Читаем без скачивания Не зарекайся.Опасное путешествие в Одессу - Сергей Протасов

Елена Викторовна подошла к выключателю и зажгла свет. В комнате было не слишком просторно и не очень чисто. На столе, с которого она взяла зажигалку, кроме этого лежала пачка сигарет Marlboro Light и бумажка, вырванная из старой детской ученической тетради. Это была записка. Лена прочитала: «Ничего не бойся, ты в безопасности. Не шуми и тебя никто не тронет. Через три дня тебя отпустят. Если чего надо постучи в дверь тебя выслушают». Рядом лежал карандаш.

До этого момента она двигалась как сомнамбула, и только сейчас осознала, что произошло нечто из ряда вон. Елена Викторовна вернулась на кровать, забилась с ногами в самый угол и заплакала. В этих слезах была невыразимая обида на судьбу, отнявшую у нее то огромное женское счастье, которое наконец-то появилось в ее жизни. Мысли путались и она обвиняла себя за предчувствие беды. Около трех лет назад в ее жизни оказалось так много счастья, как не бывает у одного человека. Однажды поняв это, она стала бояться в одночасье потерять все. Веря, что мысли обязательно материализуются, она теперь твердо знала — она сама и навлекла несчастья на свою семью именно этим постоянным ожиданием. Как будто она призывала, приглашала несчастье, ожидая его. Вот теперь и получите! Мелькнула и другая догадка: Елена Викторовна часто приезжала к Новодевичьему монастырю, где просила, прикасаясь к Софьиной башне, исполнения желаний. В тоже время, иногда, она забывала поблагодарить святую Софью за исполнившиеся просьбы. Видимо, этим она и заслужила наказание. Много еще разных мыслей, путанных и отрывчатых, клокотало и кипело в головке бедной маленькой женщины. Результат этого кипения в виде слез заливал лицо.

Спустя некоторое время, она стала успокаиваться. Преодолевая всхлипывания и глубокие вздохи, Леночка пыталась восстановить картину вчерашнего вечера. Как же она оказалась тут? Голова не проходила и трудно было сосредоточится. Ей захотелось принять душ и привести себя в порядок. Она поднялась с кровати, осторожно прошла к маленькой двери, открыла ее и обнаружила ванную комнату с туалетом.

Дверь в душ не имела запора изнутри и мыться было неуютно, но выбора не было. В душе она внимательно осмотрела себя и убедилась, что никаких повреждений на теле нет. Освежившись и несколько успокоившись, Елена Викторовна набрала из кулера чистой воды, уселась на кровать, закурила и стала вспоминать. Неприятный вкус чужих сигарет вызвал тошноту, кашель и головокружение. Она через несколько затяжек утопила окурок в унитазе и села за стол, обхватив голову руками.

Картина вчерашнего вечера стала постепенно восстанавливаться.

В тот момент, когда Петр Иванович отбыл в уборную и там находился некоторое время, Елена Викторовна получила смс-сообщение: «Котенок, выйди на стоянку и подойди к машине Hummer Н2 № 777 177. Там ждет тебя сюрприз». Этот текст она помнила почти дословно. Сообщение было отправлено с телефона Петра Ивановича. Да, точно, так все и случилось. Идя к стоянке, она успела подумать, что любимый муж всегда баловал ее, но сегодня он явно превзошел сам себя. Сначала сережки, а теперь? И как оригинально, придумал же такое — смской вызвать! Романтично. Другая мысль не имела отношения к делу — зачем владельцу Hummer, и без того, видимо, крутому человеку, подчеркивать свою крутость еще и блатными номерами? Сочетание очень дорогой машины и очень «красивых» номеров выдает тупость и нескромность ее владельца. И вообще причем тут чужая машина? Размышляя таким образом, она увидела этот Hummer, к тому же еще и разрисованный… А дальше ничего не было. Пустота. Пустота и отчаяние.

На шутку это было совершенно не похоже, да и не был Петр Иванович шутником. Как-то все не складывалось. Елена Викторовна пыталась понять, как она оказалась в этой комнате, но ее сбивал с толку вызов на стоянку машин. Как ни крути, а сообщение она получила с телефона мужа, значит либо он его отправил, либо кто-то с его телефона. В любом случае он мог это сделать только по принуждению. А если нет? А если весь их брак и был задуман с расчетом на то, что однажды он украдет ее и продаст в рабство? В проститутки. Или он залез в долги и расплатился ею. Или он узнал про ее секретные накопления и будет шантажировать? «Это бред, — попыталась остановить разбушевавшуюся фантазию Елена Викторовна. — Так может думать только тот, кто совершенно не знает Петю. Он чуткий и добрый человек. Он любит меня. Хотя, конечно, какие-то черточки жестокости иногда в нем проскакивали, но здравый смысл ему редко изменял. Никогда не изменял!»

