бросили начальника Ачэна в котел и сварили его. Таким образом, те, кто получил взятку от начальника Ачэна, были так напуганы, что, казалось, их самих бросили в котел, и они не могли даже стоять. То стояли на левой ноге, то на правой, то вытирали пот со лба, то почесывали шеи и стояли с печальными лицами.
Ци Вэй-ван повернул голову и позвал тех, кто обычно подменяет истину ложью, и упрекнул их: «Как я могу знать, что происходит вне дворца? Вы — мои уши и глаза. Но вы занимаетесь коррупцией и беззаконием и называете плохое хорошим, а хорошее плохим. Разве это не хуже, чем затыкать мне уши? Вы просто хотите ослепить меня! Зачем мне нужны такие подчиненные? Бросите их в котел!»
Эти более десятка человек опустились на колени и начали бить челом, отчаянно умоляя о пощаде. Ци Вэй-ван выбрал самых злостных и осудил их. Таким образом, занимающиеся взяточничеством чиновники испугались. Они боялись, что правитель тайно начнет расследование, и бросит их в котел. Некоторые действительно больше не осмеливались творить зло. Некоторые больше не осмеливались оставаться в Ци и бежали в другие царства.
Цзоу Цзи еще сказал Ци Вэй-вану: «Давным-давно Ци Хуань-гун и Цзинь Вэнь-гун призывали всех князей от имени императора. Хотя теперь влияние семьи Чжоу не так сильно, они все еще императоры Чжоу. Если правитель отправится на встречу с императором Чжоу и прикажеть собрать князей, то вы станете повелителем». Ци Вэй-ван презрительно фыркнул и сказал: «Меня уже называют правителем, зачем мне встречаться с другим монархом?» Цзоу Цзи сказал: «Он — император Чжоу. Временно во время аудиенции с императором Чжоу объявите себя князем Ци, он обязательно будет очень рад, тогда вы сможете делать все, что хотите». Ци Вэйван лично отправился в Чэнчжоу, чтобы встретиться с императором Чжоу Ле-ваном, и тот, действительно был очень рад и дал Ци Вэй-вану несколько драгоценных подарков. На пути обратно из Чэньчжоу люди говорили о циском Вэй-ване с восхищением, он был так рад и вернулся в Ци с чувством полной удовлетворенности.
Реформа Шан Яна
После разделения Цзинь между тремя семьями возникли три вассальных царства: Вэй, Чжао и Хань. Семья Тянь стала правящей, а в царстве Ци сменилось руководство семьи Цзян на семью по фамилии Тянь. Все эти четыре царства стали новоподнимающимися вассальными государствами. До и после этого многие малые царства были захвачены более крупными. Хотя Сун и Лу не были объединены, они были неизвестны и признали себя слабыми царствами. После смерти Гоу Цзяня княжество Юэ медленно приходило в упадок, и его южная часть была оккупирована царством Чу. В это время оставалось только семь могущественных великих царств, а именно: Ци, Чу, Янь, Цинь, Чжао, Вэй и Хань. И настал в истории Период Сражающихся царств, и эти семь царств называться «Семью сильнейшими царствами Периода Сражающихся царств».
После визита к императору Чжоу царства Чу, Вэй, Чжао, Хань и Янь провозгласили Ци Вэй-вана правителем. Только царство Цинь находилось на западе, и князья срединной равнины все еще считали его кланом Жунов и не связывались с ним. Царство Цинь действительно отставало от вассальных царств срединной равнины в сферах политики, экономики, кроме того большая территория к западу от реки оккупирована царством Вэй. В такой ситуации народ Цинь был встревожен, необходимо было проводить реформы.
В 361 году до н. э. новый циньский правитель Сяо-гун занял престол. Он планировал расширить свою власть до срединной равнины. Сначала он искал таланты, а затем издал приказ: «Любой человек, местный житель или иностранный гость, который сможет найти способ сделать Цинь богатым и сильным, получит высокий пост и землю вместе с зарегистрированными жителями». В результате многие талантливые люди приехали в Цинь.
Приказ Цинького Сяо-гуна о поиске талантов привлек аристократа по имени Вэй Ян из царства Вэй. Он прибыл в царство Цинь, попросил рекомендовать его Сяо-гуну и ему дал высокий пост. Вэй Ян сказал циньскому Cяо-гуну: «Если царство жаждет процветания, то необходимо уделять внимание сельскому хозяйству, силе — вознаграждению солдат, мудрому управлению — четкой системе поощрения и наказания. Через поощрения и наказания формируется авторитет власти, и реформы внедряются легко». Циньский Сяо-гун полностью согласился, поэтому он попросил Вэй Яна разработать план реформирования.
Когда аристократы и министры государства Цинь услышали, что циньский Сяо-гун назначил Вэй Яна на ответственный пост, и планировал реформировать систему, чтобы улучшить положение крестьян и солдат, все они восстали против этого, что очень смутило циньского Сяо-гуна. Он полностью согласился с подходом Вэй Яна, но противников было так много, он только взошел на трон, поэтому побоялся протестов, пришлось на время отложить реформу. Спустя два года, чем больше он думал об этом, тем больше чувствовал, что реформирование пойдет на пользу государству Цинь, и его трон прочно стабилизируется. Он назначил Вэй Яна левым шучжаном (титул высокого класса для заслуженных военных чинов) и сказал министрам: «С сегодняшнего дня реформами будет управлять левый шучжан. И противостоять ему значит противостоять мне!» Те, кто выступал против реформ, больше не осмеливались говорить.
В 359 году до н. э. (третий год правления циньского Сяо-гуна) Вэй Ян составил предварительный указ о реформировании и представил его циньскому Сяо-гуну. Циньский Сяо-гун полностью согласился и попросил его опубликовать уведомление, чтобы люди по всей стране могли действовать в соответствии с новым указом. Вэй Ян боялся, что люди не будут доверять ему и не будут соблюдать новые указы, поэтому он попросил установить бревно у южных ворот и издал приказ: «Тот, кто сможет донести это бревно до северных ворот, получит вознаграждение пятьсот грамм золота».
Через некоторое время у южных ворот собралось много людей, и все шептались и разговаривали. Некоторые говорили: «Любой может перенести этот кусок дерева, десять лянов — это очень много!» Некоторые говорили: «Может быть, левый шучжан хочет пошутить с нами». Все смотрят на дерево и смотрят на других. Все они хотели увидеть, кто будет обманутым. Вэй Ян слышал, что все только смотрят со стороны, но никто не хочет перенести его. Он увеличил сумму награды сразу в пять раз и сказал: «Тот, кто сможет донести этот кусок дерева до северных ворот, будет вознагражден пятьюдесятью лянами золота». Неожиданно, чем выше было вознаграждение, тем больше люди сомневались, наблюдавшие за всем. Все даже не осмеливались прикоснуться к этому куску дерева, не говоря уже о том, чтобы перенести его.
Пока все подозревали всех и вся, внезапно из толпы вышел человек.
