Нина вновь осматривала пакет. Посмотрела на обложку. Потрёпанную, бежевую. В этот раз посыльную не остановили карпейские литеры, и она, неохотно раскрыв, перелистала рукопись. Это ничего не изменило: содержимое для Нины осталось таким же непонятным, как и прежде. Возможно, будь у неё карпейская раскладка на клавиатуре, она бы и смогла атрибутировать текст через интернет…
Неожиданно из конца рукописи выпал клочок бумаги. Записка, составленная на нова эспере. Неслабо удивившись, Нина прочитала её:
— «Аври, я снял нам квартиру на Фнакверех 4-27»… — Прежде чем осмыслить прочитанное, Нина по привычке обратилась к встроенному в протофон навигатору. — Это же в Старограде, так?
Действительно, Фнакверех — это набережная с одноимённой улицей в Старограде.
За неимением иного плана, посыльная достала из сумки фуражку и решила доставить эту посылку по указанному адресу.
Навигатор привёл девушку к старому дому на набережной. Одной из тех типовых панелек, служивших прежде общежитиями для строителей Новограда. За десятилетия использования фасады зданий обросли множеством элементов декора — ими невзрачные серые коробки пытались вписать в архитектурный ансамбль полуострова. Однако такая презентабельность наблюдалась только снаружи. Уже в подъезде Нина столкнулась со смрадом нечистот и покрытыми бранью стенами. Откуда-то из недр трёхэтажки звучала отборнейшая ругань.
Лифт в здании отсутствовал. Подниматься на третий этаж пришлось по лестнице. Опасаясь встречи со всякими маргинальными элементами, девушка наготове держала перцовый баллончик — то немногое из средств самообороны, что имел при себе каждый посыльный.
В коридоре последнего этажа оказалось темно. Переминаясь робостью, Нина нерешительно постучала в нужную дверь и оглянулась.
В квартире заскрипели половицы.
— Да? — за шагами послышался мужской голос. — Кто там?
— Извините, — вымолвила девушка и набравшись смелости, продолжила: — Я нашла этот адрес в записке, адресованной некой госпоже Аври…
Не успела она договорить, как щёлкнул замок. Дверь приоткрылась. На пороге показался протезированный мужчина в майке. Модификации отпечатками десятков операций расползлись по его телу, и лишь чернила татуировок маскировали их следы. Светящиеся синевой зрачки мгновенно просканировали Нину. Наибольшего внимания удостоилась почтовая сумка. Едва посыльная открыла её, дабы упростить осмотр, как неизвестный с ухмылкой заключил:
— Посыльная, значит? Я тебя услышал. Заходи.
— Простите, но кто вы?
— Дмитрий Залерт, я… знакомый Аври, — назвался встретивший и скрылся в темени квартиры. Посыльная неуверенно заглянула внутрь. — Не бойся. Если тебе станет легче, я красморовский странник.
Едва Нина переступила порог, как уткнулась носом в протянутую ксиву. Девушка осторожно взяла её в руки и при коридорном свете рассмотрела. Увидела на развороте фотографию мужчины в полевой форме. Сбоку были прописаны имя, род деятельности и идентификационный номер. Всё — заверено гербовой печатью Красмор.
— Меня зовут Нина, — следом представилась посыльная, — Нина Нойр. Похоже, у меня то, что… Возможно, должно быть у вас.
Квартира, в которой она оказалась, была небольшой и аскетично обставленной. На стене при входе висела фотография студентов ВАД, выпуск 985-го года. Четыре ряда по десять человек. Все без масок: более того, имя каждого запечатлённого выписали рядом. Качество съёмки оставляло желать лучшего — лица выпускников были размыты, и Залерта девушка нашла только по имени.
— Что ж, будем знакомы, Нина, — пробормотал странник и, выставив на кофейный столик пару бутылок дзеро, устроился на диване. — Я не привык гостям, но ты это, располагайся.
Девушка села напротив. Когда к ней пододвинули бутылку с напитком, со смущённой улыбкой поделилась:
— Я тоже училась в ВАД… На курсе подготовки пилотов АДАМ, — затем чуть потускнела. — ВАД мне теперь снится в кошмарах… А когда не снится, то и кошмар будет хорошим сном.
— Надо же. Чем вас там так… травмировали?
