насекомых и хищников. И тот же волк, прицепившийся к ней, с легкостью загрызет ее.
Днем она бы одним движением отбилась от зверя, вспоров тому шею, но сейчас она почти слепа и движется на голых инстинктах, на рефлексах и отточенных навыках. И спускаться просто ради пушного воротничка и, чтоб доказать себе, что не трусит, не будет.
Огням деревни она радовалась как никогда. Вытерла пот со лба и глянула на волка, сидящего под деревом. На открытой местности они будут одинаково быстры.
Ингвильд поудобнее уселась на ветке, свесив ноги вниз, и сняла изодранные перчатки — они знатно истрепались за эти полчаса о кору и ветки.
Волк внизу нетерпеливо крутился, пару раз прыгнул, пытаясь ухватить ее за ботинок, но получил лишь ногой по морде. Ингвильд торжествующе скалилась. Хищник здесь она, а не этот пес.
На окраине леса деревья сильно редели и видимость была куда лучше — Ингвильд не слезла с дерева и не надрала пушной зад волку сразу только потому, что хотела немного передохнуть после пробежки. Но волк полагал, что жертва утомилась и сдалась.
Только вот теперь жертвой был он, а охотником — она. И Ингвильд, очаровательно улыбаясь опасной улыбкой, которую отец называл самой красивой, размышляла о том, как убьет волка.
Выбрать оказалось непросто, все же столько способов есть!
Она остановилась на отравленных дротиках — метнула в псину один, и лениво ждала, пока та перестанет скулить и крутиться на месте, пытаясь выдрать инородный предмет из бочины.
Ингвильд закинула тушу волка в пространственное хранилище и неспешно отправилась домой.
Домой. Какое чужеродное слово.
У Чистильщиков не бывает дома.
Но это, наверно, и хорошо. Потому что терять дом во второй раз ей не хотелось.
Ее письма на двери не было — значит прочитали и забрали. Ингвильд вошла внутрь, глубоко вдыхая насыщенный смолистый запах древесины. В доме оказалось теплее, чем на улице, наверно из-за того, что там не гулял ветер.
Девушка обошла весь первый этаж и свою комнату несколько раз. Еду не принесли.
И уставшей, голодной и злой Ингвильд это казалось вызовом, плевком в лицо.
Как жаль, что она дала магическую клятву не убивать намеренно драконов, оклеветав их зараженными. Придушить Варлана, будь он хоть сто раз здоров, чесались руки.
Ингвильд попила водицы, доела рагу и вышла из дома, направившись к жилищу вождя.
— Там кто-то стучит. — недовольно проворчала Ракиша, уворачиваясь от поцелуя мужа.
— Пусть стучат. — отмахнулся Варлан, сгребая драконицу в охапку, — Уже ночь на дворе, даже дети спят. Постучат и уйдут.
— Варлан! — протянула Ракиша, прикрыв его губы ладонью, и выразительно посмотрела мужу в глаза. Варлан не проникся, поцеловал заткнувшую его ладошку и…
В окно влетела отрубленная голова волка, оставляя кровавые следы на полу.
Варлан растерял всякий пыл от неожиданности, а Ракиша и вовсе похолодела.
— Я вам не мешаю? — поинтересовалась Ингвильд, взобравшись на подоконник, посмотрела на вождя в одних портках и Ракишу в тонкой ночнушке и улыбнулась, — Конечно мешаю. — кивнула она понимающе, — Просто подумала, что как дракон драконам должна протянуть вам руку помощи, раз уж на Саркте бедствуют. — и бросила взгляд на голову волка.
— Мы не бедствуем. И помощь нам ваша не нужна, делайте свою работу, этого более чем достаточно. — отчеканил вождь, едва ли соблюдая границу приличия. Впрочем, Чистильщик нарушил ее раньше, вломившись в чужой дом посреди ночи.
Ингвильд ехидно ухмыльнулась. Как будто вождь намеренно не озаботился о том, чтоб у нее не было возможности работать.
— Как же не бедствуете? — натурально удивилась девушка, — Разве в деревне не голод? — с самым наивным лицом, какое только могла изобразить, непонимающе хлопнула глазами, — Потому что иной причины, по которой я же второй день ищу себе пропитание самостоятельно, я не вижу.
— Это просто недоразумение. — процедил вождь, — Мои подчиненные не успели утрясти некоторые… детали.
— Эти детали могут обойтись вам очень дорого, вождь. — сочувствующе проговорила Ингвильд, вытирая окровавленную руку об оконную раму. Запачкалась, пока волку голову отрезала, — Например я могу очень расстроиться и подать жалобу. И кому же из нас поверят? Маленькому тощему Чистильщику на грани голодного обморока, работающему в поте лица, выполняющему по сорок заявок в год, или… вам?
— Прекратите меня шантажировать из-за одного незначительного недоразумения. Я вождь и верой и правдой уже несколько столетий служу нашей империи. У правительства нет причин жертвовать таким подчинённым, как я, ради Чистильщика.
— Утешайтесь этой мыслью сколько вам угодно, только там, на верхушке, знают, что вы дракон и в любой день можете сгинуть от Арамар. — ухмыльнулась Ингвильд, глядя на негодующее лицо Варлана, — Вас, вождей, тысячи. А нас, высокоранговых Чистильщиков, двадцать. И пусть мы оба драконы, не думайте, что там, для верхушки мы равны только из-за того, что я молода, а вы давно трудитесь на своем поприще.
— Ты клейменая позорница, а я гордый дракон, вот в чем наше различие. — выплюнул Варлан, не в силах больше сносить изощрённые оскорбления от какой-то зелёной писклявки. Ей и трехста нет, а смеет так с ним говорить. И пусть, что Чистильщик, стыд тоже знать нужно!
— Да. Вы очень горды вождь. — улыбнулась одними глазами Ингвильд, — Вам бы смирение вашей жены, и может, я бы не сидела здесь сейчас, выпрашивая кусок хлеба, а мирно спала в своей кровати.
— Я потороплю своих подчиненных. Вам предоставят все необходимое завтра до вечера. — скрипнул Варлан.
И где только Нэйвира целый день носит?
Вождь хотел назначить его ответственным за кормежку Чистильщика. Старшему сыну, как будущему вождю, следует научиться держаться рядом с драконьими убийцами. Варлану вот и по сей день это давалось непросто.
Не исчезни Нэйвир не пойми куда, эта девка б не ходила и не скулила, как голодна.
Ингвильд, поняв, что главная цель достигнута, собралась уходить. Но гневный, прожигающий взгляд Варлана оставить безнаказанным не могла. Не ее вина, что он не организовал ей пропитание и список жителей.
— И Ракиша, я бы на вашем месте не целовала мужа. Его на Арамар я ещё не проверила. — добавила Ингвильд напоследок, спрыгивая на улицу. И едва ли скрыла коварную улыбку.
Варлан гневно захлопнул ставни, запирая на железную задвижку, и вернулся к жене. Ракиша подтянула покрывало к груди, с сомнением взглянула на супруга и сказала:
— Знаешь, пока тебя не проверят, нам лучше спать в разных спальнях. — Варлан потерял дар речи на мгновенье. Вот так, да?
Но жена за его сменой эмоций не следила, накинула на плечи покрывало и направилась к двери.
— Ты что, поверишь этой сопле? Ракиша, ну
