недели, потом сможем быть вместе. Мне бы только провернуть всё как надо, чтобы обезопасить страну, а после я вернусь к тебе… Ты…
В дверь деликатно постучали:
– Принцесса?!
– Иду! – крикнула в ответ, и действительно поспешила подняться и покинуть дом, пока за мной не пришли сами.
Душу накрыло невероятным облегчением, ведь я знала, что теперь с Виктором всё будет в порядке. Но сейчас надо отбросить лишние эмоции и сконцентрироваться на другом. Впереди меня ждут тяжёлые испытания, хождение над пропастью, игра на выживание, ставка в которой – существование светлых земель и моё. Зато, если я выдержу и смогу победить, обрету долгожданную свободу и любовь. Что ж, по-моему, отличная награда, стоящая игра. Главное, нигде не оступиться и не сглупить, что-то мне подсказывает, кочевники – не тот противник, который даёт фору или прощает ошибки… Ну-с, приступим…
Глава 11
Я уже взялась за дверную ручку, чтобы выйти и явить свой царственный лик ожидающим, но резко передумала и заозиралась в поисках какого-нибудь плаща или чего-то подобного. Вдруг в памяти всплыли слова матушки, сказанные однажды: "Запомни, моя девочка. Не одежда делает принцессу! Зато принцесса способна украсить собой любую одежду. Будь ты в тряпье или ночной рубашке, не важно, твоя осанка, достоинство, величие – вот что должно сражать подданных и заставлять падать пред тобой на колени!" Как напророчила маменька, хоть такого дара у умершей королевы никогда не было, она вообще магией не обладала, как, впрочем, и папенька с братцем, это надо мной Всевышний оторвался по полной…
Как бы то ни было, но боюсь, сейчас мне придётся применить материнский наказ на практике, потому как ничего подходящего, чтобы переодеться, я не нашла. Похоже, Виктор так торопился меня украсть, что не озаботился необходимыми для любой девушки мелочами, как то: одежда, бельё, расчёска, не говоря уже про зубную щётку! Я с осуждением посмотрела на любимого, он в ответ, перевернулся на спину и беспокойно всхрапнул. Бедный, совсем ослаб. По-хорошему, ему бы на кровать, но тащить обессиленное, спящее тело нет времени, в данный момент самое главное – увести моего жениха с друзьями подальше…
Ладно, будем работать с тем, что имеем. В принципе, ночная рубашка не самый худший вариант. В том плане, что она довольно скромна – свободная, длинною до пят плотная белая ткань, с высокой горловиной и рукавами три четверти. Да все мои платья открывают больше тела, чем эта рубашка. Так что делаем уверенный вид, выпрямляем спину, подбородок вверх, побольше достоинства и величия… Всё, пошла.
Только, то ли я была неправильной принцессой, то ли величия не хватило, то ли подданные оказались не те, но моё появление вызвало совсем не ту реакцию, на которую я рассчитывала…
Стоило мне выйти, мужчины, находящиеся у кромки леса и о чём-то увлечённо спорящие, сразу обернулись и… Михей выругался сквозь зубы, Вальдемар простонал: "Ну я же просил…", а Ингис и вовсе округлил глаза, будто впервые меня увидел.
– Всё, я готова! – заявила, решив не обращать внимание на их странное поведение. – Можете везти меня во дворец!
– Вот туда нам сейчас точно не надо! – медленно проговорил Ингис, выразительно смотря на низ моей рубашки.
Я проследила за его взглядом и покраснела до кончиков волос. Стыдно-то как…
– Ой! – пискнула, мгновенно растеряв всё своё скромное величие. – Свет всемогущий…
Похоже, пока я лечила Виктора, не заметила, как испачкалась. И теперь кровь любимого безобразными пятнами украшала юбку моего единственного одеяния. Стоп. Не думать о Викторе! А о чём?
Например, о том, что в таком виде во дворец определённо нельзя. Представляю, если мы так заявимся, какие тогда слухи пойдут про меня и кочевников. Боюсь, свадьба будет быстрой и неумолимой, я даже "Здравствуйте, папенька" сказать не успею.
Что же делать???
– У вас случайно лишнего платья нигде не завалялось? – спросила без особой надежды.
Ответом мне было три одинаково осуждающих взгляда.
– Посмотрю в домике, – вздохнул Вальдемар и сделал шаг навстречу.
– Нет! – вскрикнула, спешно заступив ему дорогу. – Не стоит. Там я уже смотрела… Думаю, неподалёку должен быть какой-нибудь город или село, где мы сможем найти что-либо подходящее.
– Ты собираешься в таком виде идти в город? – нахмурился Михей.
– Не обязательно, – нервно пожала плечами. – Я могу подождать за пределами, пока кто-нибудь из вас сходит за одеждой.
Вожак подозрительно уставился на меня, затем его задумчивый взгляд медленно переместился на домик… Я похолодела от страха. Опасно! Как же опасно… Нужно срочно его отвлечь.
– Может уже пойдём?! – предложила, капризно надувая губы. – Толку здесь стоять! Я хочу есть, в душ и переодеться! И вообще, здесь мошки и комары, а вы знаете, что укусы очень плохо сказываются на состоянии и цвете кожи?! Да-да. Между прочим, так же, как и солнце, а мы тут стоим прямо под палящими лучами уже минут пять. Это недопустимо! Что обо мне подумают подданные?! В следующий раз, когда будете меня спасать, захватите зонтик, одежду и обувь. А то безобразие какое! Никто не думает об удобствах бедной принцессы! Один похищает в чём спала, другие спасают, не озаботившись самыми необходимыми вещами… Эх, мужчины, что же вы такие не предусмотрительные. Всему вас учить надо…
Высказываясь в таком ключе, я решительно потопала в лес, рассчитывая, что кочевники настолько обалдеют от моей тирады, что отвлекутся от некоторых происходящих вокруг странностей и сразу последуют за мной, хотя бы для того, чтобы дослушать это бред. Упуская из внимания и домик, в который я старательно никого не пускаю, и пегаса Виктора – Ворона, что уже спокойно пощипывал травку возле самого крыльца, чем выдавал меня похлеще всего остального, ведь по идее он должен был корчиться в агонии, спеша уйти на тот свет вслед за хозяином.
В этот раз либо расчёт оказался верен, либо мужчины просто не пожелали вникать в некоторые отклонения в поведении коня и принцессы, но кочевники действительно последовали за мной, все трое.
Однако самостоятельно я успела пройти совсем немного.
– Город в другой стороне, – сухо подсказал Вальдемар, хватая меня за локоть и направляя левее, туда, где дорогу сквозь чащу уже прокладывал Михей, отодвигая траву и аккуратно отклоняя ветки деревьев. За ним, настороженно смотря по сторонам и будто прислушиваясь, двигался Ингис, следом пропустили меня, а блондин замыкал процессию.
Более-менее успокоиться и поверить в то, что любимый окончательно спасён, я смогла лишь минут через двадцать сосредоточенной ходьбы. Правда, когда адреналин схлынул, вернулись ощущения и первым из них стала боль в ногах.
