Ловким броском он закинул голову в потухший камин, потом нагнулся над телом и быстро обыскал его.
— Интересно… — пробормотал, не глядя на Дею, — ему нужна была ты или твой сын? Хотя, скорее всего, что ты. Но вряд ли он собирался тебя убивать… Может, использовать против меня? Впрочем, это уже не важно, он мертв, а мы все целы и невредимы.
Маг подобрал с пола оружие несостоявшегося убийцы, а затем точным ударом вспорол тому грудную клетку.
Дея охнула. Инстинктивно зажала ладонью рот. С трудом удержала рвотные спазмы.
А Йеванн, слегка поморщившись, засунул руку во внутренности демона.
— Нужно вырвать сердце, чтобы окончательно развоплотить даранха, — пояснил он свои действия.
И поднял руку.
На его ладони куском черного оникса лежало сердце демона. Оно продолжало пульсировать. Медленно, почти незаметно. И вопреки всем законам бытия оставалось живым.
Йеванн сжал пальцы и вонзил в сердце ятаган.
Короткий звук, будто где-то лопнула натянутая струна, и невидимая магическая волна прокатилась по комнате. Впиталась в стены и пол, обдала Дею легким теплом…
Та забыла, что нужно дышать.
На ее глазах сердце демона осыпалось пеплом. Его труп и голова начали истончаться, пока не превратились в слой пыли. Всего один нервный выдох — и неизвестно откуда взявшийся ветерок развеял прах, не оставив от него и следа…
Дея осталась сидеть, глядя, как превращается в пыль и исчезает кровавая лужа. Это невозможно было объяснить чем-то еще, кроме магии.
Наконец, девушка отмерла.
— Вы… — выдохнула, медленно поднимаясь. — Вы привели в мой дом демона…
Дея не спрашивала — утверждала. Слова Йеванна осели в ее душе вместе с прахом развоплощенного даранха.
— Вы знали, что он придет! Знали!!!
Вскочив, она разъяренной тигрицей бросилась на дознавателя.
В тот момент ей хотелось убить его. Разорвать. Вытрясти всю проклятую душу из этого тела.
Как он посмел? Привести в ее дом убийцу! Подвергнуть опасности ее сына и ничуть не жалеть об этом! Ни единого проблеска вины, ни единого всплеска совести в бесстрастных глазах. Правду же говорят, что дознаватели — бездушные твари. В них не осталось ничего человеческого!
Он схватил ее за запястья. Легко, словно играючи или дразня. Удержал в полуметре от себя, с интересом натуралиста разглядывая искаженное гневом лицо ворожеи.
Дея забилась, пытаясь вырваться. Но хватка была очень крепкой. Тогда она, рыча, стала брыкаться, надеясь достать его ногами. Почти попала по голени, но Йеванн и тут оказался на шаг впереди. Развернул ее спиной к себе, прижал так, что она оказалась спеленатой собственными руками.
Теперь она чувствовала спиной жар его тела, а ягодицами еще кое-что. И это кое-что отреагировало на нее по-мужски.
— Вы мерзавец, сударь! — выплюнула она. — Отъявленный негодяй!
— Так меня уже называли, — лаконично заметил маг. — Ты не слишком оригинальна.
— Подлец! Вы знали, что он придет! Это существо! Знали и воспользовались моим сыном как наживкой!
— Ну, вряд ли ему нужен твой сын. Я больше чем уверен, что мишенью была именно ты. Да стой уже спокойно! — и он хорошенько встряхнул ее. — Ты же не хочешь разбудить своего ребенка?
Нет, этого Дея не хотела. А потому перестала вырываться. Замерла, вытянувшись всем телом в руках дознавателя. Прошипела:
— Зачем этому… этому существу нападать на меня? Что ему нужно от меня?
— Я.
— Вы? — она оглянулась. — Но почему он напал на меня? Откуда знал, что я приду к сыну? Почему не напал в моей спальне?
— Слишком много вопросов, — Йеванн покачал головой. — Нам лучше вернуться в столовую, к тому же я не допил свое вино. За сына не переживай, он до утра не проснется.
