Читаем без скачивания Ловец человеков - Дмитрий Старицкий

Тут мы вошли в зал, где у накрытого стола нас уже встречала улыбающаяся тетя-дюшеса, которая первым делом с радостью кинулась ко мне обниматься. Дай ей волю, она бы меня от себя и не отпускала.

Ох, тетя Маргарита, сына тебе надо, сына. Но не даст Господь, к сожалению. Судьба. За неродившегося сына будет отдуваться дочь — Аня Бретонская, которая сейчас сидит за столом на коленях у няни и размазывает по щекам гречишный мед. А я вместо того, чтобы просто наслаждаться обществом этого ангелочка — сестренки своей двоюродной по крови тела моего, должен расчетливо у нее о себе положительные впечатления оставить — все же в перспективе это жена двух французских королей. Потенциальный союзник. Или враг. Тут уж как фишка ляжет.

После утоления первого голода я негромко спросил тетю, как у нее в хозяйстве со специями.

Та в ответ только вздохнула.

— Эконом пришел сегодня с рынка вне себя от злости. Цены так взлетели, что стало даже для меня дорого. Этот пожар в порту еще долго нам будет аукаться. А заставлять купцов вернуться к справедливой цене сейчас чревато или бунтом, или полным исчезновением товара с прилавка.

— Тетя, я готов развеять эту твою грусть. — Я с довольным видом откинулся на высокую спинку стула. — У меня шесть сотен мешков перца, имбиря, корицы и гвоздики на корабле. Думал с собой увезти в Наварру, но выгоднее это сейчас продать здесь.

Герцогиня развернулась ко мне с внимательным взглядом, словно изучая меня заново.

А я продолжал ездить ей по ушам:

— Если ты разрешишь положить все это на хранение в твоем складе в шато, то за это сможешь отобрать себе нужное количество специй совсем бесплатно. А там и цены в норму войдут.

— Ты же уедешь, Феб? А торговать твоим товаром прикажешь мне?

— Тетя, ты меня обижаешь. Как я могу заставить заниматься таким презренным делом, как торговля, столь очаровательную и благородную госпожу? Для этого купчины есть на доверии. Эту партию товара будет распродавать Иммануил Вельзер.

— Банкир из Аусбурга? — Герцогиня посмотрела на меня, будто увидела в первый раз. — А ты тут времени не теряешь, пока от тебя все в городе только пьянок и млядок ждут. Или еще каких буйных выходок. А ты, оказывается, дела делаешь с сомнительными банкирами.

— Плохая кандидатура? — попросил я прояснить вопрос.

— Плохая. Плохая уже тем, что он не местный, — умозаключила дюшеса.

— А может, именно этим она и хороша, — возразил я тете. — Местные за такую партию специй сейчас передрались бы друг с другом до крови. А так — нет повода для лютой зависти к соседу.

Герцогиня налила мне и себе в кубок красного вина. Покачала свой сосуд в руке, вертя на ножке. Что-то решала в своей умной голове. И вдруг ляпнула трагическим шепотом:

— Пожар в порту — твоя работа? — и явила собой инкарнацию Железного Феликса.

Я сел на копчик. Вот так вот, на пустом месте дело шьют. А я тут, что обидно, порожняком.

— Нет, — сделал я глоток из кубка, — когда мы подплывали к Нанту, порт уже полыхал. Вовсю. Зарево было видно на несколько лиг по реке. И вообще, плохо ты обо мне думаешь, тетя. Если бы я решил сжечь твой порт, то у меня был бы не один корабль со специями, а десять. Как минимум.

— Как ты стал похож на отца, — тетя ласково взъерошила мои золотистые волосы, — а будешь просто копия. В том числе и по уму. Я рада, что это так. Знал бы ты, как я боялась за тебя, когда узнала про заговор в Плесси-ле-Туре и не имела возможности тебя о нем вовремя предупредить.

— Дочка Паука, Анна де Франс в заговоре участвовала?

— Дочь Франции? — Тетя подняла брови. — Возможно, но откуда у тебя такие подозрения?

— Она меня в койку чуть ли не силком затащила, а Орлеан потом приревновал.

— У них очень сложные отношения… — подтвердила дюшеса мои догадки, но моментально съехала со скользкой темы: — Так что тебе от меня надо, кроме склада?

— Твоих гвардейцев в охрану обоза. Хотя бы символически, для демонстрации флага. Я, со своей стороны, на телеги валлийцев посажу. Разгружаться мы будем в Сен-Назере, чтобы «не дразнить гусей» в Нанте.

— Ах, Феб, знаешь же, что я тебе ни в чем не откажу, — лукаво улыбнулась тетя краешком губ и лучистыми глазами, говоря эту двусмысленность.

И у меня опять на нее стоит как деревянный. И это несмотря на регулярный сброс дурной крови с белошвейкой. Хорошо еще, что гульфик в этих пуфах твердым сделан, а то вышел бы просто конфуз.

