– Алло, мам, ты?.. Привет. Ты как там?.. Все хорошо?.. Ага… отдыхаешь? Процедуры… понятно… ясно… Мам, ты вот что, ты… Хватит уже там новых знакомых охмурять, очень нужна твоя помощь. Да, просто позарез… Ну ты же знаешь, я по пустякам не беспокою, я даже ничего про Анфиску не говорю, хотя… Да нормально она… Нет… A я говорю, нет! Не похудела! Мам, короче, тут такое дело…
Пока Каратов разговаривал с матерью по телефону, к нему уже два раза заскакивала Милочка, а на третий раз и вовсе села за стол и стала терпеливо ждать окончания разговора.
– Ну? – наконец отключил трубку Каратов и весело взглянул на бывшую подругу. – И чего мы не работаем?
Милочка мгновенно уловила добрые нотки в голосе возлюбленного и тут же надула губки.
– A я, между прочим, может быть, и вовсе хочу уволиться! – с вызовом заявила она, закинула ногу на ногу и демонстративно отвернулась к окну.
– Ах ты, боже ж мой… – пощелкал языком Каратов. – И куда ж мы направим свои драгоценные стопы?
– Не ваше дело! – снова буркнула Милочка.
Каратов тяжко вздохнул и выдал совсем уж ненужное:
– Ну что ж… A где заявление-то? Где подписать?
Милочка интенсивно заморгала накрашенными ресницами и возмущенно уставилась на Глеба.
– Какое? Я ж только предупредить пришла! Посоветоваться!
– Так я тебе и…
Но Милочка лукавила. Никакого совета от Каратова она слушать не собиралась, она ему просто не дала рот раскрыть.
– Да! И вообще! Вчера на юбилее! Как ты мог?! После всего, что у нас было, ты бессовестно! Бесстыже! Нагло! Начал ухлестывать за этой вертихвосткой! A я, между прочим, рядом сидела! Только с другой стороны от тебя! A ты и не заметил даже! Меня, между прочим, даже на танец приглашали! Два раза! A ты! И это после всего, что у нас с тобой было!
– После всего, что у нас с тобой было… а еще после того, что было у вас не со мной… я настоятельно советую вам уволиться.
Милочка поперхнулась. У Глеба опять звучал металл в голосе.
– Но… Глеб… Антонович…
– Я понаблюдал за вашей работой, – бесстрастно продолжал Каратов. – Она меня не устраивает. Вы постоянно грубите больным…
– Но я ж и раньше…
– Это не делает вам чести! – рявкнул Каратов. – И мне тоже… На рабочем месте вас никогда нет! Коллеги на вас жалуются. За что я должен вас оставить? За какие такие выдающиеся заслуги?.. Только сразу предупреждаю, я имею в виду рабочие качества.
Милочка только сопела.
– И вы мне обещали! – продолжал наседать Каратов. – Вы еще девушка молодая, я думаю, сумеете устроиться. Тем более с вашими данными… Теперь я рабочие качества в виду не имею…
Милочка уже триста раз пожалела, что заявилась к Глебу в кабинет. Надо было дождаться его хорошего настроения, а она… Но ведь у него и было отличное настроение, она сама видела!
– Хорошо, – обиженно поднялась она. – Я подумаю.
– Идите, Милочка, – улыбнулся ей вслед Каратов. – И ни о чем не думайте, я за вас это сделал. И не печальтесь, ваше заявление я могу принять даже со всеми вашими ошибками.
Милочка даже плакать не стала – сегодня в этом не было никакого смысла!
Глава 3
Лера уже два раза пыталась выйти на работу, но всякий раз на пороге оказывалась Анфиса.
– Вас папа не разрешал выпускать, – хитро улыбалась она. – A то вы опять убежите на работу, а у вас больничный. Это мне папа сказал.
– Анфисочка, детка, мне очень надо… – не могла удержаться от улыбки Лера. – Без меня они совсем не умеют работать.
– A вы начальница? – спрашивала девчонка.
– Ну… в некотором роде, да…
– Тогда сидите дома. У нас папа в любой момент может оставить свою работу, если ему очень надо.
– A у нас мама не может, – тут же поддел Вадька. – Она сама за всех работает.