Она почесала сгиб левой руки и вдруг все вспомнила. Когда она шла в сторону Hummer, кто-то сзади крепко зажал ей рот и горло, она стала терять сознание от удушья, потом втащил ее к какую-то машину и, кажется ей сделали инъекцию. Вот след от укола, который слегка распух и теперь чешется. Ее усыпили снотворным в вену.

«Нет! Петенька не мог меня предать. Это невозможно. Он конечно не герой, но и не подлец. Это точно. Получается и он, скорее всего, где-то сейчас сидит ждет меня, или скорее всего ищет. Обрывает телефоны всех знакомых и друзей. Но зачем это все? Кому я понадобилась? А может быть и его самого украли и тоже держат где-то, возможно даже в соседней комнате». Елена Викторовна прислушалась, но кругом была полная тишина.

Сутулый, низкого роста, щуплый до истощения человек с ехидным, темным, изрезанным морщинами, лицом спустился по лестнице, прошел по короткому коридору и, стараясь не шуметь, преодолел еще несколько ступеней вниз. Его походка было легкой и весь силуэт напоминал тролля. Он остановился перед железной дверью с засовом и глазком и, заглянул в него. Процесс подглядывания сопровождался почесыванием отрастающей бороды и частым прерывистым дыханием. Через несколько минут он прекратил рассматривание и вернулся обратно.

Он проснулся около получаса назад и теперь слонялся уз угла в угол, не зная, чем заняться. Это добровольное заточение на даче порядком достало его. Определенно, пора уже было съезжать отсюда, но обстоятельства его пребывания здесь со вчерашнего дня, когда появилась молодая пленница, изменились, и это обещало возможность разжиться деньгами. Ему нужны большие деньги, что бы жить. Без больших денег ничего не оставалось, как только сдохнуть в течение ближайшего года, а может быть и раньше.

Комната над помещением, где держали в заключении Елену Викторовну, была светлая и просторная. Из мебели в ней был старинный шкаф, большой круглый стол посередине и несколько деревянных стульев и кресел с облупившейся на ножках краской. Филя, он же Колян, поднялся наверх, и уселся на стул. В телефоне, который лежал столе, он заметил два пропущенных вызова. Николай набрал номер звонившего и с улыбкой стал слушать мелодию, установленную абонентом вместо гудков. В трубке щелкнуло и он услышал:

— Чего трубку не снимаешь? Все спишь?

— Нет конечно, я обходил территорию, смотрел вокруг, патрулировал.

— Понятно. Что там у вас?

— Мы делаем все, как ты говоришь… Да. Ведет себя тихо, ничего не просит. Мы поглядываем время от времени… Лысый, ты же знаешь, тут место тихое, все на виду. Если бы кто-то интересовался мы бы заметили…

— Алексей далеко?

— Пошел куда-то, думаю в магазин… Там телефон не берет.

Говорящий налил в стакан теплое пиво из большой пластиковой бутылки и закурил.

— Письма пишете?

— По поводу смсок это не ко мне, ты же в курсе. Я только…

— Я понял, скажи Лехе пусть свяжется со мной. Хорошо?

— Хорошо, когда придет я скажу ему чтобы перезвонил тебе. Ага, ну пока.

Он выпил пиво, встал и потянулся. Скука! На столе стояла клейкая бумага свернутая в виде кружки. На ее внешней стороне уже налипло много мух. Очередная жертва нарезала круги вокруг ловушки. Человек внимательно следил за ней до тех пор, пока она не села на свободную от собратьев белую поверхность. Ножки мухи прилипли, она отрывала одну и, стараясь отлепиться, упиралась остальными, все крепче и крепче увязая в клею. Человек удовлетворенно отвел глаза от этого зрелища.

«Такую девочку вчера привезли, — подумал небритый. — Молодая, красивая! А трогать нельзя. Сто пудов, что грохнут ее. Мне же и придется небось, — поморщился он. — Игра там у них какая-то. Сами не знают чего делают. Ну, посылают кому-то какие-то сообщения, ну и что? Сама-то она зачем теперь нужна тут?»

Филя был в розыске уже около месяца. Знакомый пристроил его жить на даче. Вот и пришлось теперь охранять еще какую-то женщину. Он не привык смотреть слишком далеко вперед, что будет зимой, например, когда на даче станет холодно, народ разъедется и его пребывание здесь станет заметным. До зимы еще полгода и ни к чему заморачиваться об этом. Что-нибудь придумается. До зимы дожить еще надо, а доживет он или нет — не известно. Коляна мучил туберкулез в открытой форме и, похоже, дни его были сочтены, поскольку подобающего лечения он не получал. Очень не хотелось умирать в сорок семь лет.