Глава 3

ДОЛГИЕ ПРОВОДЫ — ЛИШНИЕ СЛЕЗЫ

В эту ночь меня провожали до постоялого двора герцогский сенешаль и мои — уже мои, валлийцы.

Конное факельное шествие по ночному Нанту повторилось в большой схожести с прежней прогулкой, только вот в этот раз не несло для меня никакого налета мистики. Привыкаю, наверное. И все чаще замечаю, что не отделяю себя от Феба. Думаю я об этом мальчишеском теле как о себе самом и все чаще в мыслях именую себя Франциском. Даже его родню, которую никогда не видел, ощущаю уже как свою. Правда, в этом большая заслуга тети. Ее радушие и любовь ко мне покоряли.

Но главной мыслью моей был вопрос: когда же я наконец всласть высплюсь? Только и делаю я в этом времени, что встаю с рассветом, а ложусь далеко за полночь. Хорошо, организм мне достался хоть и контуженый, но молодой и крепкий. Иначе была бы просто беда.

Вот и сейчас мне бы прямиком в люлю, но весь командный состав моей банды преградил путь: сидел в харчевне и потихонечку наливался вином. Чувствую, только нас с сержантом и ждали, даже пажей разогнали, не говоря уже о стрелках. Мимо никак не пройти.

Сонный хозяин постоялого двора откровенно дремал за стойкой, навалившись виском на кулак и опершись о локоть, но в полной готовности вскочить по первому приказу и выполнить любой каприз высокопоставленных постояльцев. Служанок и его дочек в зале не наблюдалось. Наверное, спать ушли. Время-то — второй час ночи, а им вставать до рассвета.

— Что полуночничаем? — спросил я честную компанию, жестом дав понять, что вставать не надо, одновременно присаживаясь за стол и показывая сержанту, где ему сесть.

— Вино пьем, сир, — ответил за всех шевалье д’Айю. — Не желаете присоединиться?

— Хорошее хоть вино, Генрих?

— Попробуйте, сир, — налил он рубиновую жидкость в кубок и пододвинул его ко мне, не отрывая от стола.

Вино было очень неплохим, даже качественней, чем то, что я сегодня пил за герцогским столом. Чем-то оно напоминало болгарскую «Гамзу», только не ординарную, а выдержанную лет так пять-шесть в подвалах Сухендола. Балует нас мэтр Дюран.

— Может, кто-то меня просветит, какова povestka dnia этого собрания, — нарушил я молчание за столом после дегустации вина.

Вижу, что меня не поняли, и поправился:

— Что обсуждаем на этой тайной вечере?

— Не богохульствуй, Феб, — отозвался дон Саншо. — И вообще нам не нравится, что ты связался с сарацинами. Это противно Богу.

— Значит, с евреями дела иметь можно, а с сарацинами нельзя? — спросил я ехидно. — Противно Богу, видите ли…

— Евреи с нами не воюют, — подхватил мотив сюзерена сьер Вото.

— Зато обдирают как липку, — возразил шевалье д’Айю, повышая голос.

Видать, где-то евреи успели моему шевалье наступить на любимую мозоль, но скорее всего — на любимый кошелек.

— Тихо, — пристукнул я ладонью по столу, — богословский диспут потом разведем. Если силы на него останутся.

Осмотрел своих соратников. Хмурые сидят. Безделье, в которое они окунулись последние дни, действует на них разлагающе. А тут еще Саншо опрометчиво проституток рассчитал.

Дождавшись тишины, я пояснил свою позицию:

— В настоящий момент лично я нахожусь в состоянии войны с руа франков. Доказывает ли это, что общение с франками противно Богу?

— Ну ты сравнил! — возмутился дон Саншо.

— Что поделать, друг, — логика всесильна. На самом деле ситуация такова, что только у сарацин есть единственный корабль, который может взять всех нас разом на борт. Хоть завтра. — И, повернувшись ко всем, продолжил: — К тому же он не зависит от капризов ветра. Вы вообще в курсе, насколько поднялась в городе цена морского фрахта? А у нас, как мне еще недавно доказывал дон Саншо, не хватало денег даже на провоз лошадей до Пиренеев. А теперь я договорился, что нас перевезут бесплатно. И тут опять надо сказать спасибо моему дяде — дюку бретонскому. А заодно и подумать: так ли уж плохи именно эти сарацины конкретно для нас?

— Где мы возьмем гребцов, сир? — спросил шевалье.

— Нас отвезут в Сантандер те же гребцы, что и сейчас сидят на галере.

— Силой с нашей численностью захватить галеру не получится, — буркнул сьер Вото, — даже если нам и не придется брать ее на абордаж по шпироту.

— Наша численность с сегодняшнего дня выросла на двадцать пять валлийских лучников, — заявил я, гордясь собой, — так что при желании экипаж галеры мы в состоянии перебить, но никак не в состоянии довести ее до Сантандера. Где мы возьмем столько гребцов здесь?