Вот ведь сынок! Так мать подставить!
– Почему это сама? – возмутилась Лера. – Вадик, ну ты же знаешь! Я… я вовсе не одна работаю.
– Тогда иди и отдыхай, – поддел ее Вадька. – Тебе выспаться нужно. И вот еще лекарства выпить… Анфиса! Таблетки неси!
Лера крякнула и покорно улеглась в кровать.
И все же пролежать в кровати получилось недолго. В прихожей затрещал звонок, и сразу же в спальню влетела разъяренная Ольга – подруженька неизвестно с каких времен.
– Ну? – уперла она руки в бока. – И что у нас тут творится? Я еще вчера хотела к тебе прибежать, да занята была. Это чего это ты выдумала нового директора брать? Эдак он нам всю работу развалит! Ты подумала?
– Здравствуй, Оленька, я тоже рада тебя видеть, – постаралась улыбнуться Лера. – Вчера так прихватило, себя не помнила, а у нас…
– Ты мне зубы не заговаривай! – перебила ее заботливая подруга. – Ты мне скажи – кто это меня решил увольнять? Что это еще за новости? Я что, дорогу тебе перешла? Если ты этого Кукушкина ко мне ревнуешь, так у нас с ним почти ничего и не было! И сейчас он только по старой памяти заходит, и все! A ты…
Лера смотрела на эту раскрашенную девицу и никак не могла понять, что же их объединяет?
– Оль, я вот смотрю… A почему мы с тобой считаемся подругами? – вдруг спросила она. – Кроме мужиков, тебя ничего не интересует, да ты и про них-то мне рассказываешь только потому, что я такой богатой коллекцией кавалеров похвастаться не могу. Рабочих отношений у нас и вовсе никаких. Ну какая ты работница? У нас только числишься, на работе и двух дней не была. Зато у тебя идет рабочий стаж, я за тебя налоги плачу, пенсию твою обеспечиваю… Но тебе и этого мало, ты же требуешь зарплату! Оля, у тебя совесть есть?
Этот вопрос отчего-то вывел подругу из себя.
– Ах вот ты как, да? О совести заговорила! – носилась Ольга по спальне. – A вот сейчас ты меня уволишь, а у меня ни опыта работы, ни образования никакого… ни умения, ни фига! На улицу вот так возьмешь и выкинешь, да? И твоя совесть будет нормально себя чувствовать, да? Нормально?!
– Оля, а почему при этом должна страдать моя совесть? Ты еще довольно молодая женщина, запросто можешь осилить какие-нибудь курсы, устроиться в приличное учреждение и…
– Куда?! В какое приличное учреждение может устроиться приличная девушка?! Что ты несешь?! – с непониманием вытаращилась Ольга. – Сутками работать за пять копеек?! Тебе-то хорошо говорить, ты вон директриса! Чего хочешь, то и делаешь, а здесь!.. Главное – на другую работу! Ты чего ерунду городишь?! Ты… Я ж там… я ж ни с кем не уживусь!
– A здесь с тобой не уживаюсь я, – постаралась прекратить разговор Лера.
Но не тут-то было. Ольга не намерена была замечать в начальнице каких-либо перемен и гнула свою линию.
– Нет уж, погоди. Ты мне объясни, отчего это ты столько времени уживалась, а сейчас тебя как муха укусила?! Расскажи… Хотя не надо, я и сама понимаю. Все из-за этого Кукушкина, пропади он пропадом!.. – расстроенно махнула рукой Ольга и уселась на кровать к Лере. – Ну хорошо… Да… У нас с ним были… кое-какие отношения… Он тебе просил не говорить, ну… сама понимаешь… A то ты ж его выставишь на фиг, и дело с концом, а куда ему? Тоже – ни ума, ни совести. A если у вас роман образуется, так вроде бы и складно все получается. И тебе хорошо, и он весь в шоколаде… A уж кто там у него на вторых ролях или на первых… Ой, Лера, да разве это так важно? Главное – быть люби-и-имой! Но… если ты так принципиально ставишь вопрос… то все, я с ним больше ни-ни! На порог не пущу! И… и знаешь, Лера, увольняй его, ко всем чертям! Мы себе другого найдем, правда же? A сами будем потихоньку работать, будем…
