Собственные шаги в полной тишине казались чересчур гулкими, как и стук сердца. Поворот за поворотом, развилка за развилкой… Кое-где в глаза бросались обвалившиеся части тоннелей. Потому эти места и забыли, так и не восстановив.
Наконец показалась лестница наверх. Стараясь ступать как можно тише, Люцифер поднялся по белым ступеням. Он очутился перед плотным полотном: вход в здание Совета прикрыли картиной высотой в человеческий рост. Пришлось замереть и прислушаться. Вроде бы никого. И все же ладонь легла на рукоять меча, когда Люцифер сдвинул в сторону золоченную раму.
Он вышел в просторный коридор. Здание Совета показалось неживым. Гулкая акустика, величественные барельефы и ни души вокруг. Разве что осуждающие взгляды ангелов с фресок на потолке.
Не теряя времени, Люцифер поспешил к лестнице, ведущей на самый верх, в аккуратную круглую башню. Он остановился на середине, услышав голоса охраны. В ладонь лег небольшой пузырек из кармана брюк. В нем перелилась, сияя, искристо-голубая жидкость. Эликсир от князя нечистых снов, чтобы погрузить в сон любого, кто вдохнет.
Люцифер решительно двинулся наверх. Двое ангелов-охранников обернулись синхронно, как близнецы. Они одновременно рванули клинки из ножен, но он оказался быстрее.
Стеклянный пузырек ударился о белый пол. Мелкие осколки брызнули во все стороны, а в воздухе вместе с легкой дымкой повис дурманный приторный аромат.
Люцифер задержал дыхание. Ангелы же успели вдохнуть. Всего пару раз, но этого хватило, чтобы закашляться и сползти на пол с полным умиротворением на лицах. Легкая дымка сразу рассеялась.
Люцифер бросился вперед, к массивной двери, защищенной символами на замке и по всем косякам. И снова вещица из Ада — тончайший замысловатый знак, черный и хрупкий. Он сломался в руке с едва слышным хрустом. Люцифер бросил его под дверь, тут же отскакивая назад.
Черные символы полыхнули алым, и над полом взметнулось высокое пламя. Оно даже не оставило копоти на стенах и двери. Красные языки вгрызлись в замок и в знаки вокруг двери. Они загорелись красным, оплавляясь, сгорая, исчезая… Наконец пламя погасло, и Люцифер ринулся вперед. Ангельская защита сломана. Теперь осталась только одна преграда — дверь, на которую он со всей яростью налетел плечом.
Треск. Грохот. Тяжелый дверь упала на пол, вздымая легкое облачко пыли.
Слишком просто.
Остановившись на пороге, Люцифер окинул комнату лихорадочным взглядом. Скупой набор мебели, решетка на окне. И никого.
— Думаешь, мы не ждали, что ты придешь? — раздался за спиной низкий, немного грубый голос.
Люцифер рывком развернулся, выдергивая из ножен меч. Уже привычная реакция на Михаила — того, кто был главным противником в Райской войне. Он замер напротив, скрестив руки на груди. Белоснежная одежда только ярче подчеркнула ровный загар от постоянного солнечного света, каштановые волосы и темно-карие глаза. Взгляд скользнул по Люциферу немного устало.
Михаил жестом показал подождать остальным ангелам, стоящим за его спиной. Они послушно замерли. Правда, так и не опустили мечи, направленные на Люцифера все, как один.
Глава 17
Люцифер уверенно шагнул вперед. В глазах — ни капли страха, будто еще может раскидать всех одной левой. Поднятый клинок сверкнул в солнечном свете, льющемся в зарешеченное окно.
— Где она? — холодно спросил Люцифер.
— Неужели тебе есть дело до кого-то кроме себя? — одновременно с замешательством и легкой горечью спросил Михаил. — Или просто хочешь вернуть силу?
Он прищурился, словно в попытке разглядеть истинные мотивы. А рука привычным жестом легла на рукоять меча.
— Тебя это не касается, — надменно бросил Люцифер. — Где Элиза?
— Элиза? — Михаил немного удивился.
Ее земное имя вылетело само собой, но прозвучало слишком лично.
— Я задал вопрос, — отчеканил Люцифер.
Михаил шагнул вперед. Казалось, еще немного — и карие глаза начнут метать молнии.