Сейчас его лицо было так близко, что Дея внезапно отметила усталые морщинки, что залегли у него на лбу и возле глаз. А он, оказывается, не так уж и молод…
Сегодня утром ей показалось, что ему двадцать пять, а теперь можно дать на десять лет больше…
Хотя, что это она. Маги очень долго живут. Полукровки и того больше. И практически не стареют. Этому Йеванну может быть и тридцать, и все сто. Но в одном она точно убеждена: у него глаза не мальчишки. Глаза хищника. Безжалостного и смертельно опасного.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
И в то же время, в его словах был резон. Поэтому она решила не спорить, а согласилась коротким кивком.
* * *
В столовой Йеванн по-хозяйски залез в буфет, достал бокал и до краев наполнил вином. Сунул ворожее в руки и приказал:
— Пей. Тебе это нужно.
Только теперь она поняла, что дрожит. Ее тело трясло, как в лихорадке.
Дрожащими руками Дея поднесла бокал ко рту. Зубы клацнули о стекло, тоненькая струйка потекла по подбородку.
— Тише, вот так, — прошептал маг, придерживая бокал. — Это скоро пройдет…
Что именно пройдет и как скоро он не стал уточнять, а Дея не стала спрашивать.
До этого она демонов не встречала, ни высших, ни низших. И очень мало знала о них, ведь в приюте Праматери девушкам не преподавали науки. Считалось, что слишком развитый ум только вредит хорошей жене.
Ее учили читать, писать и считать, чтобы вести домашнюю бухгалтерию. Учили рукоделью, игре на клавесине и арфе, и пению, чтобы она могла развлекать гостей и супруга. Учили варить мыло и делать заготовки на зиму…
Но история и взаимодействие рас не входили в перечень, обязательный для изучения.
Так, краем уха, она слыхала, что помимо Иллурии, Шенвейса и других человеческих государств существует еще одно. Альдарик. Город Демонов — так его называли простые люди. Туда очень трудно войти и почти невозможно выйти.
В слухах, что передавались шепотом из уст в уста, говорилось, что этот город не отмечен ни на одной человеческой карте. Он скрыт силой, что не подвластна самым могущественным человеческим магам. А еще, что он расположен далеко на юге, там, где пустыня и горы переходят в океан, океан — в бескрайние льды. И где-то там в этих льдах стоит город-крепость, город-государство, империя демонов — Альдарик.
Все это проскочило в памяти Деи за долю секунды.
А потом она вспомнила о разбитом окне и встрепенулась.
— Я поставил временную заплатку, — ответил Йеванн еще до того, как она успела что-то сказать. — И полог тишины.
— От… откуда вы знаете мои мысли?
— Они у тебя на лице. Впрочем, ты же совсем не это хотела спросить?
— Мы должны немедленно уезжать! — пробормотала она. Ее охватил запоздалый ужас от мысли, что они с Ноэлем чудом избежали смерти. — Здесь опасно! Если этот даранх пролез, то придут и другие!
— На доме защита. До восхода ни один демон сюда не войдет, а на рассвете мы уедем.
— Что-то ваша защита не слишком нам помогла!
— Ее просто не было. Признаю, это мой просчет.
— Признаете? — она даже привстала, решив, что ослышалась. — И так спокойно говорите об этом? Меня чуть не убили!
— Ну не убили же? — он хмуро посмотрел на нее. — Я уже сказал, что не рассчитал немного. До сегодняшнего случая эти твари появлялись раз в неделю, причем поодиночке. Пытались подловить меня то в подворотне, то ночью во время сна. Но только когда я оставался один. Я не ждал, что кто-то из них обнаглеет настолько, чтобы напасть на тебя.
— Это, видимо, извинение? — едко уточнила Дея.
— Воспринимай, как хочешь.
Дея отставила наполовину пустой бокал. Вытерла подбородок. Разговор предстоял серьезный, а ей хотелось иметь светлую голову, не затуманенную сладким виноградным нектаром.
Вино разогнало кровь, и девушка понемногу начала согреваться. В жилах все еще бродил гнев, подкрепленный алкоголем. Сидящий напротив маг казался ей ненавистным. Причиной всех ее бед. Но Дея считала себя благоразумной девушкой, ведь как иначе молодой и симпатичной вдове выжить одной с ребенком в мире, где столько соблазнов и столько опасностей…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Она понимала: им нужно поговорить. Они оба оказались загнанными в глухой угол. Привязанными друг к другу без права разорвать эту связь.
