— Это всех касается! — добавила Мерлинда. —
Сейчас будем обедать.
А Полина еще спит? — спросила Лиза. Мерлинда прислушалась и кивнула.
Тогда я помогу накрыть на стол.
68
Она стала доставать из посудного шкафа тарелки и чашки.
— А как же магия? — разочарованно протянул
Данован, останавливаясь в дверном проеме.
Конрад, шедший сзади, легонько подтолкнул его вперед.
— Дан, давай-ка шевелись, — сказал он, бро
сая быстрый взгляд на Мерлинду. — Помнится,
ты спрашивал, какое истощение бывает у магов?
Сейчас я тебе объясню.
«Кажется, они быстро нашли общий язык», — подумала Мерлинда, прислушиваясь к голосу Конрада, доносящемуся из глубины дома. Когда мужчины вернулись на кухню, она ревниво спросила:
Чем вы там занимались, кроме дров? Дети такие радостные…
Да так, — неопределенно ответил Конрад, — играли в одну игру.
Мы с Лизой звали Аксения, но он не пришел, — добавил Данован.
Он спустится к обеду?
Навряд ли, — покачала головой Мерлин-да. — Я отнесу ему поднос с едой и буду счастлива, если он съест хоть кусочек, — пояснила она для Конрада.
Я попробую что-нибудь для него сделать, если вы не против, — сказал Конрад. — Но не сейчас. Сначала мне надо поговорить с Радоми-ром. Он проводил ментоскопирование Аксения. Нужно выяснить, чем его можно зацепить.
— Я и сама хотела попросить об этом.
Данован тут же оживился:
— Что такое ментоскопирование?
Мерлинда и Конрад незаметно переглянулись.
— Я потом тебе расскажу, — пообещал Конрад. — А теперь держи это блюдо и неси его на стол. Кто-то очень хотел есть.
Когда Данован вышел, Конрад шепотом спросил у Мерлинды:
Сказать ему?
Рано или поздно он узнает, — отозвалась она, — хотя лучше, если это будет поздно. Сейчас все они очень ранимы. Я даже представить себе не могу, как Данован отреагирует на то, что вы знаете о нем все.
— Наверное, вы правы.
Конрад подхватил миску с салатом, собираясь отнести ее в столовую.
Подождите! — окликнула его Мерлинда. — Послушайте, я знаю, что мы еще мало знакомы, и все же давайте перейдем на «ты».
Великолепная идея! — улыбнулся Конрад. — Я рад, что вы… прости, что ты это предложила.
Она улыбнулась ему в ответ, довольная, что ей удалось сделать этот нелегкий для нее шаг.
Обед прошел весело и мирно. Конрад помогал кормить Бажена, а Донат сидел на коленях у Мерлинды. Потом они отнесли полусонных близнецов в спальню. Ник не капризничал и не баловался, но после обеда, с опаской косясь на Конрада, упрямо заявил, что не пойдет спать.
— Я уже большой! — сказал он.
Мерлинда тяжело вздохнула. Это повторялось изо дня в день. Она давно бы смирилась и с этим капризом Ника, да только к вечеру он становился совершенно неуправляемым от усталости. Наученная горьким опытом, она даже прибегала к магии, чтобы заставить его отдохнуть днем.
— Конрад, попробуй его уговорить, — попросила Мерлинда. — Поверь, ему это необходимо.
Но Конрад поступил по-своему.
— Хорошо, Ник. Ты уже большой, я согласен, — сказал он. — Иди помогай сестре.
Лиза, которая убирала со стола, насмешливо фыркнула.
Что, мыть посуду? — насторожился Ник. Конрад кивнул.
Но я не хочу!
Вариантов всего два, — жестко отрезал Конрад, — либо ты идешь спать, либо — помогать сестре.
А если я пойду играть? — рискнул предположить Ник.
А если ты будешь дерзить, то дальнейшее развитие событий тебе не понравится.
Хрю-хрю! — шепнула ему Лиза на ухо.
Поерзав под пристальным взглядом Конрада, Ник решил, что лучше подчиниться, и вместе с Лизой ушел на кухню.
Мерлинда, которая не поняла ни слова, набросилась на Конрада:
Куда он пошел? Ник ребенок, он должен отдыхать! Он должен меня слушаться!
Он пойдет спать, только чуть позже. И по собственной воле, — невозмутимо произнес Конрад. — Вот увидишь.
Но Мерлинда ему не поверила:
Ты его совсем не знаешь. Ник — сплошное противоречие.
Именно поэтому, — сказал Конрад. — Пошли, сама убедишься.
День был знойным, к тому же Ник объелся пирожков. Он действительно чувствовал себя уставшим, но не сдавался из-за упрямства. Он вяло протирал мокрые тарелки и при этом сильно халтурил.
О, ты отлично справляешься! — бодрым голосом заметил Конрад, подмигнув Мерлинде. — Лиза, тебе не кажется, что надо поручить Нику всегда этим заниматься?
Ну уж нет! — не выдержал Ник. — Я еще маленький! И вообще, я спать хочу!
С этими словами он бросил на стол полотенце и убежал.
— А что я говорил? — усмехнулся Конрад.
Он попросил Лизу проверить, добрался ли Ник до кровати, и сам домыл оставшуюся посуду.
Пойди и ты отдохни, — предложил он Мер-линде.
Да ты что! — отмахнулась она. — Пора кормить малышку, а потом…
В это время раздался звон дверного колокольчика.
— Кажется, к тебе гости, — сказал Конрад. —
Не беспокойся, я займусь Полиной.
Малышка уже проснулась, но не плакала. Она увлеченно играла с маленькой каруселью, висящей над ее кроватью. Достать до игрушек рукой у нее пока не получалось, и она пыталась зацепить их ногой. Увидев Конрада, Полина обрадовалась. Так, во всяком случае, ему показалось.
С момента своего появления в доме Мерлинды Полина успела обзавестись внушительным приданым. Теперь она лежала в удобной колыбельке с белыми кружевными занавесками. На специальном столике стопками лежали распашонки и ползунки, стояли бутылочки с сосками и другие непонятные предметы.
Конрад пожалел, что не догадался прихватить с собой какую-нибудь игрушку. Он взял девочку на руки и тут же забыл обо всем на свете.
Он и не подозревал, что такое возможно. Своих детей у Конрада еще не было, и нянчить малышей ему не приходилось. Знания пришли сами собой, когда он первый раз подхватил Полину на руки на лужайке перед домом Мерлинды. Конрад не удивлялся, что он умеет правильно держать ребенка, переодевать, кормить. Он принял этот дар с благодарностью. «Я никому не дам тебя в обиду, крошка, — подумал он, переодевая Полину, — какие «программы» ни были бы заложены в твоей головке. Я беру тебя в дочки и не позволю никому другому стать твоим отцом».
Мерлинда заглянула в комнату и сообщила, что это Странствующие пришли наниматься на работу.
Мы уже обо всем договорились. Мне нужно показать им дом и хозяйство. Ты посидишь с малышкой?
С удовольствием, — ответил Конрад. — Я же сказал, не беспокойся. У нас все в порядке.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
