могла отвести взгляд. Стояла, как завороженная.
— Вы идите, — сказала Агате и прежде, чем она успела утащить меня, шагнула навстречу дракону.
— Что ты делаешь? — воскликнула за спиной женщина. — Сумасшедшая, прячься!
Ее голос доносился словно сквозь толщу воды. Я слышала, что она говорит, но не понимала. Лишь продолжала зачарованно смотреть в золотые глаза. И идти им навстречу.
Один шаг, другой. И вот я стою напротив огнедышащего чудовища.
Дракон наклонился ко мне, и я почувствовала обжигающее дыхание на своем лице. Я не боялась его. Внутри сжималось и покалывало от волнения. Но страха не было. Золотые глаза, игольчатая морда, даже ряд острых клыков в ту минуту мне казались поистине прекрасными.
Я подняла руку и коснулась горячей ноздри дракона. Мои пальцы прошлись по блестящей чешуе. И мне показалось, с их кончиков скользнули розоватые искорки.
Дракон, совсем как кот, ткнулся мордой мне в руку.
— Какой ты красивый, — не удержалась я, поглаживая его.
Ящер низко зарычал, но не злобно, а словно от удовольствия. И улегся на траву у моих ног. Теперь я могла погладить его рога, неожиданно бархатные на ощупь.
Краем сознания я понимала, что веду себя, как сумасшедшая. Одно движение, и дракон мог откусить мою руку. Один неверный шаг, и я навсегда останусь калекой. Это если не погибну. Но я не могла остановиться.
Дракон щурился, урчал и вдруг приоткрыл свою зубастую пасть. Чуть приподняв голову, он лизнул мое запястье теплым и шершавым языком.
— Ой, — я рассмеялась.
— Илеана, — послышался за спиной взволнованный голос.
Дракон встрепенулся и сел на задние лапы. А я обернулась.
Реннголд шел к нам. Его лицо сохраняло невозмутимость, но глубокие, как бездна, глаза полыхали огнем.
— Илеана, ты с ума сошла? — прорычал он, едва сдерживаясь.
Даже мое полное имя вспомнил.
Я моргнула. И правда, что я делаю?
Дракон за моей спиной вытянул шею и сунул голову между мной и инквизитором. Словно пытался защитить.
Реннголд поднял глаза на своего любимца.
— Что ты творишь? — и было неясно, обращался он все еще ко мне, или к Адаманту.
Дракон утробно рыкнул.
Инквизитор перевел озадаченный взгляд с ящера на меня и провел рукой по своим волосам.
— Что ты с ним сделала? — спросил он уже спокойнее.
— Ничего, — я пожала плечами. — Он просто такой красивый.
— Ага, и опасный. Леа, ты только что могла остаться без головы, — и он окинул меня таким взглядом, словно проверял, все ли конечности на месте.
Я улыбнулась.
— А вы бы остались без помощницы.
— Я серьезно. Иди в дом.
Дракон снова рыкнул, и Реннголд закатил глаза.
— Да все в порядке, не обижу я ее.
Адамант сощурился, но голову убрал.
— Идем, — инквизитор взял меня за руку, словно боялся, что иначе я не послушаюсь, и потянул в сторону особняка.
Только и оставалось, что покорно пойти за ним.
— Разве у вас не встреча с мэром? — вспомнила я.
— Ага, она самая, — в обычно спокойном голосе Реннголда бурлило негодование.
— Тогда что вы тут делаете?
Должно быть, после драконьего гипноза я медленно соображала.
— Действительно, — мужчина чуть сжал пальцы. — Что я тут делаю?
Ну конечно, Агата его позвала! Испугалась, что дракон меня сожрет, а с ним никто, кроме инквизитора, не справится.
— Простите, — я посмотрела себе под ноги.
— Больше так не делай, — строго проговорил Реннголд.
— Но…
— Без «но». Что за глупое желание рисковать жизнью? Хотела самоубийства — выходила бы замуж за Джоссема.
Я обиженно поджала губу. Ну зачем он так?
Когда мы оказались под крышей дома, Реннголд наконец выпустил мою руку.
— Что теперь? — робко поинтересовалась я.
Инквизитор все еще казался злым. Даже желваки на скулах играли.
— А теперь ты со мной, — процедил он сквозь зубы. — Раз уж ужин с мэром сорвался, то компанию на вечер мне составишь ты.
Внутри задрожало. Если дракона я не боялась, то разъяренный Реннголд вгонял меня в ужас. Что он имел в виду? Он же не намекает, что я должна… Нет, пусть идет к своим любовницам!
Но под его тяжелым взглядом так и не нашла сил возразить.
— Я только переоденусь, — сказала я, надеясь выиграть время.
— Жду внизу через тридцать минут.
Ну хоть не двадцать.
Пока я работала, от Маргарет приходил посыльный и принес несколько готовых платьев. Сейчас они лежали у меня на кровати. Красивые, ладно скроенные, вот только про декольте тетя меня не послушала. Сделала не такие глубокие, как я боялась, но всё равно обнажавшие ключицы.
А когда я примерила первое же платье, поняла, что и грудь оно обхватывало слишком плотно. Нет, смотрелось, конечно, хорошо. Подчеркивало талию и делало меня более женственной. Ткань приятно щекотала кожу. А нежно-голубой цвет шел к моим глазам.
Только вот в общении с инквизитором мне надо было не подчеркивать свой пол, а наоборот. А то еще решит, что я пытаюсь его соблазнить — добром не кончится.
Усевшись на край кровати, я подперла подбородок кулаком. Что делать? Отсылать платья обратно? Маргарет прибежит выяснять, в чем проблема. Просить другую портниху? Так Реннголд решит, что я злоупотребляю его расположением. Ведь пока он не заплатит за работу, мне не на что покупать новые платья. А значит, либо удовольствие будет за его счет, либо придется потом возвращать долги. Нет, всего этого не хотелось. Да и ссориться с Маргарет тоже.
В конце концов, они с дядей единственные знали мой секрет. И если что, только к ним я и могла обратиться.
Где-то в доме пробили часы, и я подскочила. Время идет, а я еще даже волосы не привела в порядок!
Я кинулась в ванную. Распустила пучок, и так потерявший форму, и принялась расчесывать перед зеркалом свои локоны. Я так привыкла к черному цвету, что не представляла себя без краски. Наклонила голову, чтобы убедиться, что корни не слишком светлые. Нет, пока можно не волноваться.
Вот только сооружать прическу не было времени. Поэтому просто подобрала волосы лентой, надела платье и побежала вниз.
Инквизитор сидел в гостиной на диване и изучал какую-то бумагу. Когда я появилась в дверях, он не сразу поднял голову. Но заметив меня, вдруг застыл, и в его взгляде мне почудился интерес. Мужской интерес. И даже
