излишне заскучал, поскольку ответ девушка получила в сию же секунду:
– Со мной все хорошо. Тебе удалось найти что-нибудь интересное?
– Я добралась до лестницы на первый этаж. Пока никого нет. Абсолютно. Я могу теперь как-нибудь призвать смотрителя, чтобы он помог тебе выбраться.
– Можешь этого не делать. Я смог у себя в комнате слегка прошвырнуться, потрогать предметы, что-то накопать. Правда, сложно получить четкую картинку всего окружающего.
– Тогда тебе надо помочь выбраться из комнаты. Я иду в твое крыло. Только подай мне знак, чтобы я узнала, где ты.
Данный вариант исхода событий удовлетворял их двоих. Эмма, слегка боясь случайного столкновения с кем-нибудь из участников, решила поспешить и как можно скорее оказаться в правом крыле поместья. Поэтому невзирая на свой страх, который окутал блондинку из-за мысли об очередном проходе по окутанному темнотой коридору, Эмма сломя ноги понеслась к своему другу-брюнету на помощь.
Через минуту блондинка стояла у четырех дверей, которые были идентичны тем же, что находились в левом крыле здания.
В то время, пока Эмма пробиралась до местонахождения своего друга, он, в свою очередь, безо всякого освещения и на полной отдаче собственным инстинктам устремился к запертой входной двери. Повинуясь своим умственным представлениям об окружении запертого помещения, в котором находился Дрейк, он решил отталкиваться от стороны расположения окна и детской кроватки, которые ему когда-то удалось лицезреть под лучом света. Брюнет протянул свои руки вперед и на слегка согнутых в коленях ногах двинулся в противоположную от заколоченного окна сторону. Он понял, что достиг своей цели, когда ощутил на коже своих ладоней лакированное покрытие. В связи с воображением препятствий и трудностей на своем пути в условиях полнейшей темноты Дрейк потратил приличное количество времени, а потому он решил, что его подруга должна была находиться уже в правом крыле поместья и ожидать от него сигнала. Помня о других участниках квеста, которые, вероятны, могли бы слышать какие-нибудь звуки, исходящие из соседних комнат, брюнет не спешил создавать громкие постукивания по поверхности двери. Он сжал ладонь в кулак и несколько раз приложился рукой по деревянной преграде.
Эмма резко повернула голову в ту сторону, из которой исходил постукивающий звук. Она подошла к двери, осторожно прижалась к ней и дрожащим голосом окликнула друга:
– Дрейк?..
Брюнет еще ни разу в жизни настолько не радовался присутствию своей уважаемой подружки:
– Да! Как ты? Нормально?
– Со мной все хорошо, давай тебя вытаскивать оттуда.
К счастью пары, двери имели небольшой отрыв от пола, что могло позволить Эмме пустить свет в комнату Дрейка. Девушка встала на четвереньки по ту сторону и приложила фонарь к полу, устремив свет четко в закрытое помещение.
Дрейк даже подпрыгнул на месте, когда блондинка совершила это действие. Хотя в ту же секунду поняв, чего стремилась достичь девушка, молодой человек повернулся четко в сторону обустройства апартаментов. С горем пополам парню открылся вид не только на детскую кроватку, но и на другую мебель. Не так далеко от кровати стоял игрушечный домик с различными видами коллекционных машинок, динозавриков и самолетов. Именно по данному виду вещей Дрейк смел подумать, что эта комната было опочивальней чьего-то из семейства Холлов маленького ребенка, а конкретно – мальчика. Параллельно игрушечной конструкции, которая по внешнему виду напоминала само поместье, стоял синеватый рабочий стол, который для парня был достаточно-таки мал. На самом столе находилось большое количество разрисованных листов бумаги, которые за очень долго время выцвели и передавали не такие уж и четкие изображения рисунков как хотелось бы.
Эмма окликнула своего друга вопросом: «Все ли в порядке?», и он, ответив на поставленный вопрос положительно, пытался отыскать свою головоломку, хотя это было не так уж и легко.
– Эмма, мне нужно какое-то время, ты сможешь так же держать фонарь?
– А что случилось?
– Я просто пытаюсь сообразить, что мне надо найти. В моей комнате вроде как нет никаких тумбочек, полочек, потому дело обстоит гораздо сложнее. Дай мне время, я постараюсь хоть что-то поискать.
– Стой!
Дрейк повиновался приказу своей подруги в то же самое мгновение и удивился, когда после этого какой-либо свет от фонаря перестал поступать к нему в комнату.
– Эмма! Что случилось?
На данный вопрос молодому человеку последовало гробовое молчание, и только слабенькое шуршание послышалось в нижней части двери.
– Возьми батарейки от моего фонарика. Разберись со своим заданием. Так будет лучше видно, не так ли? – Дрейк заслышал смешок подружки, и это был бальзам на сердце.
Он бросился поднимать батарейки с пола у двери, чтобы они не посмели укатиться так, что их потом было бы трудно достать. Брюнет вытащил из кармана своих джинсов потухший фонарь, в котором он резво и быстро сменил осуществляющее ему работу устройство. И какое чувство радости переполнило парня, когда он, наконец, воспользовался нормальной подачей света.
Кнопка включения. Яркий луч света. Детская комната.
Дрейк теперь отчетливо видел каждый уголок помещения, в котором он томился в ожидании какое-то непродолжительное время.
Детская кроватка, постельное белье которого имело милое изображение улыбающегося и удерживающего на хоботке мяч слоника, теперь казалось не такой уж и большой. Это лишний раз доказывало парню, что располагающийся в данной комнатке мальчик был довольно-таки маленького возраста. Обои также походили на мальчишечьи интересы – различные постеры с машинной тематикой, синеватое оформление. Вот только стоило Дрейку чуть ближе подойти к игрушечной копии поместья, как ему в глаза бросились жуткие царапины на тем самых обоях, словно кто-то острым предметом вычерчивал ломаные линии. Только для чего?
Считая, что любая найденная и бросившаяся в глаза вещь могла бы послужить некой уликой для разгадки целой истории, брюнет посмел снять постер с изображением незнакомых ему мультяшек, который скрывал под собой ужасающие парня вычерчивания. Однако открывшаяся картина его порадовала, так как изображенные черточки складывались в какие-то фигуры и могли быть тем самым стартом к поиску ключа, но в то же самое время эта картина и огорчала. Дрейк не мог разглядеть поблизости хоть что-то, что могло бы ему помочь с разгадкой. Хоть буквы, хоть цифры – этого всего не было. Тогда однозначно следовало порыться в детских вещах.
Окунувшись в полную уверенность того, что единственным предметом, который мог являться кладовой чего-либо, был детский столик, Дрейк двинулся прямо в его сторону. Задача слегка упрощалась количеством ящиков в столешнице – их было всего 2. Парень взялся за ручку первого из них и потянул его на себя. К счастью ящик был открыт. Внутри него находилась подобная стопка детских рисунков, что лежала и на поверхности крышки стола.
