно наяву. Пожилой сержант-человек, стордорец, периодически трогавший рукоять меча, было у него три шрама на шее, словно кто-то рванул ее когтями, да не дорезал.
Интересно, что с ним стало потом, неожиданно подумал Бран. Вглубь Провала сержант с ними не пошел, а потом все завертелось так, что Бран не знал, как сам жив остался. Да и не интересовали его тогда судьбы низкоуровневых живых вокруг, сам жив остался и хорошо.
Возможно, потом, если он снова выберется наверх живым и не забудет спросить.
Бран развернулся и зашагал налево, уже ощущая, как там впереди камень расширяется. Пещера Двойного Прыжка, названная так в честь… Бран нахмурился, так и не вспомнив. Проблемы с памятью – первый признак деградации, но именно сейчас она была бы втройне не вовремя! Но выйдя в пещеру – неправильной формы, с хаотично изломанным потолком, спусками и какими-то грубыми подобиями каменных лестниц – все же вспомнил, что никто никогда ему не объяснял, в честь чего названа пещера.
Надо будет спросить Лану или Миона, подумал Бран, пересекая пещеру.
В дальнему углу обнаружился туннель и Бран пошел по нему, ощущая незначительный уклон вниз. Долгий спуск на третий ярус, очень долгий, так как угол наклона был очень маленьким. Выводил он на третий ярус далеко от нужной Брану точки, но он уже все спланировал. Обшарить зигзагом окрестные туннели, усилив Восприятие до максимума, попадутся демоны – взять «языка», а нет, так и нет, зато рядом с местом встречи точно будет безопасно.
— Амулетики связи не помешали бы, - сообщил тьме Бран.
Все же отвык, потерял навыки и, наоборот, приобрел скверную привычку разговаривать с самим собой. В Благой Тиши или там, в поездке по степям орков это еще сходило с рук. Но здесь, в туннелях Провала, легко могло стоить жизни, если не ему, так остальным героям группы. Зато бормотание словно отгоняло тьму, разгоняло страхи, хотя скажи, кому о том, что Бранд тьмы забоялся, так засмеют, да еще и побьют, чтобы не врал так нагло.
Основная проблема с амулетами и шарами связи и прочими артефактами была та же самая, что и у портальщиков с телепортерами – волнения в мане. Из-за близости основной шахты Провала, насыщенности камня и воздуха, даже в самых спокойных условиях, все работало с перебоями. Чем глубже, тем больше шансов на отказ, опять же, даже в самых лучших условиях. Про боевые условия, летящие во все стороны заклинания, выбросы маны из тел демонов, даже говорить было нечего.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Поэтому, в полной противоположности миру наверху, самым надежным способом связи внизу были посыльные и беговые химеры (как правило, модификации собак) с записками, а самым надежным способом передвижения ходьба на своих двоих.
Или четырех.
Бран остановился, услышав вдалеке характерное цоканье копыт. Если демоны не напустили иллюзий, то где-то там бродил кентавр. Но зачем бы демонам ставить здесь такие иллюзии? Даже если бы они создавали иллюзии прекрасных девушек, гор сокровищ и лучших напитков, здесь внизу на них накинулись бы только совсем уж новички, но таких вниз не брали.
Бран свернул, пошел в направлении цоканья.
Школа, жестокая школа сражений и выживания. Знаки и камни, ориентирование, карты, правила поведения, боевой устав, каждая строчка в котором была написана кровью. В том числе и кровью тех глупцов, что сворачивали в сторону, заслышав посторонние звуки, кидались к незнакомым кентаврам или действительно верили, что в туннелях Провала можно встретить сходящую от страсти обнаженную красавицу.
— Ебать всех демонов спереди и сзади, какого хуя тут столько кочек! – донеслось до Брана.
Кентавры, хоть и любили добавлять ржание в свою речь, но обычно это была просто насмешка над теми, кто думал, что их лошадиная нижняя половина влияет на речь. Нет, кентавры, будучи смесью людей и коней, отлично говорили на общем и прочих языках, включая свой, кентавриный. Впереди мелькнул свет.
— Отпиздить бы их всех священными реликвиями! – продолжал ругаться кентавр. – Чем браться за такое своими кривыми распиздяйскими ручонками, лучше бы в жопу себе пальцы засунули, там тоже говно!
Бран неожиданно узнал кентавра и тихо хмыкнул. Дж`Онни Матершинник, гость с континента Перты, лежащей за Грозовым Океаном. Были там и горы, и леса, но хватало и степей, где привольно жили кентавры своими племенами-табунами, но горе тому, кто принимал такое за слабость. Табуны сбивались вместе и втаптывали в землю всех посягнувших на их землю.
Собственно, Дж`Онни хоть и не числился среди сильнейших героев, но был широко известен и за пределами родного континента, по двум причинам. Во-первых, он много путешествовал, собираясь «омочить хвост в каждой пиздатой лужице на всех ебучих материках», как заявлял сам кентавр, а во-вторых выбрал профессию мага. Не просто мага, со специализацией в магии звука, и словно этого было мало, так еще и стал одним из сильнейших в ней. Его яростное ржание могло сбить с ног великана, а прозвище он получил за привычку совмещать магию звука с матюгами.
То есть, не просто обкладывал врагов по маме, папе и всем родственникам, но одновременно еще и разил их магией. Ругань в адрес врага перед дракой - обычное дело, и Дж`Онни таким образом подлавливал врасплох. Не всех, но многих. Бран в свое время, что называется, «столкнулся с ним копытами», когда навещал Перту по делам.
— Ебануться можно, полная жопа темноты и ни одного засранного демона! Какого хуя меня вообще сюда приглашали? - даже не думал прекращать ворчание с матюгами четырехногий герой.
Так-так, подумал Бран, значит, его тоже позвали, неплохо. Магия звука отлично подходила для туннелей. Но в то же время никакого желания выпрыгивать навстречу и радостно ржать приветствия на кентаврином, Бран не испытывал. Дж`Онни его вроде не заметил, так что Бран тихо отступил и вернулся к спуску.
Но все же от этой встречи мысли его сбились и свернули в сторону.
— Летит, летит степная кобылица, - запел Бран под нос на оркском, - кентавр ей в мужья ведь не годится!
Песню эту сложили орки, в порядке издевательства над кентаврами. Дескать, кентавр скакал по степи, но даже кобылицы от него разбегались, предпочитая ласки орков ему. Насколько было известно Брану, кентавры в ответ тоже сложили песню, мол, никто так не сможет удовлетворить орчанку, как кентавр. Что-то там еще было про правильный порядок езды, кто сверху, кто снизу, в общем, сплошные пошлости с попытками задеть соседей. Так как песни были древними, словно сами живые, оставалось только предполагать, что вражда орков и кентавров существовала уже тогда.
