на выход.
Н-да.
Чувствую, пока дойду обратно, изрежу себе все ладони узкими ручками. И точно. Уже метров через сто держать пакеты стало невыносимо.
Я поставила ношу на край тротуара и подула на ладони. Больно. Красные глубокие борозды расчертили обе руки. И плечи ноют с непривычки.
Плюнув на все, я присела и завязала горловины пакетов в узел. Примерилась — теперь держать стало удобнее. Хотя бы кожу не режет.
А как это выглядит — плевать.
Кому не нравится, пусть не смотрит, верно же?
В квартиру я поднялась кое-как. От тяжести тупой болью налились спина и поясница. Давно у меня такой физической нагрузки не было.
Разбаловалась. Я разозлилась сама на себя. Доставала покупки и раскладывала их на столе.
И ругалась.
Саму себя корила за недальновидность. За изнеженность. За глупость и доверчивость.
Специально это делала. Чтобы злость появилась. Чтобы появилась энергия дальше жить. Потому что сдаваться на радость Семену я точно не стану. Он забрал у меня все в надежде, что я не смогу без его денег?
Обойдется.
Хотелось пить, но пить воду из-под крана я опасалась. Придется теперь идти в продуктовый.
Еще полчаса времени, и я снова занесла в квартиру пакет.
Две бутылки воды, батон хлеба, молоко, по кусочку колбасы и сыра. Четыре яблока и йогурт. И самое ценное — кофе.
Без кофе я прожить не могла. Кофемашины тут нет, поэтому и растворимый сгодится. Лучше, чем ничего.
Отпив воды прямо из бутылки, я распечатала кусочек мыла и тщательно вымыла руки. Натертая кожа горела.
Ленка еще не звонила, и я была этому даже рада.
У меня есть время, чтобы хоть немного тут убраться. Вдруг она захочет помочь мне с вещами и придет сюда? Я же со стыда сгорю!
Я достала губки, порошки и пошла в ванную.
Зажмурилась на секунду. Приготовилась к самому худшему и толкнула деревянную, чуть поведенную от времени дверь.
И облегченно выдохнула.
Тут было не все так плохо. Нет, грязно, конечно. Но плитка над старой чугунной ванной была целая, а сама ее чаша на удивление белой и без сколов.
Ею что, редко пользовались?
Возможно.
Главное, мне будет не так противно.
Главное, мне будет не так противно.
Пришла пора поднимать себя с колен. И убираться мне придется не только в этой дешевой квартире. Но и в своей душе.
Я нахмурилась и открутила крышку с чистящего средства.
Здравствуй, моя новая жизнь!
Я еще утру всякие противные носы…
Глава 13
Чтобы отмыть только ванную, мне потребовалось часа два.
Несколько раз я выходила на кухню. Едкий запах хлорки разъедал глаза и нос. Я даже открыла окно на кухне и в комнате, чтобы он лучше выветривался. Иначе и отравиться можно.
Я терла щеткой ванну, кафель, раковину. Залила пеной все швы и стыки между стенами и сантехникой. Плевать на то, что промокнет. Высохнет. И будет чисто.
А мне это как раз и нужно.
От горячей воды и активной работы стало жарко. Я разделась до белья и повесила всю одежду на крючки в прихожей. Никакой нормальной вешалки или шкафа тут не было.
Что ж, и на том спасибо.
Отмывая все вокруг, я даже немного успокоилась. Вот уж действительно, труд помогает думать разумно.
Сегодня Семен вновь поступил отвратительно. Как он мог склонить меня к сексу? А главное — как я поддалась?
Да обыкновенно поддалась. Рефлекс, наверное. Как у собачки Павлова.
Муж же, как-никак.
Но его предложение познакомить меня со своей любовницей… Это, конечно, ни в какие рамки не лезет. И я все верно сделала, что ушла. Хорошо хоть предупредил, что она там. А если бы я поднялась за вещами сама? И увидела ее?
Не уверена, что смогла бы сохранить достоинство и спокойствие.
Ванная становилась чище метр за метром, а я все продолжала думать и думать.
Если честно, Семена я не понимала.
Зачем ему потребовалась любовница? Я удовлетворяла все его потребности. Ну, если отбросить эмоции и подумать объективно. Все абсолютно потребности. Просто от скуки что ли? Или поднять собственную самооценку?
Так у него с ней всегда было в порядке.
Семен выглядел шикарно. И женщины часто на него засматривались. Хотя по нему уже видно, что он не мальчик. Вполне себе уже состоявшийся мужчина. Может, поэтому и заглядывались?
Я села на край ванны и вздохнула.
А еще говорят с женщинами трудно. Тут попробуй в мужиках разберись для начала.
Только мне оно сейчас зачем?
Я уже почти состоявшаяся разведенка. Для Семена, с его связями и опытными юристами оформить развод быстро не проблема.
Делить нам нечего, он с легкостью докажет, что у меня ничего своего нет. Оно так и было, если честно. Мы поженили, когда я закончила институт. Откуда у студентки ценное имущество?
Хорошо хоть детей у нас нет. Было бы гораздо тяжелее.
Я всегда хотела ребенка, но Семен отговаривал. Убеждал, что пока не время. Какое ему время было надо? Но, наверное, сейчас даже хорошо, что их нет. Если бы он решил забрать еще и ребенка у меня — я бы не пережила.
Я посмотрела на телефон. Скоро Катя вернется, наверное. Нужно будет идти к ней забирать вещи и перевозить сюда. Снова траты на такси.
Я поморщилась.
Деньги нужно экономить, я очень много потратила сегодня.
Ничего. Я успокоюсь. Приведу мысли в порядок. Жизнь снова войдет в колею. Как-нибудь устаканится.
Меня поражало собственное спокойствие. Физическая усталость давала о себе знать. Впервые за день захотелось есть, завтракали мы рано утром вместе с Катей.
На кухне я первым делом отмыла раковину и чайник. Поставила его на плиту почти с закрытыми глазами. Ее вечером помою.
Пока грелась вода, я тщательно отскребла стол от жирных пятен, тщательно вытерла его. Собрала в пакет старые хозяяйские губки и полотенце. Пользоваться ими я точно не стану.
С обычным мылом помыла новую посуду, которую купила и налила себе кофе.
Какое блаженство.
В открытое окно врывался ветерок, шевелил мне волосы. А я просто сидела с закрытыми глазами и пила горячий кофе с молоком.
Одна.
В тишине.
Только звуки городского двора. Редкие машины, детские голоса с площадки и шелест листьев старого тополя напротив.
В душу медленно вползал покой.
Впереди еще много работы и нервотрепки. Легко мне точно не будет. Но вот такие минутки наедине с собой будут помогать мне восстанавливать силы.
Никто не звонит, ничего не приказывает, не требует, не