— Послушай, ты не в том положении, чтобы нарываться. Твои силы на нуле, а тело — почти, как у смертного. Мы дадим тебе убедиться, что с ней все в порядке, но сначала ты меня выслушаешь. Открылись… новые обстоятельства. Буквально только что, — он сказал это кисло, явно сожалея, что нельзя просто избавиться от Люцифера прямо сейчас.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Тот неохотно кивнул. Они вдвоем направились вниз, а остальные ангелы уважительно отступили в сторону.
Какое-то время Михаил просто вел в молчании по коридору здания Совета. Здесь стены были расписаны фресками со сражениями Райской войны. Приукрашенными, без тех рек крови, что проливались на самом деле, зато с храбростью на лицах ангелов.
— Мы не вмешивались, пока думали, что ты просто потерял силу, — начал Михаил.
— Называй вещи своими именами, — хмыкнул Люцифер. — Вам выгодно, если в Аду не будет твердой руки. Если там воцарится хаос, будет легче все захватить.
Они оба спрятали оружие, но в воздухе так и звенело напряжение.
— Думаешь, нам нужна война? — напряженно произнес Михаил.
Он посмотрел немного искоса, оценивая реакцию.
— Знаю, — Люцифер коротко усмехнулся.
Михаил понял, что Руту раскрыли. Сразу. Лицо бравого воина стало на тон бледнее. Михаил повернулся к Люциферу. Шаг вперед. Сжатые до побелевших костяшек кулаки.
— Что ты с ней сделал? — выдавил Михаил.
Люциферу захотелось рассмеяться в лицо. Вместо этого лишь прозвучали холодные и жесткие слова — каждое, как точный удар:
— Не делай вид, что тебе есть дело до этой девочки. Ты сам знал, под какой удар ее подставляешь. Хотя, о чем это я? Ты любого ангела отправил бы на верную смерть ради своих целей. Плевать, кого. Даже любимую воспитанницу или родную дочь, а тут просто какая-то девчонка… Подумаешь, закуют в адскую сталь и будут пытать. Или еще что похуже.
Михаил озверело бросился вперед. Он замахнулся, собираясь ударить, но Люцифер перехватил руку. Попытался привычно вывернуть в болезненном захвате — и из головы абсолютно вылетело, что больше не равный противник архангелу. Михаил схватил за горло, прижимая к стене.
— Убить бы тебя на месте! — прорычал он с бессильной яростью.
Лицо Люцифера осталось невозмутимым, как у хозяина положения.
— Но что-то мешает? Да, Михаил? — взгляд стал колючим, проницательным. — Я нужен вам живым.
Михаил коротко шумно выдохнул. Пальцы разжались, и он отступил на шаг.
— Мы засекли мощный всплеск адской энергии. Твоя сила — на Земле. В руках кого-то другого. Вряд ли он овладел ей в полной мере, иначе бы мы уже о нем услышали, но это может случиться в любую минуту. Новый дьявол нам не нужен. От него непонятно, чего ожидать.
— Он пожалеет, что встал у меня на пути, — собранно кивнул Люцифер.
Он поправил воротник рубашки, а в глазах проскочил адский огонек. Полезли жестоко-сладкие мысли, что можно сделать с виновником. Заметив легкую зловещую улыбку, Михаил угрюмо сказал:
— Найди сначала. Это наше условие.
— А вот мое условие: Элизу я заберу с собой, — парировал Люцифер. — Судя по предсказанию, она — слишком важная шестеренка во всем этом.
Взгляды скрестились, как клинки. Одинаково твердые и упрямые. После нескольких секунд безмолвного поединка Михаил кивнул.
— Но будешь тянуть с поисками — пожалеешь. Мы занялись бы этим сами, но у демонов — больше шансов понять, как искать адскую энергию.
— Понять бы сначала, как ее забрали, — пожал плечами Люцифер.
Они пошли дальше по коридору. Михаил ненадолго задумался, а потом спросил:
— А где твой первый сигил? Тот, который Бог подарил тебе, когда наделял силой?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Валяется где-то в пустыне под толщами песка. Мне не нужна эта безделушка, — фыркнул Люцифер.
Он вспомнил золотой кулон, который сорвал с шеи сразу после падения. На земле, среди бескрайних песков.
— Ты выбросил подарок Бога?! — Михаил задохнулся от возмущения.
Он стиснул кулаки. Явно с трудом сдержал желание снова наброситься.
