духи, были настолько сладки, что я терял сознание, когда вдыхал их аромат. Этот запах мне запомнился на всю жизнь. Я тогда постеснялся с ней познакомиться, но почти каждый день старался зайти в их милое небольшое заведение, чтобы еще раз заказать чашечку кофе и хотя бы увидеть ее. Она всегда была приветливой и вежливой, улыбалась всем клиентам без исключения. Возможно, она поняла, что заходил я совсем не для того, чтобы выпить кофе, но я очень долго не решался позвать ее на свидание. И вот, набравшись смелости, решил с ней договориться о встрече. Пришел я в тот знаменательный день в парадной форме, надушился дорогим парфюмом, подстригся. Все сделал, чтобы произвести на нее впечатление. И знаешь, что произошло тогда? – выпивая рюмку виски, которую принес официант, спросил у Дэвида Роберт.
– Дай угадаю, она тебе отказала?
– Нет! Я опять, как и всегда, сел на то же место, где обычно пил горячий кофе. Мэган подошла ко мне, и я уже хотел пригласить ее на свидание, как вдруг она сделала это первой! О боже, я словно проглотил язык, ничего не мог толком сказать, а только смотрел на нее с открытым ртом, а она улыбалась мне в ответ. «Да, да, конечно, сходим в парк», – ответил я тогда, думая про себя: «Какой парк? Что за чушь ты лепишь?» Ее смех, ласковый смех пробудил в моей душе бабочек. Встретились мы вечером, как только она закончила работу. Точнее, я сидел до самого закрытия и наблюдал за каждым ее движением. Это был самый прекрасный день в моей жизни, а я просто проводил ее до дома, но шли мы не спеша, разговаривая о всяком.
Скоро мы влюбились друг в друга. Эти ночные прогулки под яркой луной на берегу пляжа я никогда не забуду. У нас уже были планы на совместную жизнь. Я хотел уйти из армии, чтобы всегда быть с ней, но счастливую жизнь с Мэган прервал один урод. – После этих слов Роберт выпил еще две рюмки виски. – Мы договорились встретиться после ее работы, я всегда провожал Мэган до дома, но как оказалось, в один вроде бы обычный день она не пришла в кафе. Тогда я сразу пошел к ней домой, пытаясь понять, почему она не появилась. Никогда не забуду увиденное. Дверь была слегка приоткрыта, я зашел в дом, там было тихо. Прошел в гостиную и чуть не лишился рассудка – Мэган была связана, из ее рта торчала тряпка. Весь ковер, диван, пол были залиты кровью. Перед смертью Мэган не закрыла глаза, и они все были в слезах, которые не успели высохнуть. Я никогда не забуду этот стеклянный, просящий пощады взгляд. Целый час я выл от горя. Мое тело словно пронзили тысячами кинжалов, каждая клетка в организме страдала от боли. На мои крики прибежали соседи, которые попытались меня привести в чувство, но все было напрасно. Я тогда ничего не понимал и не осознавал, не хотел верить, что ее убили, что моей Мэган больше нет. Окружающие вызвали полицию и скорую. Как выяснилось позже, ее убил коллега, повар Генри, он был тайно влюблен в нее, но любовь была безумной. С первой их встречи он хотел ею овладеть. Генри, этот урод, не мог смириться с тем, что Мэги была со мной, а не с ним. Как выяснилось во время следствия, рано утром он зашел за ней, якобы пойти вместе на работу, но вместо этого оглушил ее, ударив тупым предметом по голове, чтобы Мэган потеряла сознание, после связал и засунул кляп в рот. Дождался, пока она придет в себя, и огромным разделочным ножом наносил удар за ударом. Как он сказал в зале суда, это его очень забавляло, потому что в те минуты он чувствовал справедливость. Даже когда она умерла, он не остановился. После того как он устал, Генри спокойно отправился в кафе, как будто ничего не произошло. Ублюдка давно казнили, но я до сих пор не нашел отмщения и спокойствия для себя. – Роберт решил не мелочиться и взялся за целую бутылку виски. Когда допил ее залпом, заказал еще одну. – С тех пор я решил глушить боль, служа в армии, оградив себя от нормальной жизни. Выбирал только смертельно опасные задания, всегда был добровольцем в таких мероприятиях. Хотел как можно скорее увидеться с Мэган на том свете, но, как видишь, я до сих пор жив, сижу с тобой и говорю о своем прошлом.
Дэвид смотрел на него в этот момент и не знал, что сказать. Только подумал: «Хорошо, что я один».
– Роберт, мне жаль, очень жаль, что тебе пришлось пережить это. Далеко не каждый может найти своего человека в этом мире. Я соболезную.
– Забей, ничего не говори. Это было давно. Сейчас я заканчиваю свою жизнь настоящим козлом, но так и не могу забыть ее. Мэган – самый настоящий лучик света в моей прогнившей душе. Официант! Где наша очередная бутылка! – кричал пьяным голосом Роберт. – Дэвид, извини, но я не договорил.
– Насчет чего? – настороженно спросил Дэвид.
– Насчет девушки в лесу. Пока получал документы, я краем уха услышал, что эти твари испытывали какое-то новое химическое вещество, нейролептик, стимулирующий нервную систему. Эти люди не могли позволить, чтобы оно попало на черный рынок. Скорее всего, девушка была под сильной дозой этого вещества, поэтому не могла оценить обстановку и контролировать себя. Чтобы скрыть все следы химиката, они подожгли нахер все вокруг, всех свидетелей, которые могут обладать нужной информацией. Не знаю точно, но похожие разработки ведутся и в России. Но им не хватает одного радикала до усовершенствования формулы нейролептика. Только никому ни слова про это не говори! Я сам случайно услышал.
– Тише, тише, Роберт, я тебя понял, – прикрывая рот своему собеседнику, проговорил Дэвид. – Только мне не ясны несколько деталей. Как обычные головорезы узнали про него? Как к ним в плен попали люди, на руках которых было это вещество? И как та девушка умудрилась сбежать во время перестрелки? Тебе не кажется странным еще тот факт, что они начали его обсуждать при твоем неявном, но присутствии? В этой истории слишком много тайн. Откровенно говоря, нас, по сути, отпустили под честное слово. На их месте я бы всех убил, раз эта информация так важна. Мы даже не знаем, кто эти люди. Не было знаков отличия, номера аэродрома, только звания на плечах и полностью черная форма.
– Дэвид, а ты не