— Коды. Ты знал, что для управления АДАМ нужно знать наизусть под тысячу кодов в шестнадцатеричной системе счисления? Чтобы максимально реализовать потенциал титана, — с важным видом ответила Нина. — Госпожа Поллиган — она нас курировала на симуляциях — говорила, что правильный код пробудит даже аппарат первого поколения.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Для человека, который недоволен ВАД, ты звучишь слишком увлечённо, — непроизвольно отметил странник.
— Мне нравятся АДАМ, но учиться было сложно, — вздохнула Нина, — а теперь, как выяснилось, и бесполезно. У нас кто-то успел перевестись в российскую академию, остальные… сам понимаешь.
— Да, я слышал, после Грустины Красмор не особо нацелена на поддержку второго поколения… — Залерт понимающе кивнул. — Я бы сказал, что тебе не повезло, но… Впрочем, так и есть. Сестра Авроры — моей быв… знакомой как раз — была там, когда «Астарта» столкнулась с Живамиж. Судя по тому, что произошло с пилотом Радиоактивного Кардинала, неудивительно, что будут дальше пытаться в беспилотники.
— Постой. Аври — это Аврора? Аврора Майнью?
— Да… — удивление. — А что, вы знакомы?
— Не особо, но я знаю её сестру, Агнию, она моя соседка. О ней ты, видимо, и говорил… — Нина достала бумажный пакет, а из него и брошюру с запиской. — Мир, конечно, тесен, но… Вот, держи. Я это нашла вчера.
В руки находку Залерт не взял. Он нерешительно прикоснулся к обложке, перевернул её и, лишь увидев титульный лист, резко подался назад.
— Неужели это правда? — не своим голосом спросил он.
— Что «правда»?
— Это «Кате-Эр». Неужели… Неужели она и вправду связана с ABICO?..
— Ты это серьёзно? — напряглась Нина и изумлённо посмотрела на неразборчивые символы. — Я, конечно, слышала, что Аврора поддерживает оппозицию, но чтоб…
— Оно всё едино. Как видишь… У меня были подозрения о её связях — в конце концов, её родители были участниками культа… но за всё время она ни разу не проявила этих вот, гм, сектантских наклонностей. Я надеялся, — судорожно рассуждал Дмитрий, расхаживая из угла в угол, но осёкся и проворчал: — Гадство. Ей просто надо было дойти до меня, вот как это сделала ты… Просто [замечательно] с вейнилкой расстался.
Странник остановился и одёрнул штору. Течение Дунари продолжало усиливаться. Вода продолжает прибывать и становиться гуще, темнее. Ни одна водоочистительная станция не справлялась с нею, и постепенно город отключался от системы водообеспечения.
— Кстати, насчёт вейнилок… — задумчиво подхватила Нина. Залерт опустил на неё рассеянный взгляд. — Я так и не смогла связаться ни с одной из сестёр.
— Скорее всего, Агния всё ещё в инсектарии — её допрашивали после митинга. Думаю, отпустят со дня на день, если не уже. Можешь не волноваться, — затем мрачнее: — А Аврору я сам ищу… и не только я.
В нервном порыве Залерт открыл форточку и закурил. Нина непроизвольно дёрнулась от дыма.
— Тогда что с этим делать? — кивнув на рукопись, спросила она.
— Жить, — на автомате выпалил собеседник, а после, оглянувшись, исправился: — А, ты об этом… Можешь выбросить: это просто макулатура. Которую, впрочем, лучше держать подальше от фанатичных глаз. Прости, я не могу это забрать. Сдай лучше Красмор.
— Я пыталась. Они не приняли.
— Это ещё почему?
— Из-за крови, — неохотно пояснила Нина. — Меня… ударили, во время траура по Линейной, и кровь попала в пакет.
— Вот так случайность. — Залерт кисло ухмыльнулся и выдохнул дым. Нина почувствовала, как запах табака въедается в её волосы. — На твоём месте я бы сейчас уехал из города — переждал бы где, пока всё не успокоится. Если служба тебя миновала, то не стоит привыкать к такой… жизни.
— Я не уеду, — встав, возразила девушка, — пока собственными глазами не увижу, что с Агнией всё в порядке.
Странник равнодушно пожал плечами.
— Дело твоё.
Простившись с Залертом, Нина покинула дом на набережной. Не успела девушка снова испугаться загаженного подъезда, как оказалась снаружи. Несмотря на уверения красморовца, что подлинник не представляет опасности, уничтожить «Кате-Эр» или избавиться от него посыльная не решилась.
