Иванович Чуковский в своём первом докладе на литературном вечере сделал девяносто два неправильных ударения, о чём сам позднее и написал в воспоминаниях, то развода могло бы и не случиться.
Ударение — самая сложная для усвоения область русского языка.
Например, в слове «мышле́ние» ударение перешло с корня на суффикс, а в словах «гла́жение», «ква́шение», «обеспе́чение» осталось на своём месте! Правильно произносить: металлурги́я, индустри́я, терапи́я, но при этом — гастроно́мия, кулина́рия, логопе́дия. Право слово, ум за разум зайдёт!
Русское ударение характеризуется разноместностью и подвижностью.
Разноместность — это способность ударения падать на любой слог русского слова, тогда как во многих языках мира ударение прикреплено к определённому слогу.
Педантичные французы, к примеру, всегда делают ударным последний слог, что здорово облегчает жизнь тем, кто хочет щегольнуть истинно французским прононсом. Англичане же упорно выделяют первый слог, и, ежели вы нашли нарушение этого правила, знайте, что это заимствование из чужого языка. Конечно, жизнь по правилам проще. Но насколько скучнее!
Подвижность — это свойство ударения перемещаться с одного слога на другой при склонении или спряжении. 96 процентов слов русского языка имеют подвижное ударение! Не ошибиться невозможно. В сомнительных случаях надо просто сверяться со словарём.
Но 4 процента слов с неподвижным ударением тоже вызывают трудности. К ним относятся, например, такие слова:
бла́га — бла́гам, бла́гами, о бла́гах; пе́тля — пе́тлю, пе́тель, о пе́тле; догово́р — догово́ра, о догово́ре.
Давайте признаемся друг другу! Все эти слова мы произносим кто во что горазд. Обратите особое внимание на слово «аэропорт»: ударение в нём везде неподвижно: аэропо́рта, аэропо́ртов, в аэропо́ртах, но есть одно исключение — в аэропорту́.
Кроме того, ударение порой в корне меняет значение слова. Вспоминаю детскую загадку:
Мы — для пильщиков подставка,
Мы — для кучера сиденье.
Но попробуй-ка поставь-ка
Нам другое ударенье!
Осторожней будешь с нами:
Забодаем мы рогами.
Если кто не отгадал, то это кОзлы и козлЫ.
Этот ряд можно продолжить: вИдение — способность воспринимать и оценивать окружающее, видЕние — что-либо, возникающее в воображении. ПровИдение — мысленное представление будущего, провидЕние — высшая сила, направляющая судьбы людей. МЫсы — части суши, острым углом вдающиеся в море, мысЫ — носок обуви.
Слова, одинаково пишущиеся и звучащие, но различающиеся ударением, называются омографами. Вроде как одно слово, а изменишь ударение — получаются два разных! Значит, ударение — вещь не такая уж незначительная.
Boт некоторые примеры омографов:
зАмок — замОк (ЗАмок был неприступен, его тяжёлая дверь за поднятым мостом была закрыта на крепкий замОк)
Атлас — атлАс (В наряде из красного атлАса девушка листала страницы старого Атласа)
Ирис — ирИс (нитки)
бЕрег — берЁг; бЕрегу — берегУ
бОльшая — большАя
вЕрхом — верхОм
вЕсти — вестИ
вИна — винА
вОрот — ворОт
вЫходить — выходИть
грАфа — графА
грОши — грошИ (деньги — очень дёшево)
дОрог — дорОг
дУхи — духИ
дУша — душА
Еду — едУ
жАркое — жаркОе
жИла — жилА
зАпах — запАх
здОрово — здорОво
знАком — знакОм
избЕгать — избегАть
кИрка — киркА (лютеранская церковь — инструмент)
клЕщи — клещИ
крУжка — кружкА, крУжки — кружкИ
лЕса — лесА (строительные)
лУка — лукА
мАло — малО (мАло сахара — платье малО)
мЕла — мелА
меньшИнства — меньшинствА
мЕсти — местИ (глагол)
пЕкло — пеклО
одЕржим — одержИм
пАйки — пайкИ
пАрить — парИть
пАром — парОм
пЕред — перЁд
пИли — пилИ
плАчу — плачУ
пОтом — потОм
постЕли — постелИ
пОшло — пошлО
прИстань — пристАнь
прОпасть — пропАсть
прЯди — прядИ
рУна — рунА (знак — шерсть)
рЫси — на рысИ (животное — бег лошади); на рЫсях — на рысЯх
сАмого — самогО
сЕла — селА; сЕли — селИ; сЕло — селО
смЫчка — смычкА
сОли — солИ
сОрок — сорОк
стОит — стоИт
стрЕлка — стрелкА
сЫром — сырОм
тОлки — толкИ
тУши — тушИ
Уже — ужЕ
Уха — ухА
хлОпок — хлопОк
цЕлую — целУю
чЁрта — чертА
Лингвисты предупреждают о наметившейся в последнее время тенденции к неправильной речи. И прежде всего это касается ударений.
Помните, как Лёлик из «Бриллиантовой руки» наставлял Гешу Козодоева: «Бабе — цветы, детЯм — мороженое»? И всё — готов яркий и колоритный образ.
Но одно дело, когда авторы в художественном произведении или кинофильме делают это сознательно для создания образов героев, и совсем другое, когда подобное слышится в реальной жизни, более того — из уст людей известных.
С лёгкой руки Михаила Горбачёва — последнего генерального секретаря и единственного президента СССР — по стране пошли гулять «мЫшление», «нАчать» и прочие перлы. И порой складывается впечатление, что политики и медийные лица в радио- и телеэфирах соревнуются в своём стремлении уничтожить нормы русского языка.
Хотя так же «царапает» слух и употребление вышедших из обихода форм слов.
Оказывается, правильно произносить «те́фтель», «апостро́ф», «и́конопись»… Но произносит ли кто-нибудь эти и другие слова так, как надо?
Разговор Сиднея Поллака с профессором и официантом в одесском ресторане начала 30-х выглядел вполне органично:
«Мне те́фтель с картошкой. — Те́фтель с рисом. Котлета с картошкой. — Котлета с картошкой, те́фтель с рисом. Потом поменяемся. — Менять нельзя!..» (фильм «Дежавю»).
Но если я сейчас скажу: «Милый, я несу тебе в апарта́менты те́фтели и гренки́!» — многие сочтут меня сумасшедшей. А ведь согласно Словарю ударений для работников радио и телевидения под редакцией Розенталя, выпущенному всего несколько десятков лет назад, я всё сказала правильно!
Умный строитель проложит асфальтовую дорогу там, где люди протоптали тропинку. Иначе асфальтовая дорога будет существовать сама по себе, а народ продолжит ходить по протоптанной по газону тропинке. Возможно, пришла пора пересмотреть ряд норм произношения, хотя бы для того, чтобы правильно говорящий человек не чувствовал себя идиотом?
Поэтому словари и обновляются: нормы языка призваны отражать то,
