Трисс, ну ты что? – растерялась подруга. – И вернуть деньги я не могу, к нам уже после обеда приедут убираться и приводить в порядок сад. Я заплатила с аванса Лайона. Ты же сама сказал, что особняк нужно привести в порядок, а своими силами мы это делать не можем и не хотим. Я рассудила, что лучше всего, чтобы на уборку заработал сам особняк.
Вообще, доля истины в словах Челси была, только вот неужели во всей Валенсии не нашлось другого постояльца? Вот почему все складывает так?
– Челси-и-и! – взвыла я, направляясь к лестнице. – Я буду жить в твоих покоях, сама можешь отмыть себе еще одни!
– За что? – воскликнула подруга. – Я же хотела как лучше. Конечно, Лайон засранец…
– Я все слышу, – прокричал наглец и заржал. Его эта ситуация забавляла. Впрочем, насколько я помню, его все и всегда забавляло. Даже не верится, что они с уравновешенным и собранным Клинтом родственники.
– Но он деньги платит… – закончила Челси и похлопала ресницами, мило улыбнувшись одновременно и мне, и нашему постояльцу.
– Он никогда не ездит без своего двоюродного братика! – Я закатила глаза. – Вот что такому мажору, как он, может понадобиться в богами забытой Валенсии? Ты поинтересовалась, что он тут забыл. По выражению лица вижу, что нет! А это стоило сделать сразу же!
– У меня тут верфь, – тут же подал голос парень и с вызовом уставился на нас.
– И ты, можно подумать, семейными делами приехал заниматься?– скептически хмыкнула я.
– Семейными. Именно ими, но да, не верфью. Клинт осознал свои ошибки и жаждет каяться. Я приехал с ним за компанию. Тут море, солнце, ну и верфь, зря, что ли, она здесь есть.
– То есть… – Челси побледнела. – Я поселила у нас твоего бывшего? Лайон, скажи, это он та «плюс одна персона», которую нужно непременно поселить в лучшие покои. Идиот, я думала, ты привез невесту!
– Челси, ты знаешь меня со своего первого курса, когда я забирал пьяного Клинта из вашей комнаты. Вы напоили моего брата в первый раз в его жизни, и он спал в обнимку с твоими туфлями. Ты же помнишь, я Клинта не забрал, а сам остался ночевать у твоей рыжей соседки. Не помню, как ее зовут. Огонь-девчонка! Какая невеста? Я не собираюсь надевать на шею удавку! Ну его. Это мой брат жаждет свадьбу и вон Трисс.
– Трисс передумала, – сразу же открестилась я. – И касаемо Клинта. Ты его сюда притащил ты и убирай, иначе, видят боги, вы оба об этом пожалеете. Понял? Не хочу его тут видеть. Тебя тоже не хочу, но ты уже заплатил.
– Я заплатил и за него, – фыркнул парень. – Так что сама ему об этом и скажи.
– И когда это твой брат понимал слово «нет»? – раздражённо буркнула я и потащилась наверх, чтобы освободить уже полюбившиеся комнаты. Терять их в своем же доме было обиднее всего.
– И Трисс… – Лайон, словно услышал мои мысли. – Мы можем занять покои Челси, так будет справедливо. Или любые чистые.
– Чистых нет, – мстительно припечатала я. – Только мои и Челси. Ну, или она может подготовить вам комнаты своими ручками, – сказала я, зло прищурившись.
– Не могу, мне еще идти с тобой ловить тварь, которая не пускает жену нашего соседа к окороку.
– А вот за тварью я могу с собой взять Лайона, думаю, он не откажет хрупкой девушке. К тому же у него невелик выбор – или убирать комнаты или ловить тварь.
– Он не боевой маг. – Челси предприняла последнюю попытку откосить от уборки.
– Я – лучше, – усмехнулся парень. – Боевую магию преподают не только в Каторионии. Так что, Трисс, я в деле, а ты Челси встретишь брата и приготовишь покои.
– Ну и опять же, уборщики придут. Вот и контролируй их, – вставила я пять медяков в разговор.
Была так зла, что хотела убить трех зайцев. Наказать Челси, попугать Лайона, которого, признаюсь, считала балованным мажорчиком, неприспособленным к жизни, чего бы он там ни говорил. Клинт часто упоминал, что кузен уехал из страны, потому что не поступил в боевую академию.
Ну и еще я очень не хотела встречаться с Клинтом. Куда он, кстати, запропастился? Я была готова поспорить, что мой бывший ищет самый роскошный букет и какую-нибудь фигню, которая в его понимание способна растопить мое сердце. Но нет, я не собираюсь сдаваться. И прощать его тем более.
Челси все же выдала парням свои покои, и я с неудовольствием отметила, что теперь мы живем дверь в дверь с Клинтом. И Лайоном, но Лайон меня не так волновал, он хотя бы не посягает на мою свободу и не претендует на мое сердце, руку, тело и прочие менее важные части.
Конечно же, мама не положила ничего, что могло бы сойти за гардероб боевого мага на отдыхе. Вся одежда в моем чемодане кричала: «Возьмите замуж мою хозяйку, ну хоть кто-нибудь!». Летящие юбки, яркие сарафаны, белые блузки, оголяющие плечи, и всего двое брюк. Одни – нежно-кремовые с широким поясом, а другие – изумрудные, похожие на шаровары, которые носят женщины в Шанлийской пустыне. Они-то и оказались самым оптимальным решением. К ним я выбрала блузку без рукавов и рюшей.
Когда спустилась в холл, Лайон был уже готов. И он напоминал боевого мага, значительно больше, чем я. Безрукавка из светлой дышащей ткани, оттеняющая загорелую кожу, и темные штаны, заправленные в высокие ботинки. На поясе кинжал, на руках магические браслеты. Ненавижу. Он умудрялся выглядеть брутально и стильно! Утешало, что ненадолго. Сейчас побегает по подполью с окороком и неведомой тварью и подрастеряет весь свой лоск.
– Эй! – Парень усмехнулся, оценивающе разглядывая меня. – Ты уверена, что боевые маги одеваются именно так, или ты решила пригласить меня на свиданье? Так знай, я не такой! – последнюю фразу он протянул противным жеманным голосом, и мне захотелось метнуть в него босоножкой. Мне кажется, такое желание меня уже как-то посещало.
– Чемодан собирала мама, – словно оправдываясь, заявила я и поняла, что сделала еще хуже. Лайон ржал в голос.
– Больше ни слова, – предупредила я. – Или дальше будешь ходить в мокрых штанах.
– Как скажешь, гроза всей нечисти в Валненсии! Как скажешь! – Он отвесил мне шутовской поклон.
Я закатила глаза и отправилась на выход, уговаривая себя немного потерпеть. Надеюсь, нечисть в погребе окажется достаточно пугающей, чтобы золотой мальчик обделался от страха и сам попросил сделать его штаны мокрыми, чтобы не воняли. От этих мыслей на душе стало тепло, поэтому я заулыбалась.
